Йога сиддха Боганатара

Посвящается Сиддху Боганатару, Его гуру Каланджи, ученикам Боганатара: Карувурару, Конганару, Пулиппани, Чаттаймуни, Бабаджи Нагараджу и многим Мулаварга Сиддхам

Предисловие

Работа «Йога Сиддха Боганатара» является первой книгой Проекта по Исследованию Йоги Сиддхов, спонсорами которой выступают совместно «Babaji`s Krya Yoga Order of Acharyas Inc.», Канада и Центр по Исследованию и Обучению Йоги, Калифорния, США. Целью данного проекта является определение и сохранение в электронном формате всех рукописей Сиддхов, относящихся к йоге, и хранящихся в различных библиотеках и частных коллекциях Южной Индии, с целью их перевода на английский язык и обеспечения соответствующими комментариями. До настоящего момента по изучению Сиддхов не проводилось серьезных исследований на систематической и научной основе; не предпринималось и серьезных попыток перевода их стихотворений на английский язык. Проект по Исследованию Йоги Сиддхов предполагает восполнить этот пробел.

Эта книга является первой ступенью в направлении публикации на английском языке работ по йоге Сиддха Боганатара. Хотя перевод никогда не заменит подлинник, был предпринята искренняя попытка раскрыть в переводе тонкости оригинального произведения. Среди многих работ Богара из пяти томов С.А.А. Рамаяха «Bоgar KÐõóa Yogam» мы выбрали именно эти, дав их в форме транслитерации, перевода и комментариев:

1. Аксиома Мудрости-1: том I, кандам 2, 1 стих

2. Мудрость Шива Йоги-12: том II, кандам 3, 12 стихов

3. Посвящение в самадхи-10: том II, кандам 5, 10 стихов

4. Стихотворения-Мантры Мудрости-10: том II, кандам 7, 10 стихов

5. Мудрость ритуального поклонения-13: том II, кандам 8, 13 стихов

6. Йога восьми ступеней-24: том II, кандам 9, 24 стиха

Общее количество переведенных стихотворений с комментариями – 72. В последующих книгах было предложено перевести следующие работы Богара:

1. Мудрость посвящения-156: том II, кандам 15, 156 стихов

2. Сливки мудрости-100: том II, кандам 12, 100 стихов

Поступило предложение заняться переводом и комментариями капитального труда Боганатара – «Богар-7000», известного еще как «Саптакандам». В ближайшем будущем эта гигантская работа будет начата при помощи философов, исследователей Сиддхов, астрологов, химиков, фармацевтов и токсикологов. Работая с тамильскими подлинниками, мы строго придерживались совета, данного С.А.А. Рамаяхом:

«Я хотел бы дать следующий совет будущим издателям: Не изменяйте ни единой буквы (в произведениях) Сиддхов, даже если вы великий эксперт тамильского языка. Придерживайтесь каждой буквы Сиддхов до тех пор, пока это имеет смысл, который может отличаться от интерпретации исследователей. Пишите отдельные комментарии по стихам, где вы сможете проявить свои знания и трактовку (произведения), но уберегите стихотворения Сиддхов от искажения. Мы, человеческие существа, с нашим куриным интеллектом, не можем выступать судьями космического сознания Сиддхов. Все наши знания – это лишь горстка песка, а что нам еще предстоит узнать от Сиддхов – это миллионы тонн песка со всего мира».

(«Bоgar Yogam», предисловие, том II)

Всегда помня об этих словах, мы предприняли попытку транслитерировать, перевести и написать комментарии к некоторым работам Богара. Для написания комментариев использовались различные работы других Сиддхов, где пишущий комментарий был подобен пчеле, собирающий пыльцу со многих цветов, не превращаясь при этом в сам цветок.

В вводной главе были даны цитаты из многих других работ, что не подразумевает особой степени учености или исследования; не стоит проводить изучение драгоценных камней в ювелирном магазине. При переводе работ Богара мы использовали полное издание работ Богара С.А.А. Рамаяха в 5-ти томах, поскольку оно не противоречит оригиналу, в то время как в некоторых других изданиях существует тенденция к изменению оригинального текста.

Хотя считается, что каждый перевод является интерпретацией, тем не менее, были предприняты все меры с целью избегания личного толкования при переводе стихотворений. С целью избежать малейшей интерпретации и был предоставлен пословный перевод. Заключение к переведенным стихам передает их значение и смысл. Комментарий в конце каждого стихотворения отражает сокрытый его смысл.

Трудность работы с произведениями Сиддхов заключается в том, что их язык так же нетрадиционен, как и идеи, и они облекают свои мысли языком, который был охарактеризован как «сокровенный язык» (сандхья бхаса). Даже само определение «сандхья бхаса» переводилось исследователями Тантры по-разному. При переводе стихотворений Богара я осознал, насколько трудно передать тонкости одного языка другим. Тем не менее, в процессе этого перевода я ощущал невидимую руку Богара, ведущую меня к завершению этой тяжелой задачи, понимая, что в лучшем случае я был только хорошим инструментом для передачи идей Богара на английском языке.

По завершении работы приходит и вознаграждение в виде возвращения к своей жизни, к друзьям и помощникам, ставшим свидетелями создания этой работы. В первую очередь я преклоняюсь перед Сиддхами, избравшими меня подходящим инструментом в изучении и написании комментариев к их работам. Я низко кланяюсь Богару за «избрание меня» для выполнения этой работы, явившейся большим испытанием. Позвольте также выразить признательность «Babaji`s Kriya Yoga Order of Acharyas USA Inc.» в Канаде и лично Президенту Шри Маршаллу Говиндану; «Центру по Исследованию и Обучению Йоге», США, а также его президенту Георгу Фоерштайну за избрание меня Директором Проекта по Исследованию Йоги Сиддхов из числа многих исследователей в Тамил-Наду, доверив мне задачу перевода и написания комментариев к некоторым работам Богара.

Особую благодарность мне хотелось бы выразить Профессору Т.Б. Сиддхалингаяху, который помогал в транслитерации стихотворений Богара. Не хватает слов для выражения искренней благодарности Уолтеру Ниилакантану, Секретарю «Babaji`s Kriya Yoga Order of Acharyas Trust» в Индии за неустанные усилия, приложенные им для выхода в свет этой работы. Приношу свою благодарность Дурге Ахлунд, Маршаллу Говиндану, Трише Фоерштайну и Рудре Шивананда, которые изучали манускрипт с помощью компьютера, предоставив полезные советы и комментарии.

Высокой оценки заслуживает Уве Хаардт за его дизайн обложки. Я не выполню свой долг до конца, если не поблагодарю своего старого студента, а в данный момент партнера по исследованию проекта, Доктора философских наук Тхиру КР. Арумугам, который всячески помогал мне в работе над книгой и составил приложения А и Б. Я благодарен Шри С.К. Асок Кумару, научному исследователю Библиотеки Мадрасского Университета за подготовку индекса. Также моему незабвенному покойному сыну Г. Рави, покинувшему свое материальное тело, но который, я верю, все еще со мной в своем тонком теле, помогавшему мне в наборе первых трех глав книги. Всякий раз, просматривая эти главы, я с нежностью думаю о нем. Наконец, я должен поблагодарить свою супругу Смт. Савитхири и остальных членов семьи – сыновей, дочерей и внуков за то, что они на время освободили меня от моих семейных обязанностей и позволили мне полностью отдаться работе над проектом.

В написании вводной части данной книги я многое почерпнул из своей предыдущей работы «Философия Тамильских Сиддхов», изданной Индийским Советом по Исследованиям в области философии, Нью Дели, экземпляры которой можно приобрести у спонсоров. В некотором роде она формирует основной фон первых трех глав настоящей работы. И, наконец, если вы найдете в книге достоинства, это целиком заслуга Богара; если же увидите недостатки, которые, я уверен, имеются, пожалуйста, всю ответственность за них можете возложить на мою некомпетентность.

Т.Н. Ганапати

Глава 1. Введение: Основные препятствия

Вступление

При описании Сиддхов каждый писатель сталкивается с известного рода трудностями. Излагая кратко, эти трудности таковы:

1. Определение значения слова «Сиддх», классификация Сиддхов и их количество.

2. Отсутствие достоверных изданий о Сиддхах, поэтическая форма изложения и используемый ими язык.

3. Количество сиддхи (сверхъестественных способностей) и различные мнения о них.

4. Неприятие системы Тантрической йоги как одного из методов Сиддхов.

5. Обычай отождествления Сиддхов с алхимиками.

6. Нетрадиционный взгляд Сиддхов на философию человеческого тела.

7. Достоверность их биографических сведений.

На следующих страницах будет подробнее рассказано об этих аспектах, препятствующих распространению и постижению их учений.

1. Значение слова «Сиддх», классификация Сиддхов и их количество

Когда мы подходим к вопросу о Сиддхах, трудности начинаются с определения самого слова «Сиддх», имеющего несколько взаимосвязанных и часто перекрывающих друг друга значений, которые не вошли в общепринятое употребление. На языке санскрита оно буквально означает «завершенный». Сиддх – это «полностью готовое» (видагдха), развившееся существо - идеал совершенства в индуизме. В философии Сиддхов известны четыре ступени освобождения (мукти):

1. состояние пребывания в сфере Бога (салокья)

2. состояние пребывания рядом с Богом (самипья)

3. состояние принятия формы Бога (сарупья)

4. состояние единения с Богом (саюджья).

Сиддхи – это мастера, достигшие освобождения последней ступени. Первые три ступени святой Тирумулар называет «падамукти», а последнюю – «сиддхи» (совершенство). Тирумулар говорит, что тот, чей ум прозрачен и ясен как океан без волн, и есть Сиддх. Традиционно, Сиддхи Южной Индии ведут свое происхождение от Шивы, которого тоже называют Сиддхом.

Сиддх – это достигший состояния единства дживы (души или монады) и Шивы, тот, кто реализовал Шиву в самом себе. Говорят, что он достиг Шиванубхава – состояния отсутствия двойственности или состояния слияния с Шивой. Такое состояние называют «джива-шива-айкья». В тамильском языке существует поговорка «øittan pºkku, øivan pºkku», означающая, что Сиддх следует пути Шивы.

Сиддх – это йогин. Святой Тирумулар говорит, что живущий йогой и видящий божественную силу и свет благодаря йоге, и есть Сиддх. Он - экспериментирующий йог, достигающий совершенства путем совершения усилия над собой. О Сиддхах говорят, что, как йоги, они осуществляют тройной контроль – над дыханием, над семенем (контроль над всеми страстями и достижение состояния нежелания) и контроль над умом. Сиддх – это тот, кто сумел установить три вида контроля и поддерживает состояние гармонии и равновесия.

Еще говорят, что Сиддх – это приобретший сиддхи, особую психическую сверхъестественную силу, которая в науке йоги подразделяется на 8 видов:

1. анима, способность уменьшаться до бесконечно малого размера

2. махима, способность неограниченно расширяться

3. лагима, левитация или способность подниматься в воздух

4. гарима, способность присутствовать в любом месте

5. пракамья, свобода воли или способность преодолевать естественные препятствия

6. ишитва, способность творчества или управления внешним миром

7. вашитва, господство над всем сотворенным

8. камавашаитва, дар исполнения желаний, способность достичь всего желаемого или достижение состояния нежелания

Слово «Сиддх» перекликается со словом «сиддхи», что означает «переживание Шивы». Сиддхишвара (Повелитель сиддхи) – одно из имен Шивы. Сиддхи указывают на обретение йогом той степени внутреннего развития, которая позволяет ему достичь конечной цели - освобождения. Ошибочно считать Сиддхов магами или аскетами, наделенными сверхъестественными способностями. Не являются они и атеистами или агностиками, как многие думают. Они верят в бога, но не в бога той или иной религии: для большинства из них существует единый бог – Шива, без каких-то ограничений или определений. С точки зрения грамматики и философии Шива – понятие безличное. Настоящее имя Шивы – «Это» (или atu), «Тот» или «Таковой». Истинный Сиддх не ограничен рамками атеизма и веры.

Сиддх – свободный мыслитель и революционер, не позволяющий себе попасть под влияние догмы, писания или ритуала. Один из Сиддхов сказал: «Сиддх – тот, который сжег шастры». Это высказывание не надо принимать буквально, но именно в том смысле, что мудреца «ведут не Веды». Сиддх – это человек, достигший ступени самореализации, где он более не связан предписаниями шастр, выйдя даже за рамки Вед. На этой ступени потребность следовать шастрам отпадает, поскольку между переживанием и словами, его описывающими, всегда существует расхождение. Искать просветления в словах и идеях подобно ожиданию того, что рассказ о пище сможет накормить голодного.

Одно лишь описание никогда не передаст опыта. Все шастры, Веды, Пураны и различные религиозные секты ограничивают людей своими рамками. Истина же является прочувствованным переживанием и ни одна шастра не может ее передать полностью. Как поется в известной индийской песне, «Лицезрение фрукта на дереве не означает его осязания. Разве болезнь уходит при виде врача?» Может показаться, что Сиддхи выступают против религиозных текстов, однако по своей природе они благочестивы. Они «набожные бунтовщики» внутри религии и, как таковые, не могут быть атеистами. Другой святой, Карай Сиддхар, проводит различие между настоящим Сиддхом и ложным, подчеркивая, что истинный Сиддх указывает на путь личного переживания, в то время как мнящий себя Сиддхом указывает на путь писаний.

Сиддх наслаждается совершенным блаженством даже находясь в своем физическом теле, к которому он относится как к своему самому лучшему посреднику в познании высшей Истины. Подобно священным рекам, храмам, горам и так далее, тело – это святое место паломничества к высшей Реальности. Шиваваккиар задает дерзкий вопрос: «Зачем нам идти к этим местам, когда порог находится в нас?» Сиддх знает, как сохранить тело при помощи солнечных лучей (по-тамильски «maõi»), звуковых волн (мантр) и медицины («marundu» или «auùadha»).

Техника сохранения тела называется «кайа-садхана» и является попыткой достичь совершенного тела «сиддха-деха». В общем, человек, обретший способность дематериализации и одухотворения тела и знающий, как преобразовать преходящий физический аспект в вечную сверхфизическую основу жизни, и есть Сиддх. Сиддх приобретает и владеет вечным духовным телом – «дивья-деха», и в состоянии окончательно разорвать кармический цикл самсары и освободиться от ограничений Пространства-Времени.

Как пишет Мирча Элиаде, Сиддх – это тот, кто «понимает освобождение, как завоевание бессмертия». Примечательной чертой Сиддхов стало полное отсутствие культа поклонения божеству - они не монотеисты, поклоняющиеся одному местному богу. Ни один настоящий Сиддх в Тамил-Наду, включая Тирумулара, не преклонялся перед каким-либо божеством или личным богом – черта, отличающая Сиддхов от других святых, как, например, тамильских Вайшнавов или святых Шайвы. Мы можем сказать, что отличить истинного Сиддха от не-Сиддха можно по тому факту, поклоняется ли он или она какому-либо божеству.

Как утверждает Шиваваккиар, Сиддх не поклоняется в храме ни одному богу. Баул поет о том, что «Путь к Абсолюту закрыт храмами, мечетями и учителями». «Маркандея-пурана» гласит, что знающий йогу не должен принимать участия в паломничестве к святым местам. Памбаттичиттар говорит о том, что построившие храмы и посылающие молитвы местным божествам не достигнут стоп истинного Бога. А Тирумулар отзывается о Сиддхах как о тех, кто не ступал по тропе ни одной из (сектантских) религий. Сиддхи не принадлежат ни одной из религий или самаям (samayam), что по-тамильски означает «обычай» или «правило».

Поэзия Сиддхов не несет отпечатков социального мышления, как нет в ней и намека на проповедование – она лишь предначертывает соответствующее направление. Можно выявить некоторые черты, объединяющие Сиддхов и отличающие их от «ученых» поэтов с одной стороны и религиозных рифмоплетов с другой. Принадлежность к определенной секте никак не соотносится со становлением Сиддхов. Их философией является просветление, не охваченное никакой доктриной - и это не формальный теоретический подход к проблемам: Сиддхи не строят каких-либо систем – все их техники направлены на то, чтобы вытолкнуть людей из их умственных могил и традиционной пустой морали.

Они посылают своей аудитории резкое, шокирующее, бескомпромиссное обращение, побуждая людей избавляться от иллюзий, притязаний и бессмысленного следования традициям в пользу глубокого, непосредственного, личного приближения к Истине. Они «непривязанные», инакомыслящие, духовные ученики, жаждущие прямого и естественного подхода и более интенсивного переживания абсолютной Истины. Они отметают ценности и авторитеты священных писаний, остающихся привилегией индусской духовной элиты. Направление Сиддхов можно считать в индуизме традицией «не следования писаниям» или «безкнижия» (ниргрантха) - они остаются в стороне от любого письменного руководства.

Сиддхи принадлежат здесь к раскольнической, «альтернативной традиции». Выражение «альтернативная традиция» не означает «то, что противостоит традиции», но именно «традиция, которая противостоит». Сиддхи бросали вызов многим общепринятым положениям и традициям индусского общества и индусской мысли. Они развенчивали идолопоклонство и ритуальность, а также молитвенное попрошайничество как путы, удерживающие душу от освобождения. Их язык был так же нетрадиционен, как и их жизнь – факт, приводящий многих людей на востоке к мысли о том, что Сиддхи – это скрытые буддисты, потому что буддизм тоже яростно критиковал доктрины индуизма.

Яснее разобраться в Сиддхах нам поможет одно из стихотворений Паттинаттара, в котором он перечисляет их особенности. Согласно ему, Сиддх – это тот, кто бродит как привидение (что означает отречение, непривязанность к себе или обладанию чем-либо в мире), ибо когда нет собственности – не существует и несправедливости; тот, кто отдыхает как труп (лично не заинтересован во всем происходящем); кто ест как собака – что будет предложено ему в качестве пищи (не привередлив в еде, контролирует чувства и за все благодарен); кто движется как лиса (подвижен и осознает призрачность эго); кто уважает всех женщин, видя в каждой из них свою мать (признает в них кундалини-шакти); кто к любому существу относится как к своему другу (приходит на помощь как руководитель на духовном плане); и кто подобен ребенку (то есть проявляет крайнюю простоту, невинность и любовь).

Бхадрагирияр задает вопрос: «Как же определить тот момент, когда человек получает вышеназванные качества Сиддха?». В «Вайрагья-Сатака» Бхартрхари также говорится о характерных чертах йога. В этой связи можно упомянуть Вильяма Джеймса, который в своей книге «Разнообразие религиозного опыта» привел цитату одного итальянского мистика: «Настоящий монах ничего не берет с собой, кроме своей лиры». «Жньянабодхагам» говорит о знаках отличия Сиддха и называет одну из его основных характеристик: он ходит по миру незаинтересованно и бесстрастно подобно «движущемуся трупу».

В Индийской традиции Сиддхов делят на Натха, Раса, Махешвара и Сангата. Раса Сиддхи – врачеватели, в то время как Сангата – буддистские Сиддхи. Принципиальных расхождений среди этих групп, в общем-то, нет, и обычно Сиддх был не против оказаться посвященным одновременно в несколько групп. Чтобы считаться Сиддхом не требуется приверженность к какому-то вероисповеданию, она даже является лишней, хотя традиционно Сиддхи классифицируются по указанным группам. «Хатха-Йога Прадипика», классический учебник по Хатха-йоге, приводит список маха-Сиддхов, который возглавляет Адинатх (âdinÐtha, мистическое имя Шивы). Сиддхи, принадлежащие школе Адинатха, называются «Натха Сиддхами».

Их еще называют «канпхата» из-за того, что они прокалывают мочки своих ушей и в каждое отверстие вдевают тяжелое кольцо – даршана. Гаутама Будда обычно изображается с длинными мочками ушей, подразумевая, что и он когда-то носил подобное кольцо. Натха Сиддхи берут свое начало из Северной Индии и в их литературе можно найти тексты по Хатха-йоге, из которых самые известные это «Хатха-Йога-Прадипика», «Гхеранда Самхита» и «Шива Самхита». Все члены данной группы к своим именам добавляют окончание «натх» (natha). Слово «натх» означает «господин» и в своем теологическом смысле сводится к наставнику Шиве подобно тому, как именем «gosain» называются учителя Вайшнавской веры. В этой связи будет интересно заметить, что слово «натх» происходит от пракритского «nattha», что означает веревку в носу животного, используемую для управления им. Возможно, Сиддхи позаимствовали это слово для обозначения человека, контролирующего ум с помощью йоги.

Сиддхи Южной Индии известны как Махешвара Сиддхи, провозгласившие «чистый путь» Тантры (шуддха-марга). В Индии Тантра развивалась по двум направлениям: вама (левая) и дакшина (правая). Вама-шрота (левое течение) следует более ранним традициям Тантры, в которых больше используются мистические обряды и ритуалы, в особенности ритуалы пяти «М», включающие кровавые жертвоприношения, алкоголь и участие женщин. Дакшина-шрота (правое течение) в практике йоги придает основное значение видья (знанию) и, соответственно, называется «чистым путем». Сиддхи Южной Индии принадлежат именно к этому течению.

Тамильские Сиддхи классифицируются по-разному. Согласно одной традиции, они делятся на Балаварга, Мулаварга и Кайласаварга. У Тирумулара, Богара и Камбаликкатаймуни мы находим ссылки на то, что они принадлежат к традиции Кайлайа, а последний даже приводит список Сиддхов Кайлайа-парампары (Великих мудрецов). Агастья является гуру Кайласаварга Сиддхов. У Балаварга Сиддхов первым Сиддхом и гуру считается бог Муруга. Муруга – сын Шивы и Парвати и младший брат Винайаки (VinÐyaka). В тамильской литературе Сиддхи ведут свое происхождение от Муруги. В описаниях он обладает природой пранавы (АУМ) и сидит верхом на петухе - убийце змей, символизирующих собой цикл воплощений. Муруга шестилик и имеет еще одно имя – Сканда, что является также названием техники удержания энергии семени. Сканда рождается лишь тогда, когда семя сублимируется и достигает центра сахасрары. В другой интерпретации Муруга, в качестве Сканды, пребывает на горных вершинах, которых, согласно традиции, всего шесть и одна из них – Палани.

Восхождение в гору для достижения Муруги символизирует эзотерический процесс возведения пробужденной Кундалини-шакти или силы змеи, к тесячелепестковому центру (сахасрара-чакре) на макушке головы. Шесть «опор» или адхар – это шесть гор в литературных образах тамильских Сиддхов, и шесть ликов Муруги являются также их символом. Тирумулар считается гуру Мулаварга-Сиддхов. Тирумулам – другое название муладхара-чакры, психодуховного центра в основании позвоночного столба. С другой стороны, по мнению Баламайаха, эта школа Сиддхов не может принадлежать традиции Мулаварги, но является школой Нандиварги.

Согласно еще одной классификации Сиддхи подразделяются на Йога-, Кайа- и Расавада-Сиддхов. Йога-Сиддхи, самые старшие, используют йогический метод, то есть Кундалини-йогу для достижения божественной обители в центре головы. Кайа-Сиддхи, появившиеся после Йога-Сиддхов, больше заняты преобразованием тела, чем достижением освобождения. Расавада-Сиддхи – алхимики и лекари. Хотя такая трехступенчатая классификация далеко не всегда отвечает конкретному случаю: Богара, например, можно отнести ко всем трем категориям сразу.

Нет единого мнения и в отношении точного количества Сиддхов. Карай Сиддхар говорит об одном миллиарде Сиддхов, а в традиции Буддизма их насчитывается восемьдесят четыре. Натха Сиддхов известно всего девять. В Южной Индии, однако, традиционно упоминаются восемнадцать Сиддхов (аштадаса Сиддхи). Все школы составляют разные поименные списки и редко сходятся в этих именах. Некоторые имена – особенно Гораксанатха и Матсьендранатха – встречаются почти во всех списках. Количество Сиддхов и их различные списки воссоздают примерную хронологическую картину. Большинство тамильских источников сходятся на том, что Сиддхов было восемнадцать, и называют их «Падинен Сиддхаргал». Число «84», встречающееся на севере и «18», распространенное на юге, имеют более мистическое, нежели историческое значение. Мирча Элиаде высказывает предположение, что число «84» выражает законченность или тотальность.

Число восемнадцать – наиболее употребляемое в «Махабхарате». С этим числом ассоциируется понятие жертвенности36 и восемнадцать, похоже, считается символом человеческого существа в этом качестве. Согласно Китайской мифологии, существует 18 лоханов («lohans» - архаты). В качестве числительного, восемнадцать играет определенную роль в алхимии. Так, в «Расешвара-Даршана» обсуждаются 18 способов производства ртути или 18 способов обработки жидкой ртути. В «Рамаяне» война длилась восемнадцать месяцев, а в «Махабхарате» восемнадцать дней; существует восемнадцать учений (âgamas), восемнадцать согласных и т.д. В соответствии с другой точкой зрения, восемнадцать может относиться к 18-ти «мирам» обычных человеческих существ, а именно: шесть органов чувств, объекты шести органов чувств и шесть форм сознания – уха, носа, языка, глаза, тела и ума. Сиддхи – это те, которые вышли за пределы указанных 18-ти миров. Поэтому их и называют «восемнадцать Сиддхов» – то есть «победившие восемнадцать миров».

Число восемнадцать занимает особое место и в медицине Сиддхов. Маккхамуни называет 18 целебных трав. В Кундалини-йоге «18» тоже особое число - после достижения верхнего центра кундалини необходимо пройти еще 18 махавидья – восемнадцать великих премудростей или насыщенных энергией тончайших центров, окружающих область сахасрара-чакры. Наконец, Богиня Шакти объединяется с Шивой в акте, известном под названием «Майтхуна-йога». «Чаттаймуни Жнянам» ссылается на восемнадцать букв, являющихся частью Валаи или Кундалини-шакти. В своей работе «Padi­eõ Siddhar Yºgakkºvai PÐrÐyaõappл С.А.А. Рамаях пишет, что число восемнадцать представляет собой восемнадцать различных аспектов Йоги, хотя не объясняет их. Он также говорит о том, что из восьмидесяти четырех Сиддхов самые значительные восемнадцать – отсюда данная традиция йоги называется «Традиция Падинен (т.е. восемнадцати) Йога-Сиддхов».

Все вышеприведенные литературные данные по сиддха-йоге показывают, что число восемнадцать относится не к количеству, поскольку на самом деле Сиддхов намного больше, а к их достижениям. Скорее всего, число восемнадцать относится к восемнадцати сиддхи (способностям). Сиддх – тот, кто обладает восемнадцатью сиддхи. В общем, число восемнадцать священное среди Сиддхов и существует даже стихотворение о том, что им известны восемнадцать языков, – здесь термин «язык» подразумевает «сиддхи».

2. Достоверные сведения о Сиддхах, поэтическая форма изложения и используемый ими язык

Мировоззрение Сиддхов облечено в поэтическую форму и относится к сфере, лежащей где-то на грани между философией и поэзией. В их творчестве мы находим массу взглядов, не выкристаллизованных в определенное учение. Более того, литература под популярным названием «Писания Тамильских Сиддхов» насчитывает многие века. Из-за этого достаточно трудно выявить типичные черты Сиддхов одной исторической линии или философского направления, а попытка сделать это приводит к логическим ошибкам и упрощениям.

Основной трудностью в изучении тамильских Сиддхов является отсутствие достоверных изданий по их поэтическим произведениям, хотя при этом имеются тысячи неопубликованных рукописей их стихотворений. Препятствием служит также большое количество дешевых печатных изданий, выдаваемых за их поэзию. Даже в оригинальных изданиях присутствуют многочисленные вариации, искажения и добавления, из-за чего тексты часто понимаются неправильно. Более поздние издания имеют тенденцию к замене подлинников несмотря на то, что даже великие ученые не вправе менять ни единой буквы в творениях Сиддхов.

О тамильских Сиддхах написано очень мало работ и статей, которые, однако, не представляют особой ценности для исследователя. В них не хватает материала для получения истинного представления о Сиддхах, а проводится лишь отрывочное и поверхностное изучение и, в некоторых случаях, краткое изложение их философии. Из-за того, что стихотворения Сиддхов выражают пережитый ими личный опыт, очень трудно полностью постичь их смысл.

Основной источник поэзии и философии Сиддхов – это разговорный язык. То, что сегодня мы называем «поэзией Сиддхов», в устной форме передавалось от поколения к поколению и в тамильской литературе называется «ваймоли» или «элудаккилави». Именно поэтому в поэзии Сиддхов такая свобода конструкции, заметные повторения, непоследовательный слог и разный смысл одного и того же понятия, используемого в различных местах. Для упрощения устной передачи Сиддхи использовали только повседневный язык простых людей – необработанные, грубые, и иногда даже неприличные разговорные выражения. Такое использование просторечия всякий раз оказывает мощное воздействие при чтении их стихов несмотря на то, что при их составлении Сиддхи не использовали какие-то специальные поэтические конструкции.

Хотя стихи составлены на разговорном языке, смысл они имеют двоякий: один - экзотерический и лингвистический, второй – эзотерический, язык символов. Эзотерический смысл открывается пониманию лишь тех, кто прошел испытание и заслужил это. Указанный языковой парадокс и есть та трудность, с которой сталкивается исследователь, пытаясь понять и расшифровать мысль Сиддхов. Из-за недостатка систематических и координированных исследований после поверхностного чтения некоторые писатели выдвигали на первый план видимые отрицательные черты произведений. Это крайне однобокое суждение, которое из-за ложного представления и неправильной интерпретации издателей вводит людей в заблуждение.

В «Патанджали Суттирам-50» (Patanjaliar Suttiram-50) их автор сожалеет, что, не понимая глубокого смысла произведений, люди интерпретируют творчество Сиддхов в соответствии с собственным воображением. Однако, серьезному и честному исследователю необходимо обрести умение различать. Наши весьма скудные источники информации о Сиддхах и их произведениях не должны позволять или, скажем, давать право интерпретировать их учения или извлекать поспешные выводы.

Как говорит С.А.А. Рамаях, «Мы, человеческие существа, с нашим куриным интеллектом, не можем судить о космическом сознании Сиддхов». Из-за этой неопределенности и скудности достоверного материала надо задавать вопрос исходя только из имеющихся данных и избегать поспешных выводов и утверждений, не имея на то реальной почвы. Из-за того, что философия Сиддхов черпала свой символизм из всех источников, имеющихся в наличии, – таких как фольклор Тамил-Наду, Тантра, Веды, мистицизм тех времен, противостояние буддистов ритуалам и других, – тот, кто действительно хочет понять ее, должен учитывать эти факторы.

Используемый тайный язык символов долгое время являлся одной из причин глубокого недоверия к их учению со стороны других классических философских и религиозных систем Индии. Выступавшие против учения Сиддхов подчеркивали лишь внешне непристойные и непонятные им элементы языка Сиддхов, не вникая в его внутренний смысл. Сопоставление блаженства практикующего в своем высшем состоянии и наслаждения в сексуальном акте партнеров довольно распространено во всех мистических выражениях и язык Сиддхов не исключение. Кажущаяся вульгарность их стихотворений, их эзотерические учения, намеренно запутанный язык и символизм – все вместе привело к отсутствию системного подхода к произведениям и философии Сиддхов вплоть до сегодняшнего дня.

При изучении Сиддхов надо принимать во внимание их символический завуалированный язык – парадоксальный, заставляющий ум активно работать. Он называется «сандхья бхаса» или буквально «сумеречный» язык. Его еще называют «шунья самбасханаи» или «разговор о пустом». «Сандхья бхаса» часто переводится как «загадочный язык», «сокрытый язык» и «намеренный язык». Обманчивая простота характеризует этот мистический язык Сиддхов. «Жнянабодхагам» отзывается о его двояком смысле, как о «сокровище Сиддхов» и называет его «немилосердным языком», поскольку в нем Сиддхи скрывают одно значение и выражают другое, а также предостерегает от буквальной интерпретации произведений.

Основная черта языка – его многозначность, неординарность, способность одновременно выражать несколько значений – как в обычном, так и в трансцендентальном восприятии. Парадоксальный, изобилующий эпиграммами и загадками язык мистичен по своей сути, где высочайшее сокрыто под формой низшего. Сиддхи свободно используют типологию, игру слов, парадокс, повторы и метафоры для передачи читателю всего богатства реальности, скрывающейся в видимых словах и символах. Парадоксальные выражения и их объяснения могут правильно расшифровать лишь посвященные - возможно, сами стихотворения Сиддхов были как раз такого рода посвящением.

Сокрытый язык Сиддхов – это способ передачи эзотерического, мистического учения. Большинство стихов написаны «завуалированным» языком, «парибхаса» – тайным языком, в котором числительные, обычные слова и символы лишены их первоначального значения, но имеют гораздо более широкое и духовно более богатое, глубокое и мистическое содержание. Использование числительных для обозначения мистического переживания – излюбленный прием Сиддхов, который использовал и Тирумулар. Вместе с тем в их поэзии широко используется и символизм букв. Со всей ответственностью мы утверждаем, что односложные выражения, встречающиеся в поэзии тамильских Сиддхов это не бессмысленный набор слов, а осмысленное обращение.

Стихотворения Тирумулара изобилуют «техническими» выражениями, передающими мистическое переживание. Символичный, загадочный язык Сиддхов обладает тем преимуществом точности, концентрации, тайны и полноты эзотерического значения, где символы объективно передают субъективные состояния блаженства. Символы в руках Сиддхов превращаются в форму художественного выражения невыразимого. Использование языка символов – это не просто защита от осквернения невежественными, но выражает неспособность любых красноречивых фраз передать высочайшие переживания духа.

Действительно, язык есть не что иное, как плоское зеркало. В суфийской литературе любая попытка передачи внутреннего содержания духовного переживания человека обычным языком подобна «передаче поцелуя возлюбленному через посыльного». Подведя итог, мы можем сказать, что завуалированный язык Сиддхов сокровенен по своей природе, обладает «мистической аурой» и содержит «откровения бытия для человека, расшифровавшего их послание». Основная трудность – это принятие того, что он требует состояния «тотального присутствия» при чтении, действительного осознания всех религиозных и философских структур, его насыщающих, а также пребывания в углубленной медитации, когда стих служит ключом, открывающим посвященному высший смысл.

3. Количество сиддхи (сверхъестественных способностей) и различные мнения о них

В переводе с тамильского языка слово «сиддхи» означает «реализация», «обретение», «окончательное освобождение», а также достижение на психическом плане. Оно еще может иметь значение «мистицизм». В «Теварам» «сиддхи» определяется как «успех» в постижении Бога. Настоящий смысл слова «сиддхи» лучше всего выражается такими словами, как «обретение» или «достижение» в контексте сверхфизического плана.

В дзен-буддизме есть термин «сатори», который можно перевести как «просветление», что довольно близко индусскому понятию «сиддхи», которое состоит в реальном выходе за рамки человеческого состояния и довольно близко понятию «онтологической трансформации». Говоря словами Мирча Элиаде, достигая сиддхи, «практикующий пытается разрушить структуры земной восприимчивости», дабы построить путь к сверхчувственному восприятию, а также обрести полный контроль над телом. В целом, сиддхи – это стремление «разрушить земного человека» и достичь само-осознанности в структуре Космоса.

Традиционно насчитывают восемь сиддхи (ашта-сиддхи), которые подразделяются на три порядка – два сиддхи знания (гарима и пракамья), три сиддхи силы (ишитва, вашитва и камавашаитва) и три сиддхи тела (анима, махима и лагима). Индуизм насчитывает восемь сиддхи, хотя иногда признает и восемнадцать, и даже двадцать четыре. В «Уддхава Гите» упоминается о двадцати трех сиддхах, Тирумулар говорит о шестидесяти четырех, «Йога-Сутра» Патанджали – о шестидесяти восьми; в «Жнянаветтьян-1500» (J¤Ð­aveññiyЭ-1500) и «Агастьяр Жнянакавийям-1000» (Agastyar J¤a­akÐviyam-1000) упоминается о шестидесяти четырех сиддхах. Стих 337 «Богар Карпам-300» аналогично говорит о шестидесяти четырех сиддхах.

Святой Рамалинга Свамигал тоже указывает на это число. Некоторые подробности о сиддхах мы можем найти в «Йогататтва Упанишаде». В тамильской литературе список сиддхов можно найти в «Тирувилайядар Пуране» (TiruvilaiyÐóaŸ PurÐnam) Паранджоти, у Тайуманавара в его работах «TejºmayÐnandam» и «Siddharganam», в песнях Памбаттичитара, в «Тируварутпа» святого Рамалингама и в «Тирумантирам» Тирумулара. Про обретшего сиддхи говорят, что он «слышит, как трава растет». Памбаттичитар и Тайуманавар воспевали неограниченные способности Сиддхов, появление которых обосновывается несколькими причинами.

К сожалению, сиддхи всегда считались более препятствием на пути духовного развития, нежели йогическим достижением. Святой Рамалингам, который дал подробное описание сиддхи, говорит об их приобретении, как о детской игре. Патанджали считает сиддхи совершенствами в бодрствующем состоянии сознания, но препятствием в состоянии самадхи, когда достижение освобождения может потерять свою актуальность. Патанджали указывает не только на опасность демонстрации сиддхи, но и на угрозу, которую они могут представлять их обладателю: для йогина есть опасность поддаться искушению магии, наслаждаться сиддхи вместо того, чтобы стремиться к реализации своей духовной задачи – достижению окончательного освобождения.

Подчеркивая их двойственную природу, Паттинаттар называет сиддхи «горьким сахарным тростником». Желание привлечь к себе внимание путем демонстрации сиддхи показывает незрелость вставшего на путь. По словам Памбаттичиттара «достигшие самореализации не будут демонстрировать их, но те, кто еще не достиг – делают это». Но для истинного Сиддха, практикующего Кундалини-йогу, сиддхи представляют огромную ценность, потому что они указывают на наличие процесса полного освобождения от законов природы и кармической предопределенности и разрушение структур обыденного восприятия. Сиддхи выражают качество мистического переживания, испытанного Сиддхом, а их реальное переживание состоит во внутреннем преображении, состоянии единения, вхождении в поток освобождения. Под «запрет» же попадает не приобретение сиддхи, а их демонстрация другим.

4. Неприятие системы Тантрической йоги как одного из методов Сиддхов

Сиддхи практиковали Тантра-йогу. Многие люди считали, что Тантра не признает аскетизм и является вульгарной смесью мистицизма, оккультизма, псевдонауки, магии и эротики, выражаемая странным и часто непристойным языком. В отношении же метода тантра-йоги существовал тем более сильный предрассудок из-за того, что она была открыта всем слоям общества, а некоторые Сиддхи происходят с его низших слоев. Это наводило людей на мысли о том, что Тантра предназначена для вырождающихся и падших, и ее практика среди неимущих считалась модной. Вдобавок ко всему наука о лечении, которой владели некоторые Сиддхи, была низведена в разряд «авидья» или ложных знаний.

Зачем нужна медицина, если болезнь вызвана кармой прошлой жизни? Как гласит теория о карме, существует кармическая связь между совершенным намеренно поступком и его последующим результатом – страданием от болезни. Считается, что человек будет страдать от болезней, если он будет совершать следующие поступки: срывать нежные листья растений и бесцельно резать их; вынимать живые существа из воды и оставлять их на земле под солнцем; тревожить передвигающиеся и ползущие создания на пути их следования; ударять птиц камнями и рогатками; вступать в половые отношения с людьми старшего возраста, а также женщинами во время менструального цикла; употреблять пунш в чрезмерных количествах; принимать пищу нерегулярно в течение дня или ночи; чрезмерно потакать своим желаниям; оскорблять и выказывать неуважение по отношению к йогам и старшим по возрасту; гулять по ночам в одиночестве и подвергать сомнению свою атма-шакти (силу своей личности), а также в ряде других случаев.

Все это приведет к таким болезням, как: лихорадка, малярия, головокружение, геморрой, артрит, проказа, диабет, астма, язва, анемия, желтуха, тиф, болезни легких и другим. Чем больше мы совершаем таких поступков, тем большее количество болезней пополнит этот список. Следовательно, человек должен страдать от этих болезней и не имеет смысла его лечить лекарствами, которые не могут ни предотвратить, ни излечить болезнь, вызванную кармой. Таков был аргумент, выдвинутый против Сиддхов сторонниками Ведических знаний.

5. Обычай отождествления Сиддхов с алхимиками

В Тамил-Наду Сиддхов ассоциируют с алхимиками. Традиционная же наука алхимии, как принято считать, работает не только с физическим материалом, требующим преобразования, но также и с душой. Сиддхи считали йогические садханы своего рода внутренней духовной алхимией. Зачастую люди путают Сиддха с алхимиком и относятся к нему как к волшебнику или магу, превращающего обычные металлы в золото. Поскольку алхимик превращает медь (pittalai) в золото (Ðdakam) - на тамильском языке его называют «питталаттаккаран» (человек, превращающий медь в золото). Это слово в тамильском имеет и другое значение: обманщик, ловкач. К сожалению, из-за того, что Сиддхов ассоциировали с алхимиками, в свой адрес они получили эпитет «мошенник, которому нельзя доверять», то есть «питталаттаккаран».

Алхимию нельзя рассматривать, как занимающуюся только получением золота, поскольку она также предлагает способ сохранения тела, как средства к высшему освобождению. В «Расешвара Даршана» говорится о том, что ртуть может сохранить тело и сделать его бессмертным.65 Далее мы поймем сходство между алхимиком и Сиддхом – как алхимик работает над металлами, превращая их в золото, точно так же Сиддх преобразует свой психофизический аспект в свободный независимый дух. В Индии золото символизирует бессмертие. Если смотреть с этой точки зрения, каждый Сиддх является по сути духовным алхимиком, и его садхана – это кайа-садхана, то есть совершенствование тела или преобразование его в бессмертную сущность. Йогины называют эту технику садханой, ибо она является своего рода внутренней духовной алхимией. Мирча Элиаде провел сравнительную характеристику йогина и алхимика:

«Йог работает над своей физиологией… Практикуя аскетизм по отношению к своему телу он достигает утончения материи, что в точности можно сравнить с алхимиком, который «испытывает» металлы и очищает их в своей лаборатории. В обоих случаях конечным результатом является достижение состояния полной духовной независимости, поскольку дух более не обусловлен психо-физическим аспектом или внешним материальным миром.» Иногда для Сиддхов алхимия была просто внешним покрывалом, оболочкой или печатью, скрывающей что-то более глубокое, своего рода защитным средством от незваного вторжения.

6. Нетрадиционный взгляд Сиддхов на философию человеческого тела

Все традиционные системы индуизма относились к Сиддхам настороженно, поскольку последние провозглашали идею о возможности достижения освобождения или мокши в теле. С их точки зрения целью йоги-садхана является кайа-сиддхи или совершенство тела. Ортодоксально настроенное течение Шайва Сиддханты относилось к Сиддхам, как к религиозным изгоям и исключило их мировоззрение как из широкого свода своих канонов, так и из общественно-философских трудов.

Сохранились сведения о том, что пандарамы (paõóÐrams – аскеты) течения Шайвы стремились найти и уничтожить экземпляры поэзии Сиддхов. Среди ученых бытовало мнение, что большинство Сиддхов – это плагиаторы, самозванцы, поедатели опиума и витающие в облаках мечтатели, и они систематически клеймились как отклонение от конформистского образца индусской касты. Учения и поэзия Сиддхов не получили официального признания у «элиты» и «образованных», хотя их стихи пользовалась популярностью у народных масс Тамил-Наду.

Давайте попробуем понять с точки зрения Сиддхов концепцию человеческого тела, которая является уникальной и не входит ни в одну из систем индусской мысли, будучи непризнанным постулатом индуизма. В их мировоззрении человеческое тело приобретает особую важность, которой никогда доселе не имело во всей духовной истории Индии. Согласно Сиддхам, экспериментальным полем деятельности мастера является он сам и его тело, несущее в себе бессмертную сущность. Обычное человеческое тело может и должно быть преобразовано в божественное тело и призвано служить инструментом для конечного освобождения.

Точка зрения Сиддха на тело как на мокша-садхану (практику освобождения) называется «кайа-садханой». В «Тирумантирам» мы встречаем несколько стихотворений, провозглашающих важность человеческого тела, как лестницы, ведущей к мукти. В одном из своих известных стихотворений Тирумулар называет человеческое тело «обителью Бога». В литературе Сиддхов храм – это образ как макрокосма, так и микрокосма, как космического человека, так и его внутренней сущности.

Сиддхи воспринимали человеческое тело как выход или врата к высшей Реальности. Шиваваккиар часто использует выражение «преддверие» или «предел» - на тамильском «васал» – и называет человеческое тело пределом, в котором обитает Бог. Понятие предела является сокровенным; тело представляет собой один такой сокровенный предел, в то время как другим является гуру. В литературе Сиддхов «предел» несет мистическое содержание: это граница между двумя мирами – обычным, земным и выходящим за его пределы священным миром. Это та точка, где мы переходим от одного вида существования в другой, от одного уровня сознания к другому.

Слово «васал», используемое Сиддхами, означает момент, когда мы сами открываемся навстречу новым глубинам нашего существования. Они говорят о том, что необязательно совершать паломничество к святым местам или изучать шастры, поскольку предел уже находится внутри нас. Идея тела как микрокосма Реальности приобрела духовный, мистический смысл по сравнению с его чисто физическим понятием в других системах. Взаимоотношение человеческого тела и Вселенной можно постичь только путем духовного устремления. Кайа-садхана и есть реализация такого устремления. Следующим важным аспектом точки зрения Сиддхов на человеческое тело является понятие «ньяса», суть которого состоит в ощущении богов и сил, их представляющих, в различных частях тела.

В литературе Сиддхов мы встречаем следующие виды тел: стхула-деха, йога-деха, сиддха-деха, пранава или мантра-деха, джняна или дивья-деха. Превращение стхула-деха в дивья-деха есть задача кайа-садханы. Шиваваккиар объясняет трансформацию физического тела в божественное путем аналогии с червяком, превращающимся в бабочку. Попытаемся кратко охарактеризовать различные ступени кайа-садханы. Стхула-шарира – это незрелое обычное физическое тело, не дисциплинированное йогой.

Это «замаскированные врата», которые необходимо «открыть», то есть выйти за его пределы, чтобы достичь кайа-сиддхи. Шиваваккиар говорит о том, что человек должен защитить, привести к состоянию бессмертия и сохранить тело с помощью йоги точно так, как он бы защитил прекрасную леди в ее доме. Когда стхула-шарира дисциплинирована йогой, она становится зрелой или «паква». Памбаттичиттар использует тамильское слово «пудам», которое переводится как «созревать». «Агаттияр Панчакарам-37» говорит об удалении нежелательных элементов из тела путем процесса сжигания (с помощью кундалини-агни).

Как только тело укрепляется йогой, внутренние силы помогают садхаку (ученику) поднять свою кундалини, которая проходит через шесть адхар. Это есть процесс приобретения йогических сил, сиддхи, ведущий к сиддха-деха, когда тело может делать абсолютно все, что угодно и являться по желанию йога всем, чем угодно, так как оно более не подчиняется пространственно-временным законам обычного тела. После достижения сиддхи, сиддха-деха превращается в мантра-деха или (иначе) пранава-тану. Пранава-деха – это тело, состоящее из священного звука АУМ – суть тело «Нада» или тело Слова.

Такое тело йога сопровождается определенными мистическими звуковыми вибрациями в форме мантры «АУМ Намахшивая». На этой стадии тело йога не отличается от мантры, то есть тело трансформируется в форму звука, форму мантры и называется «пранава» или «мантра-деха». Описание такого тела, мантира-мени или мантра-деха можно найти в «Тирумантирам». Человеческая форма, представляющая собой пранава-деха, в тамильской литературе называется «mantira m¹­i cakkaram». В одном из тамильских произведений «Тирумантирамалаи-300» можно найти описание того, каким образом пятьдесят одна буква алфавита может представлять различные части тела.

Согласно Сиддхам, человек, обладающий пранава-деха – это дживан-мукта - «человек, достигший освобождения при жизни», описание качеств которого можно найти в «Тирумантирам». В философии Сиддхов не существует освобождения после смерти (видеха-мукти); в самом лучшем случае это состояние является лишь предположением. Дживан-мукта обладает не личным сознанием, а, скорее, свидетельствующим сознанием - несмотря на его проявление в мире, у него отсутствует ощущение «Я действую». Все обыденные вещи он видит в новом чудесном свете, ибо он вошел в самое сердце реальности. Бенгальские Баулы называют состояние дживан-мукта – «живой мертвец» (jiyanta-mora). Подобные выражения мы находим у многих Сиддхов.

Как говорил один даосский мудрец, «Совершенный человек пользуется умом, как зеркалом. Он ни к чему не привязывается. Он ничего не отрицает. Он обретает, но не хранит». В философии Сиддхов дживан-мукта не умирает, чтобы получить освобождение, но трансформируется в сам путь освобождения, в дивья-деха. Когда дживан-мукта приобретает состояние дивья-деха, он сливается с Вечностью и становится парамукта. У Сиддха, достигшего дивья-деха, не возникает логического вопроса, существует ли он на самом деле или нет. Состояние дивья-деха – это явление, когда йог вступает в бессмертие с настоящего момента и навечно, начиная непосредственно с этого мира, и бессмертие не воспринимается им как состояние после смерти.

Можно привести живые примеры, опровергающие утверждение о видеха-мукти, такие как Святой Нанданар, Святой Маниккавасагар, Шри Андал (соединившийся с Богом в Шрирангаме), Шри Чайтанья и Шри Рамалинга Свамигал – все они при жизни обрели дивья-деха. Очень интересен и поучителен процесс, использованный великим мастером Йоги Шри Кришной для трансформации своего материального тела в дивья-деха, когда он пожелал покинуть этот мир. Пребывая в состоянии концентрации, он исполнил йогический процесс под названием «Агни-йога-дхарма» или процесс излучения внутреннего огня, которым преобразовал свое тело в более утонченную форму, перейдя в которую он покинул этот мир. Об этом рассказывается в «Бхагават-Гите».

Дивья-деха называется «чинмайа» или «тело Света». Это есть тело беспредельного пространства, «веттавели» – невыразимой безграничной протяженности. На этой ступени «тело» сверкает огнем бессмертия и по-тамильски называется «оли удамбу». Как образно выражается Тирумулар, даже «волосы воссияют на этом преображенном теле». По достижении Сиддхом дивья-деха, он достигает состояния Шивы. Таким образом, дивья-деха еще называют «каилайа-деха». В учении Сиддхов освобождение души не означает «пурушартха» или мокша; скорее здесь ближе понятие «дживанмукти» или освобождение при жизни посредством достижения бессмертия.

Не вдаваясь в детали, мы можем сказать, что в литературе Сиддхов упоминаются три метода, при помощи которых человеческое тело может быть преобразовано в бессмертное. Во-первых, есть метод алхимического процесса, который вместо лаборатории происходит в теле и сознании садхака. В манускрипте «Богар-7000» мы находим ссылку на рецепт приготовления величайшего из лекарств – муппу – при введении которого в тело последнее превращается в дивья-деха, бессмертное золотое тело.82 Второй – метод кундалини-йоги, применяемый всеми Сиддхами.

Третий метод предполагает так называемую улта-садхану (практику противостояния), в основе которой лежит утверждение о том, что половое влечение, должным образом культивируемое, способно вернуть человека к самому сердцу реальности. При сублимации и трансмутации сексуальной энергии йогин перестает идентифицировать себя с физическим телом. Такое состояние имеет свое название: урдхарета. Описывая последний метод, «Агастьяр Жнянам», произведения Богара и «Тирумантирам» утверждают, что для человека, в совершенстве им овладевшим, не существует смерти. Следуя по стопам, Богара, данная техника превращения сексуальной энергии в духовную преподается в центрах крийя-йоги по всему миру. Путь преодоления физического бедствования – это принятие учения Сиддхов о теле, потому как принятие есть превосхождение.

7. Достоверность биографических сведений

Очень сложно дать достоверную биографическую информацию о Сиддхах, поскольку о них сохранилось очень мало устных и письменных сведений. В стихотворении святого Агастьи говорится, что большая часть работ Сиддхов была утеряна в результате потопов (в период Пралайи), а то, что мы имеем на настоящий момент – лишь небольшое собрание стихотворений, которые были «выброшены на берег» и сохранены. Исходя из этого, бытует мнение, что именуемое сегодня поэзией тамильских Сиддхов – это всего лишь различные искажения оригинальных произведений рядовыми людьми.

В этом случае необходимо соблюдать огромную осторожность, принимая от составителей антологий и других авторов информацию исторического и биографического характера. Биографические данные в работах многих писателей представляют собой смесь жизнеописаний, основывающихся на традициях, местном фольклоре, мифологии и личном отношении их авторов. Все эти описания носят легендарный характер. Хотя не сохранились документальные сведения в их поддержку, сразу отбросить их тоже нельзя, поскольку в них все же присутствует некое зерно истины, к которому последующие поколения добавляли свою информацию.

Подлинные сведения отсутствуют и по той причине, что история и биографии Сиддхов передавались от поколения к поколению в устной форме, из-за чего появлялись многочисленные изменения, потери данных, добавления и, во многих случаях, искажения в угоду чьей-то прихоти и фантазиям. Очень тяжело отделить зерна от плевел – никогда нельзя быть полностью уверенным, имеется ли зерно истины в данной информации. В некоторых биографических сведениях писатели настолько отдаются своей фантазии, что им с трудом можно верить. Настоящий исследователь должен уметь отделять молоко от воды подобно легендарному лебедю Хамса.

Тамильская литература Сиддхов насчитывает многие века и вполне вероятно, что некоторые подробности их жизни были изменены, заменены и во многих случаях искажены в угоду традиции, случаю, периоду или в момент, когда их рассказывали и записывали. Таким образом, невозможно сказать что-либо определенное относительно биографии Сиддхов. Проследить историю жизни Сиддхов так же сложно, как проследить путь птицы в небесах. Как лодки не оставляют после себя след на водной глади, Сиддхи не оставили никаких подробностей своей жизни в произведениях.

В ряде случаев невозможно получить информацию о настоящих именах Сиддхов, местах их рождения, кастовой и религиозной принадлежности, а также мест, где они проживали и достигли освобождения (самадхи). Мы предполагаем две причины такого отношения Сиддхов: первая, как сказал Мирча Элиаде, «Индия поглощена Бытием; а история, созданная свершившимся, всего лишь одна из форм Не-бытия» У Сиддха Карувурара, ученика Богара, мы находим другую причину: Сиддх без труда может покинуть свое тело и войти в другое. Поскольку этот прием широко распространен среди Сиддхов, очень трудно установить «кто есть кто».

По традиции каждый Сиддх получает пять разных имен: первое дается родителями, а оставшиеся четыре знаменуют собой стадии его духовного восхождения. Одно из этих четырех имен дает гуру (духовный учитель) в момент посвящения ученика. Подобно тому, как в Китае у Дао нет определенного имени, имена тамильских Сиддхов тоже непостоянны. Многие из их имен символичны. Эти имена не являются фамильными, святой получает их по достижении определенных ступеней духовного совершенства.

Такие имена относятся к трансцендентальным состояниям сознания, обретаемым в практике Кундалини-йоги; это духовные наименования, присвоенные лицам, достигшим определенного йогического мастерства. Имя Агаттьяр (тамильский вариант произношения имени Агастья) означает того, кто возжег в себе внутренний огонь («агам» – внутренний, «ти» – огонь), то есть поднявший в себе огонь Кундалини. В большинстве работ по тамильским Сиддхам святой Агастья упоминается как основоположник учения Сиддхов. В тамильской литературе и философии можно найти ссылки не на одного, а на нескольких Агастья. У Агастьи есть и другие имена, такие как Кумбамуни, Каласамуни, Кудамуни и другие.

Однако, чем дальше – тем больше: в тамильской литературе можно найти более 190 работ под именем Агастьи. Подобным же образом упоминаются и несколько Паттинаттаров. Конечно, какой из Паттинаттаров является Сиддхом, следует решать, исходя из сути самой «доктрины» тамильских Сиддхов. Повторение одного и того же имени указывает на то, что большинство имен Сиддхов – приобретенные; по достижении определенного состояния святой получает новое имя, подчеркивающее, что он «рожден» для «нового опыта» и, следовательно, ему надо избавиться от старого имени со всеми его ассоциациями и получить новое, отвечающее его новому духовному уровню. С полным основанием можно утверждать, что большинство имен тамильских Сиддхов не исторические, а скорее относятся лишь к определенным абстрактным йогическим принципам и носят приобретенный характер.

Мы уже упомянули о том, каким образом имя Агастья относится к человеку, возжегшему йогический огонь Кундалини. Победивший секс и гнев назван Горакша. «Матсья» переводится как «рыба», что в терминологии Тантры означает чувства. Имя Матсиендранатх подразумевает «того, кто контролирует чувства» и относится к человеку, разорвавшему путы привязанностей. Таким же образом можно определить смысл имени Паттинаттар – «патти» плюс «наттар», то есть человек, который может спасать души. «Патти» по-тамильски означает «загон для скота»; оно также может иметь смысл «собирать души» – души, блуждающие в темноте.

«Паттинаттар» – тот, который помогает таким душам и ведет их, предлагая им способ выйти за ограничение мира и чувств («наттар») и освободиться. Имя Памбаттичиттар расшифровывается следующим образом: «Памбу» на тамильском означает «змея», символ вечности, и считается, что с помощью кожи змеи можно стать невидимым. Говоря словами Вогеля «Способность сбрасывать свою кожу обеспечила змее долгую жизнь и даже бессмертие». Сброшенная кожа указывает на разъединение со злом и освобождение от оков земного существования.

Слово «змея» относится и к свернутой Кундалини. Сиддх, в совершенстве овладевший Кундалини-йогой и достигший бессмертия, зовется Памбатти. Известен также и другой Сиддх под именем Кудамбай, что с тамильского переводится как «серьга», подобно которой свернута кундалини. Кудамбайчиттар означает «кундалини-йогин». Кудамбай в точности обозначает то, что подразумевается под «kÐn-phañл (прокалывание мочек ушей) и является в индуизме всеобщим тантрическим определением Сиддхов.

Сиддх, пьющий нектар (амриту), выделяемую сахасрарой, которая представляет собой камала (лотос), и есть Камала-Сиддх. Слово «идайккаду» по-тамильски означает точку между бровями. Сиддх, прошедший через нее и сливший свою душу с космической душой, будет называться Идайккаттучиттар. Сиддх, установивший контроль над колеблющимся умом, который по-тамильски звучит как «агаппей» (внутренний дух), именуется Агаппейчиттаром. На греческом языке слово «агаппе» означает чистую духовную любовь. Один из Сиддхов известен под именем Камбаликкатаймуни. Возможно, он его получил благодаря тому, что носил шерстяную верхнюю одежду.

В этой связи можно заметить, что слово «суфий» произошло от слова «suf», что переводится как «шерсть» и обозначало святых, носивших шерстяные одежды и посвятивших себя самоотречению. Можно почти не сомневаться в том, что в до-исламистские времена в Индии шерстяные одежды ассоциировались с духовностью. Богар называет Камбаликкаттаймуни «медведь-Сиддх» (по-тамильски «Карадичиттар»). Само имя Богар означает «того, кто наслаждается», то есть наслаждающийся блаженством бессмертия. Шиваваккьяр - не настоящее имя, а приобретенное – возможно благодаря тому, что более чем в шестидесяти местах своего произведения он употреблял слово «Шивайам».

Приведенные объяснения показывают, насколько трудно получить достоверные данные о жизни Сиддхов. Все же в некоторых работах можно найти их отдельные биографические сведения с различными подробностями. Одна из таких работ называется «Чатурагириттала Пурана» и ее целью является как раз изложение истории Сиддхов. Кроме главы по Падинен-Сиддхам, все главы выдержаны в мифологическом (пураническом) стиле, где описания даны лишь согласно традициям и фольклору, а достоверных сведений о жизни Сиддхов данная книга не предоставляет.

Имеется другая работа на тамильском языке – «Сиддхаргал Варалару», в которой дана краткая история, жизнь и работа более пятидесяти одного Сиддха. Книга Маршалла Говиндана «Бабаджи и традиция крийя-йоги восемнадцати Сиддхов» дает краткое описание жизни и учения Тирумулара, Агастьи и Богара. Сохранившаяся на пальмовом листе рукопись Жньянабодхагама представляет собой труд по истории религии Сиддхов. В работе Богара «Жняна Сагарам-557» можно найти список мест рождения Сиддхов (см. Приложение А). Он также признает, что из-за того, что Сиддхи не раскрывали своих автобиографий, происхождение их так же тяжело проследить, как истоки рек и личную жизнь святых (риши).

Несмотря на трудности, он все же отобрал «насколько он знает» определенные факты из их жизни. Интересно будет узнать, что Богар в своей работе «Саптакандам» (или «Bºgar-7000») предоставил данные по длительности жизни Сиддхов (см. Приложение А). В той же работе можно найти название месяца рождения и звезды, под которой был рожден каждый Сиддх (см. Приложение Б). В этой связи будет интересно заметить, что во всемирно известной библиотеке «Раджа Серфоджи Сарасвати Махал» (Raja Serfoji Saraswathi Mahal Library) в городе Танджавуре, штат Тамил-Наду, хранятся выполненные от руки рисунки, изображающие восемнадцать Сиддхов.

В «Чатурагириттала Пуране» издатель также включил восемнадцать изображений Сиддхов с именами и местами, с ними ассоциируемыми. В книге «Бабаджи и традиция крийя-йоги восемнадцати Сиддхов» и в издании С.А.А. Рамайях «Богар Канда Йогам» тоже можно найти изображения этих восемнадцати Сиддхов. Примечательной чертой последних двух книг является то, что Кудамбайчиттар в них изображен как Сиддх-женщина.

Все эти рисунки в своем большинстве основывались на сведениях описательного характера, которые можно найти в различных жизнеописаниях Сиддхов, построенных на принципе устной передачи и традиции. Тот, кто считает себя исследователем в области философии, не должен полностью принимать или отвергать традиционные сведения и изображения Сиддхов из-за отсутствия для этого достаточных доказательств, а также ставить под сомнение их значимость. Остается лишь сожалеть, что индийские святые не пишут автобиографий, которые могли бы оказаться полезными всем ищущим, как не оставляют они никаких данных и о своей деятельности. Не делают они этого, потому что не имеют интереса к своей личности.

Открытость их системы представляет основную трудность при переводе философских идей Сиддхов. «Открытая система» означает, что вопросы, поднятые Сиддхами, невозможно ограничить условностью выбора «того или этого», а их ответы нельзя низвести к односторонней точке зрения. Как Дхаммапада говорит об архате, мы можем сказать и о Сиддхе – его след так же тяжело определить, как след птицы в небесах. Их философия не ограничивается определенной группой людей; любой представитель человечества может свободно принять в ней участие. Об этом ясно говорится в работах Богара, особенно в «Богар Саптакандам»: философия Сиддхов открыта всем. Так, величие Богара состоит в обучении своей философии китайского народа. Выражение Богара «ve×iyÐkki­¹­¹» означает, что он открыто передает всем учение Сиддхов. Характеристика философии Сиддхов будет неполной без освещения понятий «гуру» и «арруппадай».

Роль посвящающего, гуру - важный аспект учения Сиддхов. По их мнению, научиться Кундалини-йоге и другим эзотерическим практикам можно только у учителей-мастеров или гуру, и почти все Сиддхи упоминают о духовной традиции гуру (парампаре). В «Чхандогья-упанишаде» (4.14.1) говорится, что боги могут наделять ученика знанием, могут даже одарить мудростью Атмана, но лишь гуру способен указать путь. Гуру есть первые врата или ступень восхождения по лестнице к освобождению. Санскритское слово «гуру» произошло от двух звуков: «гу» означает «темнота» и «ру» – «свет».

Гуру снимает темноту невежества или не-истины и ведет своего ученика к Просветлению и Истине. В тамильском фольклоре существует пословица о том, что человек, не имеющий гуру, не знает пути (или корня) знания (guruvaŸiyЭ karuvaŸiyЭ). Сиддхи в буквальном смысле слова боготворят своих гуру – факт, отличающий также последователей тантры от приверженцев пути Веданты – «девабхаджу» или поклоняющихся дэвам (богам). Для Сиддхов гуру невидим физическому глазу. Его еще называют «шунья» (безбрежное пространство или веттавели) для обозначения пространства свободы или знания, в котором ученик теряет себя.

Иногда гуру-парампара (линия предыдущих гуру) может обозначаться общим термином «гуру»: таким образом, гуру – это не обязательно живое человеческое существо. Он помогает ученику видеть и изучать, думать и осознавать, практиковать и реализовывать. Гуру, согласно традиции Сиддхов, не есть набор теоретических идей, но авторитетный источник, прочувствовавший и проживший свое учение. Он не просто сеятель знаний и мудрец, но сам есть этот напиток знания – существо, познавшее и испытавшее освобождение.

Культура Сиддхов основывается на дикша – посвящении. Так как нет иного пути посвящения в практику йоги, кроме как с помощью гуру, Элиаде называет йогу «системой посвящения». «Шека», «абхишека» – другие термины для обозначения понятия посвящения. Более правильный перевод слова «дикша» - «наделение силой», потому что в этом процессе учитель вынашивает ученика в себе, как мать вынашивает зародыш в своем чреве, и передает ученику всю свою энергию мудрости.

Слово «дикша» несет в себе две идеи: «dãyate» и «kùãyate» – «дающий» и «ослабляющий», то есть дающий или наделяющий знанием, и ослабляющий или разрушающий (устраняющий) низшие импульсы и желания, являющиеся преградами - тем самым освобождая ученика от пут феноменального мира. Овладение силой приводит к духовному перерождению: для индивидуума оно означает полную трансформацию. Нет ничего удивительного в утверждении Сократа о том, что его миссия – это роль акушера, потому что он «рождает» нового человека и помогает рождению в нем «того, кто знает».

Во время посвящения человеку присваивается новое имя и посвященный более не является «человеком, рожденным от земли», то есть черпающим свою родословную от земных родителей. Он отбросил все предыдущие связи и «мертв» для материальных достижений. Он «перерожден» для развития в новых условиях и становится двиджа, «дваждырожденным» или рожденным заново, а именно – облаченным в духовное тело или тело света и знания. Он является учеником, который с полным осознанием черпает силу и знания лишь из себя самого.

В Тантрической литературе имеются указания на два процесса посвящения - «мадхура пака» и «хатха пака» (также часто именуемыми «мантри» и «самбхави»). Мадхура пака – это обычный внешний ритуальный процесс посвящения; процесс удаления нежелательных внутренних элементов путем постепенного и медленного осуществления регулярных практик на основе наставлений гуру. Хатха пака включает три ступени: «спарши», основанная на касании, которая ведет ученика подобно птице, лелеющей птенцов под покровом своих крыльев; «чаксуши», основанная на зрении - действует подобно рыбе, взращивающей свое потомство с помощью одного лишь взгляда; и «манаси», – ментальная, подобна черепахе, питающей детенышей лишь собственной мыслью о них.

Эти три типа взяты у Ганапатидасара. Тайуманавар идет на шаг дальше и предполагает, что простого присутствия гуру или святого достаточно для посвящения человека в процесс освобождения. Он сравнивает гуру со спелым фруктом в куче неспелых, сама близость которого способствует созреванию последних. Как говорит Куларнава Тантра «Форма гуру есть корень дхьяны, лотосоподобные стопы гуру – корень пуджи, слово «гуру» - корень мантры, а благость гуру – корень сиддхи.»

Мантра тамильских Сиддхов – «Шивайанама(х)» - не просто философско-мистическое понятие, но несет в себе и социальный аспект. «Нама» переводится как «жертва», Шива означает «блаженство» (ананда), а «айа» – это развязка или результат. Так, слово «Шивайанама» означает «результат жертвы – в блаженстве». В жертве Сиддхи находили блаженство и рассматривали жертву, как возможность служения, ибо служение и работа для них начинается с самореализации человека. Таким образом, забота Сиддхов об общем благе предоставила им еще один путь для самораскрытия.

Мистический опыт Сиддхов придал новое значение служению во имя людей. Понятие «арруппадай» в тамильской литературе, что есть «направление или указание пути всем и каждому», независимо от касты, веры, пола, религии или национальности, у Сиддхов приобретает социально-философское значение. Это понятие утверждает обет служения человечеству посредством собственного просветления. Их поэзия является указателем пути самореализации для ищущего истину. Сиддхи хотели, чтобы все могли насладиться тем, чем наслаждаются они.

Движимые любовью, они желают, чтобы все живые существа наслаждались благополучием, счастьем и единством. Обращаясь к своим слушателям, один суфийский мистик называет их утками, воспитываемыми наседками, которым надо осознать, что судьбой им предназначено плавать, а не стремиться стать цыплятами. Подобное отношение наблюдается и у тамильских Сиддхов, где за точку отсчета берется человечество, а не абстрактное божество. Понятие «арруппадай» – это мистическое выражение Сиддхов их готовности указать путь человечеству и передать факел духовности другим людям, и оно являет собой акт высшего альтруизма. Они искренне верили, что настоящая свобода в условиях разделенности невозможна.

Это стремление указать людям путь в философии Сиддхов приобретает два аспекта – позитивный и негативный. В негативном аспекте Сиддхи подчеркивают действия, которые не должны совершаться человеком, если он хочет достичь реализации. Для достижения самореализации и мистических переживаний Сиддхи убеждают людей не останавливаться на полпути, увлекаясь кастовым разделением, писаниями, ритуалами, церемониями, пуджей и прочим. Согласно Сиддхам, причина преобладания иллюзий в нашей жизни носит скорее общественный, нежели личный характер.

Метод Кундалини-йоги, их этические принципы, медицинская система и, прежде всего, их доступный язык, служащий передаче того, что они хотели сообщить, - образуют позитивный аспект понятия «арруппадай». Забота Сиддхов об обществе лучше всего отражена в их системе медицины. Она именуется «лока-санграха» в традиции мистицизма Сиддхов, который является не только переживанием Реальности, но и их образом жизни. Короче говоря, Сиддх не отрекается от мира; вместо этого он или она пытается посвятить себя его развитию, одновременно наслаждаясь совершенной свободой.

Такая забота Сиддхов об общем благе сводит на нет распространенную точку зрения западных критиков на индийских мистиков о том, что в них нет бескорыстного стремления к благополучию других людей. Благодаря отношению Сиддхов к обществу и их духовности, их философия может стать проявлением нового истинного гуманизма на мировой лестнице, ведущей все живые существа к жизни в мире братства, в большой вселенской семье – vasudeiva kutumbakam – семье Господа Васудевы, Всемогущего.

Глава 2. Кундалини-Йога

Любое изучение переводов и комментариев к стихотворениям Богара требует дополнительной главы по Кундалини-йоге. Направление тамильских Сиддхов является ответвлением индийской Тантрической йоги и использует этот метод как средство достижения освобождения и бессмертия. Йога – это способ активизации того потенциала, который всегда присутствует в нас, и ее целью ставится достижение полного самоосознания. По своей сути Йога – это путь развития осознанности, ставящая упор более на практическую, нежели философскую деятельность. Сиддх превращает свою внутреннюю жизнь в духовную лабораторию для своего освобождения, выхода из-под власти Времени и Истории. Йога, как дхьяна-шукха или радость созерцания, дарит человеку также радость самораскрытия.

В основе тантра-йоги лежит Кундалини-йога. Слово «тантра» имеет много значений и скрывает в себе один слой за другим. Оно произошло от корня «тану», что переводится как «развитие» или «расширение» и используется в любых источниках, развивающих и расширяющих границы знания. Систему Тантры условно можно разделить на два вида – ортодоксальную и неортодоксальную. К ортодоксальной относятся Агама, Нигама и Ямала тантры. Тот вид, с помощью которого Шива обольщает свою супругу Парвати, называется Агама.

Нигама указывает на слова, с которыми Парвати в беседе обращается к Шиве. Та часть тантры, где описывается процесс творения, повседневные церемонии, праздники, кастовость, традиции и правила поведения, известна под названием Ямала. Тантрическая традиция буддизма неортодоксальна. Однако, мы с уверенностью можем сказать, что Тантра, по сути, не является полностью ни индусской, ни буддистской, но принадлежит к более глубинным слоям сознания, чем все Индийские религии; она является своего рода общим языком в культуре. В качестве садхана-шастр, тантра имеет свои отличительные черты. Она всеобъемлюща и открыта для всех человеческих существ. Основные понятия тантрической практики (садханы) включают в себя следующие принципы: духовного ведущего (гуру); посвящение (дикшу); очищение тела (бхута шуддхи); очищение ума (ньяса); и пробуждение кундалини при помощи йоги.

Условия полярности и идентичности – одни из наиболее важных в Тантре, цель которой состоит в выходе за пределы двойственности путем полного слияния дуальных принципов в теле йога. Двойственность символично можно представить как два полюса: мужской и женский, Шива и Шакти в индусской тантре, шуньята и каруна в буддизме махаяны, праджня и упайя в буддизме сахаджьи, Кришна и Радха в вайшнава сахаджьи, ян и инь в даосизме. Согласно Тантре, эти полюса присутствуют в смешанном виде в каждом человеческом существе.

Сиддх Какапусундар говорит, что в практике Кундалини-йоги достигается ступень, на которой садхака осознает в себе присутствие женского начала в такой форме, когда передняя часть тела представляет собой мужскую, а задняя – женскую сущность. Юнг назвал компенсирующий женский элемент в мужчине «анима» и соответствующий элемент в женщине – «анимус». В даосизме принцип инь-ян является частью Дао. Принцип Тантры на самом деле состоит в том, что материя содержит в себе зерно духа, а дух – зерно материи.

Один из основных постулатов Тантра-йоги гласит: все, что имеется в макрокосме, анда, существует и в микрокосме, пинда. Дипак Бхаттачарья называет такую параллельность «макро-микросимметрией». Тантра говорит о том, что одна Реальность обладает двумя аспектами: абсолютно великой, парама-махат и абсолютно малой, парама-ану. Парама-махат – это рассеянный, недифференцированный аспект, Эфир, Сознание или Веттавели Сиддхов. Парама-ану – сжатый потенциальный аспект реальности, бинду, низшими формами которого являются существующие зародыши жизни и материальные атомы. Сиддхи говорят о состоянии «уччивели» или «чидакаша», переживаемом в момент достижения Кундалини области сахасрары, а также о веттавели, которое еще называют Махакаша, всеохватывающее единство.

Для обозначения Шивы как микрокосма используется слово «чиррамбалам»; Шива как Макрокосм называется «Перамбалам». Сиддх Валайками в своей работе «Жнянакумми» называет Кундалини методом, питаемым смешением начал микро- (земли) и макро- (небес) космоса. Третья глава «Сиддха-Сиддханта» Паддати полностью посвящена этому вопросу микро-макропараллелизма. В ней говорится о том, что звук «Аум» есть выражение принципа единства человеческого существа и вселенной – атмана и Брахмана, микрокосма и макрокосма.

Махавакья или всекосмический принцип «Ты Есть То» (tat tvam asi) является таким же выражением микро-макросоответствия. В Йоге существует процесс под названием «ньяса» (ритуальная проекция), когда различные части тела идентифицируются с различными частями вселенной и божественными центрами. Большая часть индийской «сокровенной физиологии» основана на отображении «солнц» и «лун» в человеческом теле. Известен краткий трактат под названием «Хаштапуджавиди», в котором рекомендуется проводить медитацию, ассоциируя пальцы левой руки с космическими элементами.

Согласно другому трактату «Хаштакара Янтра», линии ладоней указывают на существенную связь межпланетных ритмов с человеческим организмом. Как заметил Мирча Элиаде, космицизация – это процесс преобразования человека в новые гигантские измерения, а также процесс, обеспечивающий ему макро антропный опыт. Йогин проводит ньясу для того, чтобы пробудить священные силы, спящие в его теле. Весь процесс Кундалини-йоги отражает в себе этот микро-макропараллелизм: индивидуальное существо и Вселенская Сущность едины. Джива есть Шива; микрокосм есть макрокосм.

Йога есть тот краеугольный камень, утверждающий пределы индийской духовности. Это кинетическая сила и движущая идея, характерный аспект или черта индуизма; это эффективная техника выхода за рамки Времени и избавления от прошлого. Как метод, йога представляет собой универсальный инструмент, выходящий за доктринные, областные, лингвистические и географические границы. Это, на самом деле, основной вид Индийской духовной концентрации, не имеющий отношения к сектантским религиям. Несмотря на то, что этимологически слово «йога» означает «связывать, объединять», оно приобрело множество других оттенков, таких как «метод», «деятельность», «сила», «медитация», «отречение» и иных.

Теос Бернард дает нам семнадцать значений слова «йога». Действительно, этим словом называют многие вещи, потому как йога и есть множество вещей. Сиддхи называли ее эзотерическим путем получения меда без цветочной основы. Тирумулар указывает на то, что живущие йогой и ощущающие божественную силу и свет с помощью йоги и есть Сиддхи. В «Йога-таттва-упанишаде» говорится, что йога имеет множество форм, из которых основными четырьмя являются Мантра-йога, Хатха-йога, Лайя-йога и Раджа-йога, и каждая из них имеет собственные отличительные черты и техники. Самая простая форма йоги – Мантра-йога, в ходе которой ученик обретает объект для созерцания – изображение, образ, символ божества, мандалы, янтры, мудры и тому подобное.

Практики Хатха-йоги в основном заняты контролем физического тела с целью развития тонкого тела. Базовые знания Хатха-йоги необходимы каждому, кто стремится понять Сиддхов. Лайя-йога являет собой высшую форму Хатха-йоги и связана с деятельностью Кундалини – последователи тантры также, как и Сиддхи придают этой йоге особое значение. Агастьяр Жнянсам говорит о том, что настоящая Йога имеет место лишь тогда, когда понята (то есть поднята) Кундалини. В основе Лайя-йоги лежит техника подъема кундалини и объединения ее с Высшим Духом. Раджа-йога означает концентрацию ума посредством контроля жизненно важных центров. Кроме перечисленных, существуют и другие йогические системы, как, например, в Джайнизме и Буддизме.

Лайя-йогу практикуют все тамильские Сиддхи. Это глубокая всепоглощающая концентрация, ведущая практикующего к конечной цели объединения с беспредельностью или тем, что Сиддхи именовали Шива-айкья. Так как вся Лайя-йога основана на поднятии Кундалини, она была названа Кундалини-йога. Все тамильские Сиддхи говорили о технике Кундалини-йоги и «Тирумантирам» на нее часто ссылается. Она еще называется «Шат-чакра-йога», потому что в процессе практики мы встречаемся с шестью тонкими центрами, чакрами. Практика Сиддха-йоги в основном состоит в организации работы чакр и системы нади (энергетических каналов).

Система чакр оперирует тонкими силами, и сами чакры есть феномены этой внутренней силы и центры психической энергии. Сила, сокрытая и ожидающая пробуждения, есть Кундалини. В структуре человеческого тела присутствуют семь основных чакр, каждая из которых, в добавление к базовой энергии Кундалини, содержит проявление особой силы – шакти. Чакры образно называют лотосами, хотя само слово «чакра» буквально означает «колесо» или «круг».

Шиваваккиар называет чакры «цветами без бутонов».8 Слово «чакра» относится к внутренним центрам, символизируемым цветами лотоса, через которые проходит Кундалини-шакти, проявляя в жизни, теле и сознании йога различные феномены духовного порядка. Чакру называют лотосом, потому что она состоит из постоянно циркулирующего потока энергии, испускающего вовне лучи, подобные лепесткам. Далее, когда убираются блоки, препятствующие проявлению, чакры раскрываются изнутри, как цветы. В духовных системах Индии йогина издавна сравнивали с цветком. Работа с чакрами занимает особое место в Йога-садхане, в которой могут принимать участие лишь высокодуховные практикующие. Считается, что каждая чакра обладает определенным количеством лепестков: четыре, шесть, десять, двенадцать, шестнадцать и два лепестка. Их количество указывает на уровень психических вибраций определенной чакры.

Каждый лепесток чакры отображает звук или звуковую вибрацию. Эти звуки лепестков не просто составляют часть алфавита – они указывают на звуковые вибрации соответствующих слогов и разные уровни энергий, протекающих в различных центрах. Слог представляет собой или, точнее, заключает в себе один или несколько мистических звуков, вибрации которых соответствуют определенной чакре. Сумма этих звуков и есть мантра чакры. Звук в середине каждой чакры представляет корень или биджу ее мантры. Силы, концентрируемые в середине чакры, имеют свою основную ноту и гармоники.

Биджа, корневой звук в середине чакры, и есть эта основная нота, а мантра лепестков соответствует гармоникам. Аналогичным образом, каждая чакра имеет свой цвет – набор световых лучей или волн разной длины, представляющих собой своеобразную тончайшую энергию. Кроме звуков и цветов каждая чакра имеет собственную форму, представляющую соответствующий космический элемент и его источник, правящее Божество и Богиню (шакти), отражающих проявленные и спящие духовные силы чакры, а также несет изображение соответствующей локи и священного животного. Боги и богини чакр есть просто названия определенных форм сознания, проявленных и выраженных в каждой чакре, они не входят в пантеон богов индуизма.

Изначально все чакры представляют собой перевернутые лотосы (цветком вниз), однако, когда Кундалини проходит через них, они разворачиваются цветком вверх. В целом, чакры показывают уровень духовного сознания, приобретенного учеником. Получается, что каждая чакра ассоциируется с определенным уровнем духовного достижения и, следовательно, семь чакр являются своего рода «духовными вратами» в человеческом теле, ведущими человека к Абсолютной Реальности. Говоря о чакрах, Шиваваккиар использует слово «врата». Ниже приведены названия семи чакр:

1. Муладхара Корневой центр

2. Свадхистана Центр, поддерживающий жизненное дыхание

3. Манипура Центр, отделанный жемчугом

4. Анахата Центр безударного звучания

5. Вишуддха Центр великой чистоты

6. Аджна Центр управления

7. Сахасрара Центр тысячелепесткового лотоса

Исключая последнюю, которую именуют «местом высшего перехода», первые шесть называются «адхарами» («adhara» – опора, столп). Следовательно, всего мы имеем шесть адхар или же семь чакр. В стихотворениях Сиддхов часто упоминаются шесть адхар, а в «Тирумантирам» можно найти множество ссылок на них и олицетворяющих их божеств. (Особенности точки зрения Сиддхов на адхары даны в Приложении В, а в Приложении Г приведено краткое описание некоторых вспомогательных чакр, с которыми работают различные системы Тантрической йоги).

По традиции тамильских Сиддхов шесть адхар иногда ассоциируют с шестью стхалами или важными местами Шивы. В некоторых традициях пять ликов (проявлений) Шивы соотносят с пятью адхарами. Некоторые из важнейших раг также ассоциируются с адхарами. Таким образом, мы имеем следующие соответствия:

Адхары Стхалы Лики Шивы Раги

Муладхара TiruvÐrÒr Садйоджата Шри-рага

Свадхистана TiruvÐnaikºvil Вамадева Васантха

Манипура TiruvaõõÐmalai Агхора Бхайрави

Анахата Chidambaram Тат-пуруша Панчама

Вишуддха TirukkÐëatti Ишана Мегха

Аджна KÐ÷i (Varanasi)

Далее Сиддхи традиционно отождествляют шесть адхар с шестью горами, соответствующими шести чакрам, а седьмая, сахасрара, соответствует горе Катиргам (KathirgÐmam) в Шри-Ланке, где вообще нет правящего божества, а имеется лишь одна янтра. Шесть гор это: Тируттани, Свамималаи, Палани, Паламутирсолаи, Тируппаранкунрам и Тиручендур. Цвета шести адхар описываются Агаппейчиттаром.

На вершине всех шести адхар находится сахасрара, которую еще называют Брахма-рандра или нирвана-чакра, имеющая вид лотоса с тысячью лепестками. В традиции тамильских Сиддхов сахасрару именуют по-разному. Название «непересеченная чакра», данное сахасраре Какапусундаром, означает, что это единственная чакра, не пронзенная Кундалини, в отличие от остальных шести. Все 50 слогов, обозначенных на лепестках шести адхар, повторяются двадцать раз вокруг тысячи лепестков сахасрары.

Эта чакра есть квинтэссенция сознания, где переживается слияние всех противоположностей. В аджна-чакре отражена последняя стадия двойственности или относительности, символизируемая двумя лепестками. Сахасрара же – место единства, нискала (лишенная аспекта) и парамакала (высший Единый Аспект). Она больше не нуждается ни в ком, кроме самой себя, потому она и располагается над шестью адхарами, символизируя собой трансцендентальный план. Таким образом, она описывается, как «нираламбури» - «дом без опоры», или «дом, построенный не плотником», что выражает вечное духовное стремление Сиддхов достичь «Предела за Пределом». Именно здесь Кундалини и оканчивает свое путешествие. Сахасрару еще называют «гагана-мандала» - «небесный круг», или «шунья мандала» – «круг пустоты».

Для садхака сахасрара является местом нахождения чит, матрицы творческой способности Абсолютного Сознания; это йони, а его личная сущность или шарира есть лингам. Для тантриста йони и лингам означают сознание и его инструментальную причину, тело. В Йоге система нади не относится к нервной системе и само слово «нади» имеет свое специфическое значение. Нади является наиболее важным компонентом тонкого тела и представляет собой канал приведенной в действие энергии или эфирный канал.

Энергия, протекающая в этом канале, есть прана. Мы можем назвать нади беспроводной энергией в движении. Вместо «нади» можно использовать и слово «прана», поскольку оба они означают энергию в движении. Короче говоря, нади – это тончайший астральный канал, через которую, как утверждает йога, протекает космическая энергия микро- и макрокосма. Нади – это положительные и отрицательные потоки космической энергии и, поскольку в них протекает прана, именуются «пранавахини».

Согласно «Хатха-Йога-Прадипике» существует около 72000 нади, которые распространяют и несут космическую энергию по всему телу; в «Шива-Самхите» говорится о 350-ти тысячах нади. Согласно этим источникам, мы можем сделать вывод, что их огромное количество. Написанная на тамильском языке работа «Шивайогасарам» подробно описывает нади. Имеется 10 основных нади (в скобках приведена терминология тамильских Сиддхов): ида (ióakalai), пингала (piïkalai), сушумна (su×umu­ai), гандхари (kÐntÐri), хастиджихва (atti), пуруша (puruóan), яшасвини (ciïkuvai), аламбуша (alampuñai), куху (kuku) и шанкхини (caïki­i). Все они начинаются из области над анусом – канды.

У основания позвоночного столба находится пучок тончайших каналов (filium terminale), являющийся частью канды. Ида, пингала и сушумна – наиболее важные нади с точки зрения йоги. В литературе тамильских Сиддхов можно встретить слово «муппу». Муппу бывает трех видов: вайдья, вадха и йога. Муппу буквально означает соль, которая по поверьям обладает способностью к трансмутации. Йога-муппу состоит из иды, пингалы и сушумны, последняя из которых имеет несколько наименований. В своей работе «Жнянам-4», стих 4, Агастьяр Жнянам приводит их список, который может заинтересовать читателя. Вот некоторые из них: столб агни, место шуньи, виина танду, мула нади, омкара-камбам, маниккатун, брахма-рандра, перували, майанам и самбхав.

Сушумна, похожая на тонкое волокно стебля лотоса, проходит через позвоночный столб от муладхара-чакры вверх, к сахасраре, и еще называется «брахма-нади». Все чакры располагаются вдоль этой нади. Ее окончание у канды называется «брахма-пучам» (духовная оконечность), а верх – «брахмарандра» (духовные врата). Самый высокий уровень в йоге достигается, когда прана проходит через эту нади и потому она еще носит название «джняна-нади». Внутри сушумны имеются тонкие мельчайшие нади, поэтому йогины называют ее родителем всех нади. Йоги рассматривают сушумну как дерево с огромным количеством ветвей, покрывающих все человеческое тело словно сетью, корень которого наверху – у сахасрары, а ветви направлены вниз. Цель Йога-садханы - достижение этого корня.

Ида и пингала расположены соответственно по левую и правую стороны от сушумны. Ида называется «питрьяна» (от слова «питрис» - отцы, предки), а пингала – «деваяна» (от слова «дэвы» или боги). Беря свое начало из области пупка, ида заканчивается у левой ноздри, а пингала, исходя от того же центра, оканчивается у правой ноздри. Эти две тонкие психические артерии идут параллельно и рядом с сушумной до тех пор, пока они не пересекутся и их положение не поменяется на взаимообратное. В учении Тантры эти нади означают противоположные полюса и описываются как мужское и женское начала в каждом индивидууме. В «Жнянасаранул» говорится о том, что каждая из этих нади имеет свой пол: ида называется женским началом, пингала – мужским, а сушумна – «евнухом» или не имеющим пола. В «Рудраямала» ида описывается как луна, а пингала как солнце. Описывая, иду и пингалу, Сиддхи наделяют их следующими характеристиками противоположностей:

Ида Пингала

левый глаз правый глаз

день ночь

выдох вдох

источник питания потребитель питания

гласный согласный

семя яйцо

созидание разрушение

прана апана

самсара нирвана

Шакти Шива

луна солнце

Выражаясь языком йогов, одна определяет задействованность индивидуума в феноменальном мире, в то время как другая сжигает эту зависимость и освобождает от него. В «Жнянасаранул» ида называется рекой Ганг, пингала рекой Ямуна, а сушумна - скрытым потоком Сарасвати. Слияние всех трех (иды, пингалы и сушумны) на уровне аджна-чакры известно как сокровенный тройной поток, тривени или праяга. Можно сказать, что две боковые нади – это два полюса реальности, а невидимая средняя – принцип Абсолютной недвойственности. В связи с этим Тирумулар в своем стихотворении 2747 называет эти три нади Шива-бхуми (или «подножием Шивы»). Как говорилось ранее, от аджна-чакры ида и пингала следуют далее соответственно к левой и правой ноздре, а сушумна восходит к сахасраре.

Все чакры, начиная от муладхары и заканчивая аджной, представляют собой шесть центров или адхар, где сходится множество тонких канальцев нади. Энергия праны, циркулирующая в нади, в своем латентном состоянии концентрируется в чакрах до тех пор, пока Кундалини не пробуждена. Сила Кундалини в человеческом теле представляет собой великую космическую силу. Это слово произошло от слова «кундала», означающее «кольцо» или «виток». Тамильское слово «кудамбай» также означает свернутую кундалини. Кундалини еще называют «бхуджанги» или силой змеи.

Памбаттичиттар называет ее змеем внутри телесного горшка; змей Кундалини изображается в спящем состоянии, свернутым в три с половиной кольца, на которые ссылается и Шиваваккиар в своих стихотворениях 94 и 376. Конец его хвоста закушен, голова смотрит вниз. Как говорится в «Рудраямале» кундалини имеет 1008 имен, из которых все начинаются со слога «ка». В «Хатха-Йога-Прадипике» Кундалини называют: кутиланги, бхуджанги, шакти, ишвари, кундалини и арундхати; (в литературе тамильских Сиддхов она именуется: vÐlai, vÐlaippen, vÐmi, kÐmi, duraippeõ, ÐttÐl, j¤Ðnamma, kaõõamma, pattu, ka­­i, mou­i, pÐmbu и va­­i).

Иногда в поэзии Сиддхов встречаются и такие названия, как «семя», «напиток» и другие. В каждом из нас Кундалини обитает или спит у основания спины в муладхара-чакре. В «Тирумантирам» дано описание точного местонахождения кундалини в человеке. Эту латентную спящую энергию надо пробудить и направить вверх к сахасраре, где она становится полностью пробужденным сознанием и получает название «самадхи». Отсюда Какапусундар называет кундалини «странствующим самадхи». Кундалини-йога – это техника трансформации обычного сознания в высшее и подразумевает сознание, обращенное само на себя.

В своем полном проявлении Кундалини есть высшее сознание. По достижении Кундалини сахасрары наступает сампражньята-самадхи; при ее подъеме далее достигается последняя ступень или асампражньята-самадхи. Слово «самадхи» буквально означает «поглощение сознания» – во время такого переживания происходит растворение в высшем сознании. Символ спиралевидной формы Кундалини – это микрокосмическое отражение космических ритмов. В «Тирумантираме» уделяется особое внимание этому аспекту. Три кольца означают три состояния ума (авастхи), а именно: бодрствующее (джаграт), сновидения (свапна) и глубокого сна (сушупти).

Существует четвертое состояние, турья (по-тамильски – «ниттай»), совмещающее в себе и превосходящее остальные три; оно изображается половиной оборота «хвоста» Кундалини. Камбаликкаттаймуни говорит о змее, как об украшении Шивы. Здесь «змей» означает Кундалини, а «Шива» подразумевает йогическое достижение сахасрары. Сравнение кундалини со змеем имеет особое значение. В Индии змея считают символом бессмертия. Змей, закусывающий свой хвост, символизирует вечность, так как круг не имеет ни начала, ни конца. Считается, что змею не страшна старость, он бессмертен, потому что каждый год сбрасывает свою кожу, что символизирует перерождение.

Индийский фольклор наделяет змея живучестью и знанием жизнедающих растений. Именно поэтому практикующих Кундалини-йогу Сиддхов считали истинными врачевателями. Во всех мифологических преданиях змей выступает символом плодородия и исцеления. Даже сегодня он остается символом хорошего здоровья, что запечатлено маркой, изображающей заключенного в кольцо змея Эскулапа, греческого Бога Медицины. Свернутая кольцами духовная энергия кундалини обозначается греческим словом «speirema». Образ Кундалини в виде змея значителен и с другой точки зрения. Для нас спящая Кундалини является своего рода «ядом» в теле, но, когда она активизирована и достигает своей цели, этот «яд» превращается в амриту, напиток бессмертия и освобождения.

Пробуждение Кундалини является единственной целью йоги. Как мы уже знаем, она может находиться в свернутом или поднятом состоянии. Кольца означают непроявленную духовную силу и сознание, которые путем концентрации йогин проявляет, побуждая Кундалини подняться, и так достигает освобождения. В поднятом состоянии ее кольца разворачиваются в спиральном вращении; таким образом, Кундалини-йога является способом, разрушающим все препятствия на пути достижения освобождения. Пробуждение Кундалини часто сопровождается ощущением сильного жара в теле, а йогический метод, в основном, состоит в выработке такого «внутреннего огня». Слово «тапас», буквально означающее «жар», используется для обозначения этого аскетического усилия, благодаря которому появляется внутренний огонь.

Вызывают интерес некоторые моменты, нашедшие свое отражение в тамильской культуре Индии. Согласно традиции тамильских Сиддхов Ганапати – правящее божество муладхары – пребывает в основании сушумна-нади. В некоторых работах Сиддхов муладхара, которую еще называют «триконабхеда», именуется «pillaiyar-suli», что есть другое имя Ганапати. Считается, что Ганапати имеет двух жен – Сиддхи и Буддхи, которые символизируют соответственно иду и пингалу. Молиться богу Ганапати означает пробудить Кундалини-шакти у муладхары, чтобы она могла подняться вдоль сушумны, сопровождаемая Сиддхи и Буддхи или идой и пингалой. Когда Кундалини пробуждена, она разворачивается и проходит прямо через сушумну.

По другой традиции, Балаварги, муладхарой управляет бог Муруга. В таких работах, как «Kalaij¤Ðnam-1200»28 и «Subramaniar J¤Ð­am» говорится, что бог муладхары Муруга обладает природой пранавы, Аум, и сопровождается двумя женами - Валли и Дейвайанай. В то время как Муруга олицетворяет энергию молодости в муладхаре или пробужденную кундалини, две его супруги символизируют иду и пингалу. Освобождение достигается лишь при постоянном пребывании Кундалини в сахасраре. Активизированная кундалини поднимается вверх и пронзает собой все чакры.

Когда Кундалини достигает чакры, ее голова или лик (лотос) поднимается вверх, и она «расцветает». Интенсивность прохождения кундалини от одной чакры к другой – это последовательное раскрытие духовного сознания и приобретение определенных йогических сил, сиддхи. На своем пути от муладхары к сахасраре Кундалини получает разные тантрические имена. Текущая от муладхары к анахате, она именуется Агни или огненной кундалини; от анахаты к аджне – Сурья или солнечной; от аджны к концу сушумны – Чандра или лунной; кундалини, выходящая за пределы сушумны и достигающая сахасрары называется Турья.

Кроме шести чакр есть еще три «узла», через которые также проходит кундалини. Это основной узел Брахмы в центре муладхары, средний узел Вишну в центре анахаты и верхний узел Шивы в центре аджны. Эти узлы знаменуют собой соответственно процессы проявления, равновесия и растворения. Цель йоги – освобождение от узлов или их ослабление для того, чтобы активизированная в муладхаре Кундалини достигла сахасрары и там произошел процесс слияния. Йог, в теле которого кундалини пронзила все шесть чакр или три замка, именуется «муммула-йогином.

Йога-садхана состоит в поднятии свернутой Кундалини-шакти от одного полюса - муладхары, к другому – сахасраре, месту пребывания Шивы. Этот союз Шивы и Шакти рождает состояние Абсолюта, их единство в условиях Истинной Реальности. Благодаря окончательному слиянию Шивы и Шакти в теле йогина, вся двойственность сознания и страх обратного падения в оковы самсары уходят навсегда. Принцип Шива-Шакти находится внутри каждого мужчины и женщины, в телах которых обитают эти космические энергии, поскольку человеческое тело есть уменьшенная копия Вселенной.

Когда Кундалини достигает сахасрары и сливается там, происходит процесс осознания йогином собственного сознания. В этом случае говорится, что он «испил» напиток амброзии (расу или амриту), истекший из луны сахасрары. В литературе тамильских Сиддхов амрита называется по-разному: сомачалам, мадиямуду, мангаяпал, кайапал, амудхапал, карунелли-чару, капалаттен, сомапал, панчамрита и семматипал. Процесс Кундалини-йоги, с помощью которого йог вкушает амриту, выделяемую сахасрарой, получил название «подаяния наверху». Вкусивший этот нектар обретает бессмертие и высшее блаженство.

«Кхечари-мудра» – это йогический процесс насыщения нектаром, выделяемым сахасрарой, во время которого язык специальным образом заворачивается назад так, чтобы его конец закрывал проход в основании верхнего неба – при этом происходит обильное выделение и насыщение слюнной жидкостью. Мирча Элиаде пишет:

«Производимое таким образом обильное слюноотделение рассматривается как небесная амброзия (амрита), а плоть самого языка - как «плоть коровы», которую йогин «съедает». Такой символизм в интерпретации «физиологического акта» вызывает интерес; это попытка выразить тот факт, что йогин уже принимает участие в «трансцендентальном»: он нарушает строжайший из индусских запретов (употребление коровьей плоти) – то есть он более не обусловлен, ибо уже не принадлежит этому миру; таким образом, он вкушает небесную амброзию».

Мирча Элиаде, «Йога: Бессмертие и Свобода», стр. 247

 

Пробуждение Кундалини требует длительной практики и подготовки под руководством опытного гуру или учителя. Затворы чакр не открываются ученику все сразу: понемногу, путем постоянной практики и жесткого контроля они начинают раскрываться. Для достижения концентрации в лайя-йоге используются различные степени контроля, которые называются Аштанга-йогой или Йогой восьми ступеней. Это: яма (воздержание), нияма (созерцание), асана стхулакрия (положение тела или процесс мышечного контроля), пранаяма сукшмакрия (процесс контроля дыхания), пратьяхара (контроль над чувственным восприятием), дхарана (удержание мысленной концентрации), дхьяна (глубокая безобъектная концентрация) и самадхи или растворение сознания.

Последние три типа принадлежат к ступени медитации (самьяма), в то время как первые пять составляют в большей степени телесную подготовку. Богар описывает Аштанга-йогу в 24 стихах, а «Хатха-Йога-Прадипика» подробно рассказывает о ступенях подготовки тела. Наиболее важными из них с точки зрения лайя-йоги являются асаны (позы), мудры (жесты), бандхи (замки) и пранаяма (контролируемое дыхание).

Асаны использовались Сиддхами с двойной целью – в качестве физической культуры терапевтического значения и как йогический процесс, способствующий концентрации и медитации. Асаны помогают телу стать сильным, чистым и крепким для удержания потока жизненной энергии. Они очищают все каналы и активизируют нади, делая тело более утонченным и послушным, «стхира сукхам». Асаны отличаются от физических упражнений тем, что их целью не являются атлетические достижения; они замедляют дыхание и очищают нади от застоя энергии, помогают ученику пробудить Кундалини в муладхаре. Описывая асаны как вспомогательное средство для концентрации, Мирча Элиаде замечает:

«Йога в состоянии асаны можно сравнить с растением или священной статуей: никоим образом не похож он на обычного человека, который, по определению, подвижен, возбужден, беспорядочен. На плане «тела» асана есть «экаграта» – концентрация в одной точке; тело «натянуто», заключено в одно положение. Так же, как экаграта полагает конец всем колебаниям и рассеиванию сознания, асана кладет конец подвижности и распространимости тела, сводя бесконечность возможных положений к одной исходной, иконографической позе».

Кроме асан, есть еще бандхи и мудры, которые в йоге играют немаловажную роль. Бандха – это замок или концентрация, свойственная отдельным мускулам или их группам. Сиддхи говорят о мула-бандхе, уддияна-бандхе и джаландара-бандхе. В мудрах задействованы положения руки и пальцев во время тантрических практик; это бессловесный вид общения и самовыражения, стилизованная форма жестикуляции, использующая психоэнергетические жесты. Несмотря на то, что мудры занимают место живого слова, действенность последнего сохраняется.

Для лучшей концентрации йогина они вызывают в уме идеи, олицетворяющие собой божественные силы. Мудры заменяют достижение определенных состояний сознания иерархией жестов; некоторые йогические тексты называют их ключом для открытия дверей Кундалини. В Тантре существует большое расхождение по количеству и наименованию мудр: в «Хатха-Йога-Прадипике» говорится о десяти, в «Сарадатилака» – о девяти, в «Геранда-Самхите» - о двадцати пяти мудрах, и так далее. Для поднятия Кундалини, как считается, самыми важными являются йони-мудра и кхечари-мудра. При выполнении йони-мудры ученик сидит в сиддхасане, закрывает уши большими пальцами рук, глаза – указательными, ноздри – средними, верхнюю губу – безымянными и нижнюю – мизинцами так, чтобы закрыть доступ ко всем внешним впечатлениям, одновременно концентрируясь на свете внутри головы.

При выполнении кхечари-мудры язык искусственно удлиняется; для удлинения языка некоторыми источниками рекомендуются определенные манипуляции: 1) чедана – постепенное, через определенные промежутки времени, подрезание связок языка, удерживающих его во рту; 2) чалан – когда связки удаляются, если язык, удерживаемый пальцами, передвигается из стороны в сторону; и 3) дохана – язык растягивается, как при доении коровьего вымени. Когда при помощи кхечари-мудры язык удлиняется, рекомендуется тренироваться заворачивать его назад так, чтобы, касаясь нёба по всей длине, он дотянулся до начала носоглоточного отверстия в глубине. Отверстие закрывается языком, а взгляд фиксируется на точке между бровями. Считается, что такое положение языка во рту открывает или облегчает прохождение потока вдоль иды, пингалы и сушумны к сахасраре.

Говорят, что эта мудра – предводитель всех мудр, поэтому некоторые Сиддхи называют Кундалини-йогу «Йогой внутреннего языка» (Тирумулар, 599); на эту мудру также ссылаются Шиваваккиар и Идайккаттучиттар. Асаны, бандхи и мудры обеспечивают ученику гомеостатическое состояние. Гомеостасис – это тенденция внутренней среды тела к сохранению постоянства несмотря на изменяющиеся внешние условия. Согласно некоторым йогам Тантры, вход в сушумну открывается асанами, бандхами и мудрами, которые прокладывают путь к раскрытию чакр для достижения освобождения.

Пранаяма или практика упорядоченного дыхания – это не просто дыхательные упражнения, но жизненно важная ступень в йогической практике. Как считает Богар, пранаяму надо практиковать в первую очередь, хотя по мнению некоторых других Сиддхов, на первом, втором и третьем местах по важности соответственно стоят асаны, мудры и бандхи, а пранаяма занимает лишь четвертое место. Прана – это не просто дыхание, это реальная сила, тонкий космический элемент, динамичное дополнение свернутой Кундалини. В зависимости от циркуляции прана бывает десяти видов: прана, апана, вьяна, удана, самана, нага, курма, кркара, девадатта и дханамджая.

Тамильские Сиддхи называют пранаяму «караппалаккам». «Карам» по-тамильски означает движение вайю (воздуха) праны. Метод, как сохранить контроль каждый день недели, а также его последствия были подробно разработаны в форме таблицы, которая на тамильском именуется варасарам. Об этом сказано в «Тирумантираме» в разделе 63 третьего Тантирама. Слово «варам» означает «измерение» в смысле «контроля». Варасарам – это «мера дыхания». Поскольку пранаяма занимает достаточно важное место, сама Кундалини-йога на тамильском получила название «ваши-йога». Пранаяма делает беспокойный ум пригодным к концентрации. Ее называют «внутренней агнихотрой», жертвой ума, ритуальным углублением внутрь и ежедневной жертвой дыхания. Даосская система «зародышевого дыхания», дыхательного упражнения для обретения долгой жизни или материального бессмертия тела, довольно близка пранаяме.

Процесс пранаямы состоит из 3-х частей: вдох (пурака, апана, ахара), выдох (речака, прана, апасара) и задержка дыхания (кумбхака, вьяна, ручира, дхарана). Согласно Сиддхам эти дыхательные стадии осуществляются в форме А (вдох), У (задержка) и М (выдох); таким образом, пранаяма имеет природу пранавы АУМ. Слова «пурака», «речака» и «кумбхака» используют практикующие Тантру и Сиддхи, однако мы не встречаем их у Патанджали. Практической целью пранаямы является достижение «экаграты», сосредоточения ума в одной точке. Сиддх Валмикар в своей работе «Суттира Жнянам» сравнивает пураку с карья, кумбхаку с крия, речаку с йогой, а тишину, обретенную через пранаяму – с жнянамаргой.

Пранаяма – это процесс контроля ума. Контроль над умом означает контроль над Временем, а контроль над Временем – это контроль праны в нади посредством йогических практик, поскольку время как процесс в целом интерпретируется со ссылкой на функции жизненной силы, то есть праны. Единица измерения времени – матра – это период, необходимый для осуществления одного вдоха и выдоха. В Кундалини-йоге при контроле над процессом дыхания ум концентрируется на муладхара-чакре, а от нее следует далее, шаг за шагом, к остальным чакрам.

Таким образом, чакры раскрываются пранаямой для того, чтобы пробужденная Кундалини могла пройти через них. Праническая энергия побуждает Кундалини развернуться; пранаяма открывает проход сушумны, и прана вместе с силой Кундалини входят в сушумну. Когда весь поток праны принят сушумной, происходит высвобождение заключенной в пране теплоты, что побуждает Кундалини устремиться вверх. Кундалини затем «шипит», разворачивается, распрямляется и пронзает собой шесть адхар. Для достижения этого состояния ученик принимает определенную асану и успокаивает свой ум кхечари-мудрой.

Развернутая поднимающаяся Кундалини, пронзая собой каждый из лотосов, впитывает в себя соответствующие им таттвы (пять элементов). Когда подъем совершен, каждая из таттв проходит процесс растворения, «лайя». Во время своего подъема Кундалини впитывает все 24 таттвы, пребывающих в теле, и, наконец, достигает сахасрары, сливаясь воедино с Парамашивой. Выражаясь языком Тантры, этот процесс именуется «унмани авастха». «Унмани» – заключительный союз Шивы и Шакти; такое единство еще носит название «самарасья».

В Кундалини-йоге йогин считает себя Шакти (женским аспектом) и, вступая в союз с Шивой (мужским аспектом), наслаждается бесконечным блаженством. Такое айкья (слияние) Шакти и Шивы в теле йогина является соитием, майтхуной пяти «М» или панча-таттвы. Тантра называет этот союз Майтхуна-йогой и считает его самым совершенным из всех. В результате него проистекает нектар айкья, амрита. Согласно некоторым тантристам после того, как Кундалини окружает область сахасрары, ей необходимо до слияния с Шивой пересечь еще восемнадцать тончайших энергетических центров – махавидья.

Когда Кундалини достигает сахасрары и сливается с Шивой, адепт становится единым – Сиддхом, и его выход из Времени и Истории завершается, свидетелем чему становится одна лишь Вселенная. Шесть адхар, таким образом, это шесть ступеней реализации всеохватывающего «Аум-На-Мах-Ши-Ва-Йа». Истинно, корни древа освобождения кроются в сахасраре. В работе Сешайоги «Жнянайеррам» говорится, что «для познавших корень не существует препятствия к освобождению». В одном из стихотворений Памбаттичиттар также утверждает, что «корни» освобождения – в сахасраре. В «Na¤jaŸiviëakkam» Ганапатидасар сравнивает кундалини-йога с летучей мышью, которая поедает фрукт, находясь в положении вверх ногами со свисающей головой.

Весь процесс Кундалини-йоги характеризуется постоянным устремлением, направленным «вовнутрь» и «вовне». Хатха-йога помогает йогину удержать внутри тела жизненные токи и зафиксировать их. Таким же образом контролируется и семенная энергия, поток которой устремляется вверх; то есть более семя не должно истекать вовне. В «Агастьяр Жнянам-2» говорится, что «для человека, контролирующего семя и направившего его вверх, смерти не существует». Описывая йогина, Камбаликкаттаймуни говорит, что тот рассек «змея семени мечом знания». Направленный вверх поток семенной энергии, используемый обычно для размножения, на санскрите называется «урдхва ретас».

«Тирумантирам» тоже ссылается на этот направленный вверх поток (vindumar ittal) и характеризует йога, свершившего такой поворот, как не проливающего семени, даже вступая в половую связь с женщиной. Тирумулар называет йогином того, чье семя не теряется, не тратится и не разрушается. Такой поворот всех жизненных сил, называемый в Йоге улта-садханой (обычный поток является процессом пассивной направленности вниз; поворот – это активный процесс подъема), ведет к контролю, а затем и остановке ума, читты. На этой ступени, как описывает Тирумулар, глаза не «видят», а уши не «слышат». Такой процесс контроля ума и чувств Сиддхи называют «уничтожением ума». В сахасраре йогин одерживает окончательную победу над умом. Движение вверх предполагает прогрессирование от мирской суеты и невежества к чистоте и просветлению. Уничтожение ума освобождает сознание от эгоцентризма, раз отождествляет его с движениями ума. Йог осознает собственное сознание – и остается наедине с вечной Вселенной.

Любая беседа о Тантрической Йоге будет неполной без упоминания о мантре и мандале, занимающих важное место в системе Тантры. Мантра – это сила звука, процесс контроля ума и установления концентрации. Ее обретают из уст учителя. Мантра отображает реальность, заключенную в символ. Тантрическая садхана придает большое значение звуку, шабда. Согласно Тантрам, мантра есть необъяснимая тайна звука. В Тантрической традиции шабда сам по себе божественен; Шабда-Брахман – это звук Высшей Реальности и целью йогина является растворение в этом вечном недифференцированном звуке. В процессе дыхания каждая джива совершает джапу, то есть произносит мантру. Каждый человек на вдохе произносит звук «са(х)» (или «со»), а на выдохе – «(х)ам», что составляет мантру «СО-ХАМ» (Я есть Он). На протяжении дней и ночей каждое живое существо постоянно совершает эту джапу, хотя и бессознательно. Она называется аджапа-джапа.

Описывая чакры, мы заметили, что каждый звук лепестков указывает на определенную вибрацию и различные степени энергий, циркулирующих в разных центрах, а сумма этих звуков и есть мантра чакры. В середине каждой чакры располагается корневой звук или биджа-мантра – праническая сила, сконцентрированная в точке, где проявляется ее способность излучать звук. Биджа-мантры – это корневые слоги, чья концентрированная сила, вследствие их повторения, раскрывается.

Повторяя биджа-мантру, ученик присваивает онтологическую сущность каждой чакре и ассимилирует ее посредством Кундалини. Как гласят Тантры, когда чувства очищены и не направлены более на предметы внешнего мира, но лишь вовнутрь, тогда йог слышит несмолкаемый космический ритм, «анахата-дхвани». Биджа-мантра – это микрокосмическое звуковое отображение абсолютной космической сущности в дифференцированной звуковой единице.

Мы уже говорили о биджа-мантре каждой чакры. «Аум» – это биджа-мантра. Рудольф Отто в «Idea of the Holy» называет Аум «подлинным божественным звуком». Соединяя биджа-мантры шести адхар, мы получим мантру «ом-на-ма(х)-ши-ва-йа». В некоторых стихотворениях Сиддхов пять слогов звучат как «ши-ва-йа-ва-ши», что одинаково читается как слева-направо, так и справа-налево. Шиваваккиар называет ее «irutalaittã» – двузубчатый огонь, сжигающий рождение и смерть. Вера в природу этой мантры и в ее бесконечную силу, как средство освобождения, широко распространена у Сиддхов. Кстати, слово «мантра» буквально означает «то, что освобождает ум». Согласно Тантрической философии само слово «Йога» происходит от мантр.

Процитируем Шьяма Сундара Госвами:

«Термин «йога» принадлежит к тем фундаментальным группам буквосоставления, образующих слова, которые не связаны с моделью мысль-язык, но возникают от формы излучающей звук силы, называемой мантрой. Мантрическая форма йоги состоит из «Y-ang» - «U-ng» - «G-ang» - «Ah», что при слиянии образует сочетание «йуга(х)» и затем принимает языковую форму «йога». Основную часть слова «йога» составляет «йa», что на уровне мантры есть «Y-ang». Это центр контроля концентрированной энергии, обозначаемого термином «йама». Энергия йама (контроля) пробуждается и вырабатывается силой уданы (одним из 10 видов пранической энергии), представленной как «U-ng» и, наконец, трансформируется в «сангьяма», высший контроль. На этой ступени раскрывается сознание самадхи, представленное как «G-ang» и проявляется сила Кундалини. Это Йога».

«Надабинду Упанишада» говорит о различных звуках, которые слышит йог во время йогических практик. Тирумулар тоже говорит о нескольких звуках, слышимых йогином.44 Семя садханы зарождается, в сущности, ученика с помощью избранной мантры. Мандала и Янтра - два инструмента Тантрической медитации. Мандалы обычно используются при поклонении божествам (энергиям) в общих целях. Янтра же употребляется для связи с конкретным божеством в отдельных, специфических случаях. Мандала в целом переводится как «космограмма», «космогоническая модель», «карта души», «космический план», «отображение психической энергии» и тому подобное.

Буквально это слово означает «круг»; другое его значение – «центр» или «то, что окружает». Это графическое отражение процесса опускания или перехода Единого Высшего Сознания, слой за слоем, в данное творение многообразия форм. Равным образом оно обеспечивает план возврата индивидуума в завершенность основного Сознания. В «Тирумантирам» Тирумулар, говоря о мандалах, называет их чакрами и у нас есть эти стихотворения о некоторых чакрах.

Мирча Элиаде говорит о том, что мандала первоначально суть ни что иное, как imago mundi, отображение Космоса в миниатюре и одновременно – пантеона богов. Мандалы являются древним и распространенным приемом Тантры в качестве дополнительного средства для медитации. По сути, мандала представляет собой геометрический рисунок, чаще всего круг или концентрическую окружность, заключающую в себя квадрат, который иногда разделяется на четыре треугольника, означая полноту существования. Она указывает на средоточие единства и соответствует космосу.

Это топологическое понятие относится к преобразованию субъективного пространства и символизирует собой строение всей Вселенной. Каждый индивидуум вмещает вселенную в себя (микрокосм) и также он сам поглощается Вселенной (макрокосмом). Процесс взаимоотношения индивидуума со Вселенной, осуществляемый каждым человеческим существом, обычно неверно «центрирует» индивидуума в мире. Тантрический йог признает факт такого «ошибочного центрирования» и обучает эффективной практике обретения истинного центра. Мандала – техника, используемая йогами для достижения правильного центрирования; это схема реинтеграции человеческого сознания в Абсолютное Сознание; психический процесс, возвращающий человеческое сознание (от внешних влияний и факторов) к своему изначальному космическому сознанию.

Как полагает Туччи, ученый, посвятивший этой теме целую книгу, мандала является как космограммой, так и психограммой. В качестве космограммы она являет собой геометрическую проекцию мира, сведенного к образной сути. В качестве психограммы мандала символически представляет не только дифференциацию Единого на множество, но также реинтеграцию множества в Единое. В Йоге процесс посвящения в использование мандалы называют движением к центру. Садхака впитывает мандалу во всей ее полноте и растворяется в космическом сознании (на тамильском этот процесс называется «tokkavalladu»). Согласно Йога-тантре, созерцая мандалу йогин в состоянии достичь высших уровней интеграции в космическое всеединство, микро-макрослияния.

Простейшая янтра представляет собой серию треугольников, окруженных несколькими окружностями и выстроенных в квадрат с четырьмя «вратами». Как гласит «Тантрараджа Тантра» существует 960 янтр, из которых самая известная в индуизме – Шри-янтра. Янтра – это наполненная силой диаграмма, энергетический образ. Можно сказать, что система чакр есть янтра или реальная динамическая схема циркуляции праны. Возможно, система чакр и система мандал представляют собой два различных пути тантрических йогов к обретению освобождения; еще они служат причиной основного разделения религиозных обществ и сектантского раскола среди них.

Сиддхи приняли систему чакр. Кудамбайчиттар говорит, что для йога, укоренившегося и выросшего на пути кундалини-йоги, система мандал (шатконам), бесполезна. (Это следует понимать в том смысле, что тамильские Сиддхи больше работали с системой чакр, нежели с мандалами, потому как последние используются в поклонении божествам. Таким образом, Тирумулар ассоциировал чакры с мандалами.) Однако Богар приемлет одинаково как чакры, так и мандалы.

Используемые в Кундалини-йоге символы несут в себе для посвященных сокровенное послание и смысл. Круг очень часто встречается в мандалах и янтрах как символ единства или стабильности. Квадрат с соответствующими вратами в янтрах символизирует элементальную землю. Используемые в янтрах треугольники имеют подобное значение. Треугольник (трикона) отражает три гуны (качества): саттва, раджас и тамас.

Треугольник, вершина которого направлена вниз, представляет принцип женского начала, Шакти; треугольник с вершиной, смотрящей вверх – принцип мужского начала, Шивы. Два смыкающихся треугольника в форме шестиугольника отражают союз Шива-Шакти и создание проявленной Вселенной. Следует отметить, что семь чакр человеческого тела представляют семь планет, приводя, таким образом, к завершению единство микро- и макрокосма. Подъем Кундалини и скорость ее прохождения через чакры соответствует скорости движения планет, начиная с самой медленной. Некоторыми тантристами предлагается следующее соответствие планет и чакр:

Муладхара Сатурн

Свадхистхана Юпитер

Манипура Марс

Анахата Солнце

Вишуддха Венера

Аджна Меркурий

Сахасрара Луна

Согласно «Даршана Упанишаде» энергетический канал от пингалы к иде называется «уттараяна» – северное течение, а от иды к пингале – «дакшинаяна», южное течение. Когда прана достигает места пересечения иды и пингалы, говорят, что наступает «амавасья» (новая луна) – пересечение солнца и луны в теле. Все циклы вдохов и выдохов составляют последовательность месяцев. Когда прана через иду достигает Кундалини, говорят, что наступает лунное затмение, через пингалу – солнечное затмение. Мирча Элиаде ссылается на «Калачакра Тантру» – произведение по буддистской Тантре, где вдохи и выдохи соотносятся вначале как день и ночь, затем с половиной месяца, с целым месяцем, с годом и, так, прогрессируя, достигают космических циклов.

Некоторые писатели неверно рассматривают чакры и нади в рамках человеческой анатомии, отождествляя чакры с нервными сплетениями, а нади с нервными или кровяными сосудами. Бриджендранат Сиал и Васант Реле представили характеристику чакр и нади с анатомической точки зрения. Кроме них, Шьям Сундар Госвами говорит о двух других ученых – авторе «Арьяшастра Прадипа» и Пурнананда Брахмачарье, авторе «Сарала Йога Садхана», трактата по Йоге на бенгальском языке, которые также отождествляли чакры и нади с нервными сплетениями и сосудами.

Однако они пошли по ложному пути, рассматривая чакры и нади с точки зрения анатомии. Чакры есть феномен внутренней силы, переживаемой йогином лишь во время всепоглощающей концентрации, и, как таковые, не могут быть нервными сплетениями, которые являются физическими, анатомическими центрами. Чакры не материальны, это тончайшие вихри циркулирующей энергии. Чакры не «существуют» в физическом смысле; называя их, мы можем использовать нео-реалистический термин «бытие» или «бытийная субстанция».

Из плотной структуры состоят нервные сплетения, но не чакры, которые не принадлежат ни материальному, ни ментальному плану. Из-за того, что чакры на плотном плане не существуют, невозможно физически определить, где они находятся. Их месторасположение не означает нахождение в физическом теле, его можно определить лишь в тонком теле, которое приблизительно соответствует определенным местам физического тела. Существует аналогия, но не их действительное месторасположение.

Другими словами, расположение чакр нельзя соотносить с расположением нервных сплетений, но последние можно использовать как приблизительные указатели внутренних областей, где находятся чакры. Точно так же слово «нади» в системе йоги нельзя идентифицировать с нервной системой. В нервной системе физическая энергия распространяется при помощи нервов, но система нади – это система психической энергии – тончайшей и не обладающей плотностью. Нади не есть каналы, построенные на основе трубчатой субстанции подобно нервам; это тончайшие линии направления, заданные «пранической» энергией. Нецелесообразно применять научные аналогии к йогическому переживанию, поскольку ни Йога, ни наука об анатомии ничего не выиграют от такого сравнения, создающего лишь путаницу в умах людей.

Глава 3. Жизнь Богара и его учение

Полностью верить сведениям о жизни Сиддхов можно лишь тогда, когда они сами рассказывают о себе в своих произведениях. Так, используя трансцендентальный метод изучения вещи, ссылаясь на нее же, мы можем отобрать кое-какую полезную информацию. Мы применяли этот метод при изучении образа мышления Богара; его жизнь, учение и философия не взяты из других произведений, но изучаются исключительно в соответствии с его же работами.

Однако, даже используя такой трансцендентальный метод, необходимо быть осмотрительным в своих заявлениях, поскольку неосторожное его использование может привести к поспешным выводам. В этой связи стоит процитировать фрагмент из «Философии Тамильских Сиддхов», чтобы показать, как неправильная трактовка всего лишь одного слова в произведении Сиддха может ошибочно назвать стихотворение автобиографическим.

«…можно упомянуть трактовку М. Аруначалам слова «pÐychalÒr» в поэмах Шиваваккиара. Он переводит слово «pÐychalÒr» как «место» и связывает его с рождением Шиваваккиара, якобы рожденного от отца-брамина и матери-хариджанки, и полагает, что использование слова «pÐychalÒr» в стихах Шиваваккиара (стих 346, 357 и 362) может полностью относиться к его автобиографии и быть связанным с «Балладой о Пайчалуре».

Однако тщательное изучение точки зрения, выдвинутой М. Аруначалам, показывает, что она не имеет под собой реальной основы по следующим причинам:

1. Придерживаться данной точки зрения означало бы противоречить самому себе, поскольку М. Аруначалам в ссылаемом тексте категорически утверждает следующее: «Нигде мы не находим каких-либо данный автобиографического характера в их (Сиддхов) песнях, сколько мы находим в песнях святых». (стр.10)

2. Слово «pÐychalÒr» не относится к какому-то месту, но имеет в виду йогический процесс, обозначая устремляющуюся Кундалини, проходящую через адхары (чакры). «PÐychalÒr» – это место вхождения Кундалини-шакти в чакру. В литературе тамильских Сиддхов Кундалини называют «конем», по-тамильски «puravi», что указывает на несущую силу энергии Кундалини во время ее прохождения через адхары. В стихах Шиваваккиара 346, 357 и 362 это слово имеет близкую связь лишь с техниками йоги, но никак не может означать какое-либо место на земле. Слово «pÐychalÒr», встречающееся в стихе 594 «Тирумантирама», также относится к методам йоги. Это пример зашифрованного языка Сиддхов, являющегося настоящим Сербонийским болотом, в которое попала армия философов и завязла там.»

Этот длинный отрывок показывает, насколько неверная трактовка слова может привести к ошибочным выводам самого трансцендентального метода. С жизнью Богара связывается ряд легенд о его рождении и производимых им чудесах, что находит свое отражение в различных книгах. На самом деле, многие из них – это популяризированные истории, имеющие иногда зерно истины, но, тем не менее, сильно преувеличенные. Обычно они практически не имеют ничего общего с учениями Богара, ценность которых в глазах исследователя меркнет из-за ассоциации с ним легенд и чудес. Бесспорно, любая работа, пытающаяся реально показать жизнь Богара, не может их игнорировать. Но рассказы об эпизодах жизни и чудесах, не проникнутые идеей его учений, приводят к полностью запутанному и искаженному пониманию миссии этого великого Сиддха. Целью исследования должен стать поиск фактов за ширмой легенд и историй и тщательное изучение передаваемых ими духовных идей.

Так, можно попытаться рассказать о жизни Богара в том свете, как она отображена в стихотворениях. Прежде чем продолжать, необходимо сделать одно замечание касательно работ Богара. Он утверждает, что его труды по медицине и «Сиддха Марга» (практике кундалини-йоги Сиддхов, по-тамильски «vÐlai mÐrgam») отличаются от более Богар получает наставления от своего гуру, ранних работ Сиддхов в одном Каланджи Натхара важном моменте: стихотворения Богара искренни в том смысле, что он ничего в них не скрывает.

Из-за трудного для понимания языка, используемого ранними Сиддхами, люди вводились в заблуждение и брели во тьме. Богар говорит о том, что писал свои работы простым языком, дабы показать истинный смысл медицины и йоги Сиддхов, из-за чего другие Сиддхи были недовольны и подвергали его критике. Вероятно, из-за этого ему пришлось уехать в Китай, где он и встретил Камаламуни, пребывающего в состоянии самадхи. Многие имеющиеся подробности могут быть придуманными, некоторые - лежать вне сферы обыденного понимания; некоторые из них звучат невероятно, но никто не имеет права исключать эти моменты жизни Богара, как плод воображения. Вызывают интерес и притчи из автобиографии Богара, которые вполне могут быть реальными с точки зрения учения о восемнадцати сиддхи, о достижениях йогического плана.

Сиддхи означают реальный выход за рамки человеческого состояния; обретая их, человек пытается разрушить систему обычного восприятия. Они выражают существование йогина на плане его единства с Реальностью. Они не противоречат природе; они просто не принадлежат материальной природе и поэтому обычный человек должен приложить сверхусилие, чтобы их развить. Сиддхи выражают качество мистического переживания Сиддха. Мнение о том, что из-за отсутствия научных доказательств они являются лишь оккультной фантазией или мифом, – предрассудок.

Многие притчи из жизни Богара, о которых он рассказывает в стихах, относятся к его йогическим силам и нет причин, по которым в них можно сомневаться или отвергать, ибо они принадлежат плану космического сознания. Притчи из жизни Богара показывают, что он – «Космическое Существо» с неограниченными способностями, выходящими за рамки человеческого понимания (истинное понимание – это сила, развитие которой требует от человеческого существа долгого пути); они представляют собой новые грани опыта Богара. Наше осмысление биографии Богара в первую очередь основывается на его двух поэмах – «Жняна Сагарам-557» и «Саптакандам» или «Богар-7000». Описывая значение и важность первой работы, С.А.А. Рамаях замечает:

«История жизни Боганатара, величайшего ученого-Сиддха, подобна океану, который в Индии называют Сагарам, от которого и происходит слово «сага». Сага определяется, как «блистательная, длинная океаническая история жизни легендарной личности». Не удивительно поэтому, что первая работа, опубликованная в первом томе, называется «Жняна Сагарам». Боганатар – это гигантская волна Океана и Сагарам Космического Сознания – Парамешвара (Космический Шива)

Богар говорит о том, что он принадлежит линии вишвакарма (или «золотых дел мастеров») в восемнадцати поколениях. Хотя Карувурар, его ученик, считает, что Богар принадлежит касте горшечников (по-тамильски «kuyava­»), от которой произошел и Агастья. В работе «Агастьяр-12000» говорится, что Богар – китаец, ученик Каланджи (который жил в Китае) и гуру Пулиппани (индусское имя китайского ученика Богара – Йу). Там также упоминается о том, что Каланджи, испытавший самадхи на берегу реки Янцзы в Китае, обучал Богара медицине Сиддхов, а Богар, в свою очередь, после своего возвращения в Индию, привез китайские соли и химические препараты (cãnÐcÐram). Традиционно считается, что Богар написал «Саптакандам» после своего возвращения из Китая. В Китае Богара называли по имени Бо-Янг. Вот что по этому поводу говорит Говиндан:

«Бо» - производное слова «Богам» (Bhogam), означающее блаженство – материальное и духовное. Это блаженство, в честь которого его назвали «Бо-Янг» переживается в момент, когда Кундалини-шакти, первичная женская энергия Инь, пробуждается и достигает вершины головы, местонахождения Шивы, мужского полюса Ян в сахасрара-чакре, и объединяется с ним. Результатом такого слияния мужского и женского начал в существе, или объединения (Йоги) Шакти и Шивы, Инь и Ян, становится Сат-Чит-Ананда: Абсолютное Бытие – Сознание – Блаженство.»

* Интересно, что это китайское имя Богара перекликается с другим известным для нас именем – «песнетворца старого времени» Бояна из «Слова о полку Игореве». Там он именуется «внуком Велеса», что позволяет отождествить его с волхвом (термин «волхв» происходит от имени этого бога и от обычая его жрецов одеваться в вывороченные мехом наружу «волохатые» одежды). Как пишется, Боян так владел живыми струнами, возлагая на них «свои вещие персты», что струны рокотали сами; он же «то белкою скакал по дереву, серым волком по земле, сизым орлом кружил под облаками ... свивая славу давнего и нынешнего времени». Не является ли этот «вещий Боян, внук Велесов» нашим Бо-Янгом, быть может, достигшим пределов Земли Русской так же, как побывавшим в свое время в Китае и в Южной Америке – об этом читателю предлагается помыслить самому.

Существует точка зрения, что Бо-Янг – это Лао-Цзы, основатель Даосизма в Китае. Она основывается на том факте, что Даосизм тоже говорит о физическом бессмертии, о чем пишет и Богар в своих трудах по йоге. В «Дао Дэ Цзин» Лао-Цзы рассказывает, как он записал свои стихотворения начальнику пограничной заставы, когда уезжал из Китая в Индию. Звелебил (в сносках ко второй главе) также пишет, что род «Pokar» – это cinatecakkuyavar (китайские горшечники).

После небольшого размышления станет ясно, что все утверждения о том, что Богар был рожден китайцем, не выдерживают разумной критики. Во-первых, сам Богар в «Саптакандам» говорит о том, что происходит из рода вишвакарма и был учеником Каланджи, который, в свою очередь, считается учеником Тирумулара. В нескольких местах Богар называет Тирумулара своим великим, величайшим Гуру – по-тамильски «PÐññar».

Несмотря на то, что из истории мы знаем, что Богар написал несколько работ на китайском языке, большинство из которых сейчас утеряны, нельзя отрицать тот факт, что его основные труды написаны на тамильском языке, в том числе и основное произведение – «Саптакандам». Мы уже говорили о том, что Карувулар не считал возможным определить «кто есть кто» из-за того, что Сиддхи разработали технику трансмиграции (смены тела). Несомненно, Богар бывал в Китае несколько раз. Как говорит С.А.А. Рамаях:

«Говорят, что из-за отличия цвета кожи и языка Боганатар с помощью своего пранического тела трансмигрировал в тело китайца. После трансмиграции Боганатар принял китайское имя Бо-Янг. Ощущая ущербность… своего китайского тела Боганатар (Бо-Янг), практиковал Кайакальпу.»

Тем более пустым умозаключением будет утверждать, что некоторые Сиддхи родом не из Индии. То, что Богар бывал во многих странах, включая Китай и Южную Америку, не означает, что он там родился. В «Жняна Сагарам-557» Богар говорит, что рожден от Ади-Сиддха, то есть от Абсолюта, указывая, таким образом, на свою принадлежность к линии потомственных Сиддхов. Он узнал о происхождении своего рождения при помощи «божественного глаза» - глаза мудрости, дивья чакшу. Он говорит о том, что принадлежит к линии Кайлайя19, принял форму птицы и улетел к Кайлайе (другое название пранавы, Аум).

Там он занимался кундалини-йогой и был назван Богаром.20 Он получил посвящение от Сиддха по имени Каланджи, достиг самопознания через практику Кундалини-йоги, стал Сиддхом и обрел все чудесные силы, сиддхи. Утверждая, что знает технику кайя-сиддхи, Богар объясняет методику превращения тела в «зрелое» при помощи системы медицины, а также технику преобразования его в дивья-деха посредством Кундалини-йоги. Долгое время он жил в дивья-деха, теле «золотого света». Он говорит, что принял пилюлю (по-тамильски «кулигай»), которая называется «кайя-кальпа», и прожил в теле золотого света в разных странах еще 12 тысяч лет.

Тирумулар утверждает, что в теле дивья-деха можно жить вечно Вход в место самадхи Богара в Палании даже на протяжении миллионов лет. Он рассказывает, что сам прожил вечную жизнь семи Юг в теле, сияющем огнем бессмертия. Дивья-деха он называет «vãyÐpparakÐyam» – не знающее смерти, преобразованное, безупречно чистое, вечно молодое тело, не подвластное старению. Как говорит Богар, благодаря практике пранаямы Сиддхи вечно пребывают в бессмертном теле в состоянии самадхи.

Они постоянно пребывают в этом мире в форме лингамов. И сам Богар вечно существует на астральном плане в соруба самадхи в храмовом комплексе Палани (Тамил-Наду), а также в форме янтры в Кадиргамаме в Шри-Ланке. «Соруба» означает «вечно-существующий, вечно-знающий и вечно-блаженный»; это определение состояния самадхи, в котором Богар пребывает в Палани. В этой связи стоит упомянуть о рецепте лекарственных трав Богара (45-ти видов), при систематическом принятии которых можно обрести вечную молодость и тело, с помощью которого возможно наблюдать микрокосмическую Вселенную во всей ее полноте.

Об эффективности пилюли кайя-кальпы повествует интересная притча. Богар как-то возвращался из Китая со своими тремя учениками и собакой. По дороге он дал одну пилюлю собаке, которая упала замертво. Другую пилюлю Богар дал одному из учеников, который тоже упал, подобно мертвому. Еще две пилюли он дал остальным двум ученикам, которые, из страха умереть, спрятали их, так и не проглотив. Богар проглотил другую пилюлю и также упал, как мертвый.

Увидев это, два оставшихся ученика выбросили свои пилюли и пошли на рынок, чтобы купить все необходимое и похоронить тела собаки, ученика и своего гуру. Вернувшись с рынка, они обнаружили, что тела с прежнего места исчезли и все трое находятся на значительном удалении, показывая тем самым, что пилюли совершили свое действие. Эта притча подчеркивает два момента: первый – силу пилюли, второй – то, что настоящий ученик должен иметь безусловную веру в своего гуру. Благодаря описанию Богаром лекарственных растений и препаратов, его называют отцом медицины и химии Сиддхов. Глубокий символизм сокрыт в его произведениях. Согласно Богару секрет долгожительства таится в его питании жизненным семенем (по-тамильски «винду»). На тамильском языке винду (бинду) еще означает межбровье или аджна-чакру, центр управления.

Он говорит о том, что получил имя Богар, потому что питался бинду. Имя «Богар» означает «того, кто наслаждается», то есть наслаждается блаженством бессмертия в процессе Кундалини-йоги. В этой связи стоит процитировать отрывок С.А.А. Рамаяха:

«Как объяснил Бабаджи, формула Бхога – Йога = Рога означает, что, если человек ведет жизнь Бхога или наслаждается материальными благами без практики Йоги, это приведет к Рога, или болезням. Математическую формулу можно представить и наоборот: Рога + Йога = Бхога. Если человек практикует Йогу, чтобы избавиться от болезней – Рога, то он не только наслаждается жизнью, но и Богом, который именуется БХОГАМ или блаженством. Вот что имеет в виду Боганатар в своем стихе 4 «Богам Жняна Шустрам-8» и благодаря этому он и получил свое имя.30 Богар сам признает это в одном из своих стихотворений».

Когда Богар называет Каланджи своим гуру, это имеет двоякий смысл: первый состоит в том, что имя его гуру действительно было Каланджи. Второй – что имя «Каланджи» происходит от двух тамильских слов: «кал» (kal) и «анджи» (angi). «Кал» означает воздух, здесь оно имеет значение пранаямы, а «анджи» - огонь, подразумевающий огонь Кундалини. Каланджи – это символичное имя, представляющее адепта Кундалини-йоги. В «Богар-7000» Богар говорит о том, у него 63 ученика, что он обучал их аштанга-йоге, после чего послал во внешний мир для испытания их знания.

Карувурар, Конганар и Чаттаймуни – ученики Богара. Самым выдающимся из его китайских учеников был Пулиппани. Все эти имена также символичны. «Кару» по-тамильски означает «плод, зародыш», то есть зерно, семя; здесь семенем является энергия Кундалини. «Урар» означает «тот, кто там живет»; таким образом, Карувурар – это тот, кто живет в этой энергии и поддерживается ею. Также, «конгу» по-тамильски означает сладость или мед; мед является той сладостью, обретаемой в процессе Кундалини-йоги. Конганар означает «того, кто заключает мед в себе». Что касается Чаттаймуни, то «чаттай» по-тамильски переводится как «шкура змеи».

Змей – это символ вечности. Считается, что шкура змеи обеспечивает невидимость, а сбрасывание шкуры указывает на трансформацию физического тела в дивья-деха, вечное духовное тело. «Чаттай» тоже означает змея в качестве Кундалини-шакти; «муни» – святой, Сиддх. Имя Чаттаймуни подразумевает того, кто обрел дивья-деха в процессе кундалини-йоги. Слово «пули» в имени «Пулиппани» переводится как тигр. Говорят, что этот китайский ученик Богара приехал верхом на тигре в Палани для совершения поклонения в храме Андавар. Отсюда, его и назвали Пулиппани. Традицию поклонения в храме Палани он передал другим, и даже сегодня традиционная молитва в Палани носит имя Пулиппани.

В работе «Жняна Сагарам-557» Богар говорит, что вначале он был Шиван (по- Богар передает Пулиппани ритуал освящения тамильски Нанди), затем стал Дандаютхапани Вишну (по-тамильски Мал), потом проявился как Субраманья (по-тамильски Муруган), потом – как Индиран (предводитель богов), потом – как Кришна, затем он стал Брахмой (Повелителем Творения) и сотворил целый мир со всеми его существами. Как существо, достигшее Абсолюта в состоянии Сиддха, Богар живо описывает принятие на себя различных ролей и проявления в качестве Бога Шивы (по-тамильски Рудран), Ганеши, Субраманьи, Рамы, Кришны и Божественной Силы Шакти.

Эти утверждения могут показаться надуманными, но все они относятся к различным йогическим достижениям (сиддхи), которые настоящий Сиддх в состоянии приобрести и проявить. Все эти шесть имен богов относятся к приобретению различных энергий в шести адхарах во время процесса Кундалини-йоги. Эти имена не перечисляют богов индусского пантеона, но являются именами, данными определенным формам сознания, проявленным и действующим в каждой чакре.

В том же труде можно найти живое описание места, где жил Богар – Чатурагири (в современном районе Тирунелвели, Тамил-Наду), а также великолепную картину горной цепи, где, по его словам, останавливаются и живут Сиддхи. В разделе, посвященном величию Чатурагири, где, как говорится, даже сегодня живут многие Сиддхи, Богар дает ее яркое описание в шестидесяти шести стихах в «Жняна Сагарам-557». Он рассказывает, что там живут Гораккар, Чаттаймуни, Сундаранандар, Каланджи, Тирумулар, Агастья, Конганавар, Курувурар, Памбаттичиттар, Пуннаккучиттар и Алуганничиттар – Мулаварга Сиддхи и еще более 4000 тысяч других Сиддхов. Еще там можно найти описание других священных холмов Южной Индии, где живут Сиддхи.

Кроме того, он указывает путь, по которому можно достичь мест, где они живут, и одновременно предупреждает о том, что обычным человеческим существам очень тяжело попасть в эти края. Там находится много водных источников (по-тамильски «su­ai»), пещер (по-тамильски «gugai»), деревьев, обладающих лечебными свойствами, лекарственных растений, таких как сандживи (растение, дающее жизнь после смерти) и множество масло-дающих растений. Он говорит о том, что, если человек примет эти лекарственные растения, его физическое тело «расширится» и осознание своего эго исчезнет; тело будет переливаться всеми цветами и человек обретет кайя-сиддхи.

Если масло, взятое из гор Чатурагири, потереть о медь, последняя превратится в золото, потому что лекарственные травы обладают алхимическими свойствами. В горах можно найти карунелли - особое вещество, входящее в состав муппу; если его проглотить, тело приобретает золотистый оттенок и становится твердым, как скала. Фактически, в этом разделе дается много информации о горах, скалах, пещерах, фонтанах, водопадах, лекарственных деревьях и растениях, описание которых невозможно перевести с тамильского на английский язык.

В этой работе он также рассказывает о различных методах приготовления, применения и сохранения лекарств, поскольку Йога является также искусством исцеления. Система медицины Сиддхов основывается на теории космической энергии, как творческой силы Кундалини-йоги. Начиная со специальной диеты, Богар рекомендует лекарства, обеспечивающие долгую жизнь (калпа – снадобья), рецепты приготовления ряда других лекарств, описывает различные виды ядовитых наркотических препаратов, лечение отравления, приготовление травяных масел, и так далее. Для более полной характеристики «Жняна Сагарам-557» можно подчеркнуть, что число 557 также имеет свое значение и «скрытый смысл». В «Муппу Суттира Жнянам-51» («Сутры Мудрости Муппу-51») Богар выдает секрет числа «557»: оно относится к 557 ученикам Конгана - Сиддха, которому Богар передал свое знание (жнянам) Йоги.

Некоторые подробности жизни Богара описываются в его основной работе «Богар-7000», которая еще называется «Саптакандам» (7 песен, состоящие из 7000 стихов). Как говорит Богар об этой работе, вначале он написал 7 лакх (70 тысяч) стихотворений, которые затем уменьшил до семи тысяч для того, чтобы люди смогли их прочесть. Семь тысяч стихотворений передают его йогические переживания.

Интересно заметить, что названия семи поэм (по-тамильски «кандам») соответствуют семи чакрам – муладхара (песнь 1), свадхистана (песнь 2), манипура (песнь 3), анахата (песнь 4), вишуддха (песнь 5), аджна (песнь 6) и тысячевосьмилепестковая чакра, или сахасрара (песнь 7). Семь песен, таким образом, представляют собой автобиографический рассказ о своих переживаниях в Кундалини-йоге, где он ссылается на йога-сиддхи, вада-сиддхи, кайя-сиддхи и джняна-сиддхи. Еще он советует не открывать практики Сиддхов лжецам, ограниченным людям, убийцам, сексуально-озабоченным лицам, мясоедам и подобным другим. Методам Сиддхов можно обучать лишь тех, кто уважает и защищает своих родителей, держит свое слово, следует дхарме и относится ко всем живым существам, как к себе самому.

Рассказывая о своей жизни ученику Пулиппани, Богар говорит о том, что получил посвящение (или дикшу) от своего учителя Каланджи, который обучил его всем священным трудам (шастрам), великим эпосам, Йоге и методу достижения освобождения или самадхи. Нандишвара (великий гуру, подобный образу отца, т.е. первый наставник сиддха-йоги) обучал Богара Кундалини-йоге (по-тамильски «валаи»). С помощью восемнадцати Сиддхов он выучил Аюрведу и обрел сиддхи. Богар дает великолепное описание чудесам алхимии (расавада), которым он обучился при помощи (пилюли) Кундалини-йоги.

На Меру (горе Кайлас) он повстречался с известным Сиддхом, который обучил его всем эзотерическим техникам и показал тигровую шкуру в качестве своего коврика для медитации. В этом Сиддхе Богар познал женскую сущность (на тамильском «Падумай»), то есть Шакти или Кундалини, научившую его методу достижения освобождения (мокши), а также эзотерической технике трансмиграции. Он обрел «Брахма Видья» (Мудрость Абсолютной Реальности) от святого Агастьи и написал «Бога шастра» из 7000 стихотворений, описывающих техники янтры, мантры и тантры. Богар оценивает и сравнивает эту «Саптакандам» с 12000 стихотворениями Агастьи, охватывающих методы Кундалини-йоги, как воплощение мудрости.

Он говорит далее, что эта Йога (жняна) будет пребывать вечно, всегда раскрывая философскую истину (Веды). После изучения всех техник йоги, мантры и янтры, Богар объездил восемь сторон света и отправился в Китай. Зов посетить Китай пришел от его гуру Каланджи, который находился там в поиске преемника для своей миссии. В Китае Богар был несколько раз, обучая китайцев науке, медицине и Йоге Сиддхов, а также древним искусствам. Он побывал на островах, океанах, горах, пещерах, реках и других метах, где жили Сиддхи. В горах он наблюдал группы Сиддхов, обучавших многочисленных мудрецов.

Прежде чем продолжать далее, хотелось бы рассказать несколько притч самого Богара из его работы «Саптакандам». Он вошел в вечное состояние самадхи, которое в литературе Сиддхов называется «вели» или «пал» или «веттавели». На тамильском языке оно означает «кристально чистое небо». Это всепроникающее пространство, пространство сознания, трансцендентального осознания. Это то «место», где мысли уходят одна за одной, где сознание существует просто как пустое пространство. «Вели» означает отсутствие субъективности и объективности, полнота, что составляет неотъемлемую характеристику техник Сиддхов.

Обширное царство «веттавели» – это вечное здесь и сейчас, миг вечности, заново открытое Время. Это присутствие повсюду. Ощущение отсутствия времени или выход из времени и есть значение слова «веттавели», что есть вечное мистическое сознание. Некоторые Сиддхи называют это «пал» или «шунья» – открытое измерение, не связанное понятиями и восприятием. Оно означает обширность мистического переживания, ушедшее от беспокойства мысли. Тирумулар называет его «йога нирвана» или «джняна-нирвана». Вот как описывает такое состояние Богар: «мой ум вошел в обширное расширение» (вели, оли, пал). Это состояние входа в самадхи, когда йог выходит за пределы трех видов первичных компонентов Времени: Прошлого, Настоящего и Будущего.

Войдя в состояние самадхи, Богар стал подобен каменному изваянию. Лев с львицей остановились у места самадхи Богара, думая, что он сделан из камня. Здесь они охотились на животных и жили как муж и жена, производя потомство. Однажды, когда лев положил свою голову на колени каменной фигуры, облизывая ее, слезы из глаз Богара неожиданно попали в рот льву. Попробовав слезу Сиддха, лев обрел мудрость и понял, что это не статуя, а Сиддх в состоянии самадхи. С этого дня лев и его семья поддерживали чистоту территории перед фигурой Богара. Они стали ему молиться и питаться чисто вегетарианской пищей – листьями и фруктами. Когда Богар вышел из состояния самадхи, он спросил льва, кто тот такой. Лев рассказал ему, как он совершал всякие ужасные вещи в присутствии Богара, думая, что Богар всего лишь статуя, и, как, испробовав слезу Богара, он обрел мудрость. Услышав это, Богар благословил льва с тем, чтобы в своем следующем рождении тот родился царем.

Во времена, когда Богар жил на горе Потхигаи, он отправился в близлежащую деревню, где брамины произносили Веда мантры. Увидев, Богара, они попросили его уйти (чтобы он не услышал их мантр). Дабы проучить возгордившихся браминов Богар поймал кота и научил его Веда мантрам. Кот стал произносить их пронзительным голосом, чтобы брамины его услышали. Осознав свою ошибку, брамины пали ниц перед Богаром, умоляя его простить их глупое поведение. Тогда Богар попросил браминов принести все их вещи и превратил все в золото. Брамины были блаженны и счастливы.

Однажды одна заблудившаяся беременная корова, убегая от тигра, спряталась в пещере. Она стала жить там, питаясь лишь листьями карунелли, обладающими особыми лечебными свойствами. Вещество их попало и теленку в ее чреве. Листья эти обладают способностью превращать обычное тело в карпа-деха (вечное, божественное тело). Когда Богар бродил в поисках этого лекарственного растения, он увидел корову с теленком (обладающего вечным телом) и дал им свое благословение (упадешам).

Эти три случая служат примерами, показывающими заботу, питаемую Сиддхами по отношению к животным, и выражают мысль о водительстве, которое человечество обязано проявлять по отношению к животным. Богар, следующий учениям Тирумулара, был солидарен с ним в том, что корове надо дать пучок травы, а с вороной поделиться кусочком пищи. Конечно, эти истории имеют и другой смысл. Эпизод со львом показывает, что можно познать Бога, если благоговейно и с верой воздавать должное гуру. Мораль истории с котом в том, что не стоит руководствоваться ритуалами в передаче Ведических гимнов - даже кот может это сделать; важно слиться с их духом.

Хотя этот случай, похоже, был критикой в адрес браминов и их мертвых ритуальных методов, где брамин олицетворяет ритуальный индуизм и поборников кастовой системы. Здесь можно процитировать определение Тирумулара, данное настоящему брамину, которого он характеризует, как «того, кто успокоил все желания» и добавляет, что священная нить браминов символизирует Веданту, а пучок – истинную мудрость. Брамин, который не понял действительного их значения, а поддерживает лишь поверхностное кастовое различие, ограничен.

Богар рассказывает о своих достижениях и йогических способностях. Он говорит, что благодаря обретенным способностям сиддхи, он знает и может определить точное местонахождение кладов (по-тамильски «kióÐrams») золота и драгоценностей владений Рамы, Пандавов, Нала, Раваны и Вибхишаны. В Китае он подробно описал, как правильно следует построить здание, где возможно обрести опыт общения с отошедшими душами. В таком доме, как говорит Богар, можно установить контакт с ушедшими душами во плоти – такими, какими они были при жизни. Такая способность в Китае всеми очень высоко ценилась. Однако позже другие Сиддхи осуждали Богара за раскрытие этой способности и не советовали ему демонстрировать оживление мертвых. Сиддх Камаламуни его также не раз предостерегал от раскрытия и демонстрации всем своей силы и секретов.

Богар дал великолепное описание построения парашюта для прыжков с холма к его подножию. Ниже приводится его краткое изложение (стихи 281-284, Канда II «Саптакандам»): Чтобы легко прыгнуть с вершины холма, Богар описывает клетку («kÒõóu» по-тамильски), изготовленную из круглого зонта, к которому привязаны шелковые нити и 32 натянутых стебля тростника c прикрепленным к ним колесом; кусок ткани должен покрывать стянутые тростниковые стебли, связанные узлом веревки так, чтобы в основу этого устройства был положен принцип «парящего сокола» (по-тамильски «sÒttiram»). Если прыгнуть, привязав себя к такому зонту, воздух попадает в него, и он становится подобным шару, поднимающему человека в воздух и опускающему его в целости на землю.

Это напоминает принцип действия парашюта. Парашют может также означать сублимацию физических энергий; путем утончения (подобно перышку) своих физических энергий можно с легкостью взойти на вершину Кундалини-йоги. Еще Богар рассказывает о своем искусстве воздушных полетов и как он совершил перелет в Китай. Такой вид полетов подобным же образом относится к достижениям Кундалини-йоги. Богар также придумал пароход, в котором, по его словам, может находиться много людей. Кроме того, он говорит об экипаже, способном передвигаться без помощи лошади, то есть на пару или газе. Еще он упоминает о движущемся экипаже, выделяющем дым (по-тамильски «pugai ratam»)

Эти рассказы Богара раскрывают истину о его переживаниях, предваряющих изобретение парашюта, аэроплана, автомобиля и парохода благодаря его йогическим способностям, указывают на применение им истинно научного подхода. Кроме того, данные описания свидетельствуют, что, благодаря развитию в себе сиддхи, Сиддх может летать по воздуху, ходить по морской глади, прыгать с большой высоты и быстро перемещаться из одного места в другое. Благодаря сиддхи Богар обрел не только способности предвидения, но и разрушения временных барьеров и возврата в прошлое, переживая предыдущие Юги.

Он рассказывает о том, как однажды встретил Сиддха, вошедшего в самадхи во время Крита Юги, который тоже обучал его методу Йоги. Будучи совершенным йогом, он называет его «калатита» – «тот, который превзошел время» или вышел за пределы трех видов первичных компонентов времени: прошлого, настоящего и будущего, и живет в вечном «сейчас», что является его окончательным освобождением. Встречаясь со многими Сиддхами, Богар видел «золотую птицу» и «золотого орла», и стал свидетелем совместного питья воды из одного водоема коровы и тигра.

Благодаря развитию своих йогических способностей, Богару посчастливилось встретиться с Тирумуларом, находящемся в состоянии самадхи на протяжении трех Юг. Он говорит, что невозможно передать словами его переживание Тирумулара, тело которого источало самые разные ароматы, а также видение «божественного сияющего тела». В своем произведении он часто называет Тирумулара собственным дедушкой (паттар), тем самым подразумевая себя старшим учеником Тирумулара.

Рассказывает Богар и о том, как «видел» апостолов Христа. На своем самодвижущемся экипаже (стих 222) он отправился в Иерусалим. По его словам, он побывал в Риме, где видел самадхи всех двенадцати апостолов Христа и упоминает имя Эммануила. Также он наблюдал римлян, молящихся у места самадхи Христа, ища его покровительства (стих 215-217). Кроме того, по его словам, узнав о величии Иисуса Христа от его многочисленных последователей, он посетил и почтил место самадхи Иисуса (именуемого на тамильском «Йесу» – «y¹su»). Он замечает, что в этой Кали-Юге никогда не слышал о чудесах, подобных творимым Христом (судя по рассказам его апостолов) (стих 219-220).

Побывал Богар и в Мекке, чтобы повстречаться с учениками Мохаммеда Наби (стих 226-228). По его словам, он видел там многих мохамедданцев и посетил место самадхи Наби (стих 232-233). Он вопрошает, есть ли где на земле еще одно такое место, как Мекка (стих 234). Он также рассказывает, как Яков (по-тамильски YÐcºbu) хотел получить великое посвящение (махадикшу) от Богара для того, чтобы «увидеть» Каланджи и Камаламуни и получить у них благословение и наставление (стих 225).

Эти переживания религиозных культур Христианства и Ислама вляются характерной чертой того оккультного состояния, в котором пребывал Богар. Подобные переживания Богара для современного человека могут показаться плодом воображения, наполненным ничего не значащими словами, но, если поразмыслить, они не являются логически невозможными. С точки зрения человеческой логики невозможно наблюдать сына бесплодной женщины, хотя не является логически невозможным наличие «белой вороны» или «золотой горы». Все эти переживания Богара являются непосредственным сокровенным опытом.

Согласно сведениям, взятым из стихотворений, Богара, он, по-видимому, жил 12000 лет в другой стране, в Китае. В своих стихотворениях он упоминает о Сиддхах, живших до него, и говорит о том, что изучал их труды. В его работах встречается много слов, вошедших в тамильский язык в более поздний период. Все это указывает на то, что он вечно пребывает в своем дивья-деха как совершенный Сиддх, созерцая современные события, и оставаясь зрителем всех времен и народов.

Широко распространено мнение о том, что Богар был буддистом, родом из Китая и часто посещал Индию. Поскольку некоторые ученые считали родиной Тантры Китай, откуда она была привезена в Индию Буддизмом Ваджраяны, Богара начали называть китайским даосом. Слова «cãna» и «cã­apati» в стихотворениях Богара будто бы подтверждают эту точку зрения. Ее можно привести в качестве еще одного примера чисто теоретических измышлений, являющихся обычным предположением, не имеющим под собой никакой реальной почвы. Противореча очевидным фактам, это мнение основывается на довольно зыбкой почве. Внимательное критическое изучение его стихов показывает, что в них может быть много поздних добавлений. Далее станет понятно, что имеется в виду под «добавлениями».

Есть игра, когда игроки садятся в круг и кто-то рассказывает короткий рассказ своему соседу, который повторяет ее следующему и так далее, пока не будет пройден весь круг. Затем последний встает и рассказывает свой вариант истории всем – то же самое делает начинающий, и становится ясно, насколько последняя история далека от оригинала. Невозможно узнать в последнем варианте первоначальный текст, потому что все детали и основные факты расплылись и добавились новые. Если такое происходит в маленькой группе, то можно себе представить, насколько можно все изменить, сократить и добавить к стихотворениям, переходящим из уст в уста в течение сотен лет.

Богар отличается от более ранних Сиддхов в двух отношениях. В отличие от других Сиддхов, яростно протестовавших против любых ритуальных действий (поклонений), у Богара мы находим ссылки на ритуальное поклонение и даже его методы. Традиционно именно он положил начало теистическому пути поклонения Богу Муруге как Баландхандаютхапани в храме Палани. Процитируем С.А.А. Рамаяха:

«Для Крия-поклонения Божеству Палани (Палани-андавар) надо было изготовить священную статую, которая бы просуществовала 5000 лет – весь период Кали Юги. Самый твердый из имеющихся камней для вырезания – это гранит… Говорят, что даже такой твердый камень раскалывается, когда совершают ритуал Панчаамиртха Абхишеку (ритуал омовения). Так, Сиддхи собрались в Палани… и пригласили великого химика и алхимика Боганатара Жняна, Гуру Бабаджи для изготовления Божества Палани Андавар, которое бы просуществовало период Кали-юги. В медитации к Богару пришло решение смешать «Nava Paasaanam» (девять ядовитых растительных и минеральных ингредиентов) и высыпать порошок в форму Палани Андавар…»

Рамаях продолжает:

«Богар перемолол девять ядов, но как соединить их для литья?

Он использовал катализатор. Соединение при помощи катализатора в медицине Йоги Сиддхов называется термином «Каттутхал». Самыми большими знаниями на предмет «Катту» (каталитического соединения) обладает Агастьяр, у которого Богар научился двум методам:

1) Уппу Катту, при котором используются тысячи видов трав, соков, соль (уппу) и другие химические препараты, и

2) Сунна Катту (вероятно, окисление).

В Уппу Катту, более скрупулезном и сложном методе, ингредиенты соединяются химическим Изготовление изваяния Дандаютхапани путем, растворяются и входят в реакцию в жидкой форме. Сунна Катту – сравнительно простой метод, но испарения от непосредственных химических реакций … могут поразить химика … При изготовлении фигуры Богар использовал оба каталитических метода».

И по сегодняшний день не разгадана тайна священной статуи. Из поколения в поколение передается рассказ, как в храме Брахадишварар в Танджавуре именно благодаря Богару был установлен гигантского размера лингам. Во времена изготовления лингама существовал обычай приносить разные драгоценные камни к тому месту, где он должен быть установлен. Для установки фигуры на определенном месте в святая святых, чтобы ее хорошо закрепить, священники изготовили специальный клей (канду). (Изготовление такого клея, состоящего из многих видов растений, занимает продолжительное время). Когда идол божества Брахадишварара был установлен, положение его все же было неустойчиво, несмотря на сильнодействующий клей.

Священники пытались его закрепить, но безрезультатно, что вызвало сильное беспокойство правителя Танджавура Раджараджа Кола. Тогда явился ему Богар в астральном теле и посоветовал найти Сиддха по имени Карувурар, который поможет закрепить фигуру. С Карувураром связались - он пришел в Танджавур и установил фигуру. Также по предложению Богара Карувурар дал совет правителю, как поднять карнизный камень весом 80 тонн на вершину Гопурам, которая тогда была более 225 футов в высоту. Чтобы запечатлеть эти два достижения Карувурара, ставшие возможными благодаря его сиддхи, Богар посоветовал правителю установить в храме его статую. Правитель Раджараджа Кола построил для Карувурара отдельный храм, который и сегодня можно увидеть на территории храмового комплекса Брахадишварар в Танджавуре.

Хотя в своих стихотворениях Богар подчеркивает метод «джняны» (мудрости), тем не менее он нередко ссылается и на метод «бхакти» (преданности). Богар использует метод бхакти как метод ритуального поклонения для передачи своих идей массам. Он использовал бхакти в качестве способа распространения своего обращения к массам, как это делал Шанкара. Конечно, не это служит главным методом освобождения – для Богара, как и для других Сиддхов, путь джняны является единственным методом освобождения.

Когда Богар установил в Палани изваяние Навабхашары, его единственной целью было, чтобы все люди смогли воспользоваться целебной силой этого образа через распространение панчамриты после проведения ритуала омовения. Средством для достижения этой цели было бхакти. Некоторые Сиддхи, в том числе Богар, могли считать метод бхакти подготовительной ступенью к джняна, но не способом обретения освобождения.

Второе различие состоит в его точке зрения о том, что все знания и опыт Сиддхов должны быть полностью переданы миру. В то время, как ранние Сиддхи в своих произведениях использовали завуалированный язык, Богар рассказывает о своих открытиях в йоге и медицине языком, доступным всем, ничего не скрывая. Как сказал Таюманавар, он хотел, чтобы «мир в полной мере насладился тем, чем наслаждается он». Что, однако, не означает, что он собирался демонстрировать сиддхи. Когда в стихотворениях Богар повествует о своих великих достижениях, это совсем не хвастовство автора в порыве раздутой самопохвалы. Понимать их надо в рамках реализации, шаг за шагом, таттв или вещественных элементов, осуществляемой в процессе медитации кундалини-йоги.

Они отражают существование Богара на уровне Абсолютной Реальности или его единства с Абсолютом. Лишь такое восприятие разумно и открывает истинное значение стихотворений Богара. Произведения, рассказывающие о сиддхи – это основанные на личном опыте открытия Богара. Он заботится о духовном развитии человеческих существ и стремится донести свое учение людям. Стихотворения Богара несут в себе возвышенный принцип «арруппадай» - направление или указание пути всем без исключения.

Склонность Богара к принятию метода бхакти в качестве дополнения к жняна, а также его желание, чтобы результаты йогических «открытий» попали ко всем, выражают его заботу о человеческих существах; так, краеугольным камнем мистики Богара является человечество. Богар - преемник философии Тирумулара, утверждающего, что «человечество – одно и Бог – един», и сторонник тамильской традиции, утверждающей: «все края – мои края, все люди – моя семья».

Основное учение Богара не отличается от обще индийской традиции Тантрической Кундалини-йоги Сиддхов. Его ссылки на систему чакр, сахасрару, систему нади, Кундалини-йогу, асаны, бандхи, мудры, пранаяму, мантры, тантры и янтры отражают глубокие познания систем йоги и работ ранних Сиддхов. Ссылки на Кайлайа-варга, Тирумулара и своего гуру Каланджи показывают глубокое уважение Богара к традиции гурупарампары и почтение к своему гуру. Для него гуру – первые врата в восхождении по лестнице к освобождению. Богар боготворит своего гуру Каланджи и всякий раз при появлении трудностей ищет его благословения и милости. Во всех его стихотворениях постоянно звучит эта нота поклонения гуру. Богар достиг теливу (правильного понимания) Реальности, наблюдая своего гуру, повторяя имя гуру, следуя обращениям гуру и медитируя на образ своего гуру Каланджи.

Прежде чем подойти к заключению, хотелось бы еще раз рассмотреть основные идеи и достижения Богара. Без преувеличения его можно назвать ученым Сиддхом в полном смысле этого слова. Наряду с достижениями в изобретениях парашюта, парохода, летательного аппарата, передвигающейся на пару кареты и техники их успешного использования, он безупречно служил людям в йоге и медицине. В области йоги большое значение он придавал пранаяме. Он также предупреждает, что в случае неправильной практики пранаямы («ваши») сама система йоги не принесет никакой пользы. В одном из стихотворений пранаяму он называет «Брахман».

Богар говорит о том, что при серьезной и систематической практике пранаямы произойдет сублимация семени, преобразование его в сильное средство для трансмутации тела. Он говорит о том, что пранаяма имеет и другие названия: «надам» (энергия звука) и «винду» (сила семени). Во всех его работах есть рекомендации по приготовлению лекарств из трав, а также перечисление основных трав для регулярного употребления. Он также объясняет, в каком месяце какие травы лучше употреблять для поддержания здоровья. Во многих его стихотворениях есть ссылки на медицинское лечение Сиддхов, а также даны инструкции по диагностике, терапевтике, фармакологии и токсикологии. Богар дает длинный список болезней, которые можно излечить с помощью трав. Он является выдающимся Сиддхом медицины, в сочетании с травами применяя соли, металлы, минералы, яды и все неорганические вещества.

Основным вкладом Богара в медицину Сиддхов является система муппу. Муппу, как говорилось, бывает трех видов: ваидья, вада и йога. Первые два вида относятся к области медицины. Согласно медицинской системе Богара, включающей в себя ваидья и вада, муппу – это эликсир, состоящий из трех компонентов. При его употреблении тело приобретает золотистый оттенок и становится твердым, как скала. В китайских работах по алхимии можно найти сведения о рецепте (муппу) из трех компонентов: «белый тигр», «синий дракон» и «парящая жемчужина». Здесь можно проследить влияние Богара на китайскую мысль.

Третий, йога-муппу, относится к Кундалини-йоге. Йога-муппу состоит из иды, пингалы и сушумны, то есть пранаямы. Все эти виды муппу подробно описываются в большинстве из его работ. Шестая глава «Саптакандам» рассказывает о том, что земля на три четверти состоит из воды и на одну-четвертую из суши, и дает информацию о лесах, городах, селах, реках, озерах и т.д. Богар также рассуждает на тему различия черт лица мужчин. В библиотеке Танджавура Raja Serfoji Saraswati Mahal Library хранится рисунок, изображающий различия, описываемые Богаром. Он также затрагивает тему разнообразия видов птиц, животных, насекомых и деревьев.

Среди Сиддхов Богара можно считать связующим звеном между духовным и научным подходом. В руках Богара наука и духовность дополняют друг друга. Его система медицины, описание парашюта и передвигающейся с помощью пара и газа кареты, а также многое другое, являют собой живой пример его научного склада ума. Описание парашюта (хотя и представляющего собой научное изобретение) по его же словам символический пример того, как физические энергии можно сделать легкими для восхождения на вершину Кундалини-йоги. Его система медицины, известная как система Сиддхов, основывается на теории космической энергии, что есть творческая сила, развиваемая кундалини-йогой в человеческом теле. Под влиянием Богара философия йоги становится системой исцеления.

Внимательное изучение работ Богара показывает, что сиддхи – это не просто результат духовного аспекта кундалини-йоги, но вместе с тем и развитие прежде непроявленных энергий плотного человеческого тела. Идея Сиддхов о человеческом теле, развивающемся в божественное, имеет под собой и научное обоснование. Таким образом, в руках Богара кундалини-йога становится как духовной, по сути, так и научной в своем подходе. На следующих страницах читатель познакомится со стихотворениями Богара по Сиддха-йоге, в которых отражается принцип дуальности, концепция микро-макросимметрии и практико-философский аспект кундалини-йоги.