29.09.2014

Правильные шаги на духовном пути: от утверждения в саттве к высшим самадхи и брахма-джняне.
Важность вдохновляющей бхавы от медитации на ишта-девату или Брахман. Комментарий к тексту «Йога Васиштха»

Шравана – постоянное думание о Боге

Глава 6 «Об освобождении». Рассуждения о Брахмане.

Вновь и вновь мы должны рассуждать о Брахмане, мы должны учиться этому. Мы должны стать мастерами рассуждения о Брахмане. Сначала хотя бы на уровне ума. Как вы можете стать мастерами созерцания Брахмана, если вы хотя бы на уровне ума не сможете стать мастерами рассуждения о Брахмане? То есть мы должны воспитать свой ум, приучить его думать о Брахмане, размышлять о Брахмане, а говоря простым языком – думать о Боге.

Если мы не будем думать о Боге, ум будет думать о других вещах, потому что его свойство – думать. Он все равно найдет себе занятие. И тогда вам надо надеяться на то, что вы остановите свой ум в ритрите, что там вас ждет удача, а здесь нет шансов. Это вообще неправильная позиция. Это зависимость от остановки ума, зависимость от хороших условий. Она указывает на то, что в повседневной жизни вы не воспитали свой ум, вы не приучили свой ум думать о Боге. А раз вы его не приучили думать о Боге, он все равно думает о чем-то, он все равно хочет чего-то, он все равно двигается в каком-то направлении. Ему нужен объект, который он будет обсуждать, перекручивать, говорить о нем. Уму всегда нужен объект сосредоточения. Заблокировать ум тоже невозможно, поэтому его надо воспитывать и приучать думать, размышлять об Абсолюте. Сначала надо настраиваться, делать настройку с использованием мыслей. Все это есть шравана.

Весь метод шравана предназначен для того, чтобы слушать, думать и размышлять. А потом, когда такая настроенность возникла, то уже легко переходить к не-уму. Ум начинает утончаться в процессе шраваны, в процессе размышления и сонастроенности. Тогда уже легко находиться где-то рядом, легко освобождать мысли, потому что создано правильное направление для ума. Вы создаете генеральное стратегическое направление движения ума, воссоединения с Богом. И тогда не-умственное восприятие становится естественным. Тогда размышлять о Брахмане, говорить о нем не надо, это уже пройденный этап. Это для вас естественно. Тогда непоколебимость сознания, игра, видение мира как иллюзии, расширенное восприятие (пратьякша-адвайта) к вашим услугам, но не ранее. Растворение эго, пустота ума, не-ум, самоосвобождение, танец присутствия, парение Гаруды, подобное бесконечному, – все в вашей власти, все перед вами открыто. Почему? Потому что вы проделали предварительную практику, предварительную работу в направлении ума на Абсолют, брахма-вичару. Если же предварительную работу не проделать, то весь этот танец присутствия, танец пустого ума и естественного состояния не состоится, потому что будут отвлечения, не будет уверенности, концепции не будут растворены.

Секрет силы садху заключается в вере, а вера – это направленность ума на Абсолют, на Бога. Сначала, конечно, это интеллектуально, нам некуда деваться, а надо работать с тем, что имеешь. Не надо пытаться запрыгнуть дальше. Например, некоторые мусульмане очень хорошо изучают Коран. И когда вы задаете им какой-то вопрос, они берут Коран и говорят: «Это сура номер такая-то». И рассказывают вам про Аллаха. «А вот это шлока номер такая», – и они снова рассказывают про Аллаха. То есть, вы зададите им вопрос, а они расскажут вам про качества Аллаха, приведут примеры, они все вам расскажут. И пока вы про Бога так же не сможете рассказывать и днем, и ночью, и во сне, то ваша подготовка шраваны должна идти еще дальше. Вы даже не должны задумываться, это должно для вас быть естественно и продолжаться до тех пор, пока вы не будете жить Богом. Но сначала это будет интеллектуально.

Когда вы будете жить Богом, мир привязанностей, мир эго, материальный мир, мир сомнений и заблуждений отойдет на второй план. Этот мир политики, новостей уже не будет вашим миром, вы будете от него свободны и независимы. Тем более мир клеш, мир обид, мир невыясненных отношений, соперничества, гордыни уже будет не вашим миром. Вы полностью от него отойдете. У вас будет только один мир – мир Бога, мир игры, мир самоотдачи. То есть вы попадете в такой прекрасный, чистый, божественный мир. Снаружи ничего не изменится, но вы изменитесь, направление вашего ума изменится, вы как бы откроете канал божественного, где у вас не будет никаких трудностей, никаких проблем от неведения и заблуждения. Будет радость, и это будет естественно, без надрыва, без усилия, без поиска.

Когда это будет происходить естественно, вы почувствуете, что божественная Милость изливается и всегда изливалась. Ануграха была всегда, но ум мешал это осознавать, он не был настроен. Это подобно тому, как вы, наконец, настроили на нужную волну ручку радиоприемника. Бывает, что когда крутишь радиоприемник, слышен шум, треск, невнятная речь, неприятная музыка, а внезапно вы попадаете на хорошую передачу и можете наслаждаться ею. То есть вы поймали нужную частоту. И с той позиции Васиштха ведет рассуждения о Брахмане в разговоре с Рамой. Он говорит:

«Снова и снова я повторяю тебе одно и то же, о Рама, чтобы ты пробудился духовно. Понимание не случается без таких повторений, специальных практик. Это непонимание стало таким плотным и непробиваемым, потому что повторялось, выражалось и ощущалось в тысячах воплощений, в этом теле и вне этого тела».

Васиштха пять тысяч лет назад с Рамой занимался тем же самым – обсуждением Брахмана, то есть, шраваной.

Утверждение в тригунатита возможно только из состояния саттвы

Текст:

«Но самоосознание недостижимо чувствам. Оно возникает, когда успокаиваются чувства и разум, который, собственно, является шестым чувством.

О Рама, живи в этом мире, твердо зная о своей истинной природе, как король Джанака жил, зная то, что стоит знать. В его случае истина была достигнута навсегда, вне зависимости от того, работал он или отдыхал, спал или нет. Вишну воплощается в этом мире, отлично зная свою истинную природу, и никогда о ней не забывает. И Шива знает и помнит, и Брахма. Узнай и пойми и ты, о Рама, как и они».

Мы тождественны даже с такими великими богами как Брахма, Вишну и Шива, потому что природа и джняни, и сиддхов, и садху, и мирских людей, и деват, и великих богов тождественна, одинакова. Все имеют единый Источник – Брахман. Но различия очень большие, потому что одни помнят об этом Источнике, другие совсем забыли. Третьи не только помнят, но глубоко в него погружены, например, сиддхи. Четвертые не только погружены, но полностью в нем растворились. Пятые растворились и пьют его нектар, пребывая в постоянной ананде. Шестые, например, деваты, божественные силы природы; стражники времени, которые стоят на страже риты, хранители божественного закона космической гармонии, не только пребывают в ананде, но еще могут из этого Источника черпать различные силы, потенциал энергии так, что время и пространство вокруг них изгибаются, как проявление их сознания. А такие как Брахма, Вишну и Шива не отличны от Абсолюта. Они настолько с ним слились, что их силы непостижимы ни смертным, ни сиддхам, ни деватам, богам. Они не имеют о себе понятия, но, тем не менее, считаются творцом, хранителем и разрушителем миров.

То есть все эти святые души, махаджаны, в отличие от заблуждающихся душ, которые называются карма-бандха, отличаются тем, что вошли во всевышний Источник, воссоединились с ним и ни на миг не расстаются. Благодаря этому они не живут в карме, а живут в игре (лиле), в измерении чистого видения, в освобожденном состоянии. У них нет страданий, неведения, двойственности, то есть, ничего того, что является атрибутом сансарного мира. Они правильно распорядились мудростью Брахмана, они с ней соединились, реализовали три аспекта: воззрение (джняну), осознавание (дхьяну) и поведение (крийю).

Почему же им так повезло, почему не повезло сансарным существам? Секрет кроется в том, что когда-то они вступили на осознанный духовный путь и развили в себе хорошие глубокие качества саттвы, изжили свой внутренний тамас и внутренний раджас. Развив качества садху, они утвердились в самадхи. Саттва нужна для того, чтобы утвердиться в самадхи. В тамасе и раджасе это невозможно. Это возможно только в саттве, потому что саттва – это светоносное чистое состояние. Утвердившись в самадхи, они превзошли саттву, вышли в трансцендентное состояние тригунатита. Превзойдя саттву, они уже не могли потерять самадхи ни в раджасе, ни в тамасе. Войдя в трансцендентное состояние, они развили в себе величайшую преданность этому самадхи, Абсолюту. Эта величайшая преданность стала для них естественной, как дыхание. От самадхи они естественно пришли к бхава-самадхи или к сахаджа-самадхи, благодаря своей поглощенности. Развив такую великую преданность, они растворили свое эго, растворили карму, стали независимыми от прошлых поступков, независимыми от личности. Став независимым, их сознание расширилось, стало свободным, стало играть, вышло за пределы тела, времени, пространства, стало вездесущим, бессмертным и неуязвимым. Они все проделали такой путь. Это путь, которым шли все святые прошлого, идут все святые настоящего и будут идти все святые будущего.

Успех на духовном пути и обретение брахма-джняны зависит от правильных шагов

Надо понять, как правильно идти, а как неправильно идти, чтобы утверждаться на этом пути. Например, идти с верой – правильно, идти без веры – неправильно; взращивать чистоту – правильно, не иметь чистого видения – неправильно; развивать преданность и самоотдачу – правильно, не развивать – неправильно; развивать внимательность и осознанность – правильно, не развивать – неправильно; развивать способность к дхьяне, концентрации, медитации – правильно, а развивать способность к отвлечениям и рассеяности ума – неправильно; усмирять ум от эго и гордыни – правильно, поощрять эго и гордыню – неправильно. На духовном пути всегда есть правильные вещи и неправильные.

Это как игра в шахматы, где есть ходы, которые улучшают положение на доске, есть ходы, которые ухудшают положение на доске, есть нейтральные ходы. А есть цугцванг – ситуация, когда любой ход ухудшает положение, потому что куда бы ты ни пошел, всегда через два-три хода будет мат. И опытный садху в цугцванг не входит. А есть гамбит – ситуация, когда какой-то фигурой жертвуют ради конечного выигрыша, например, отдают ферзя, чтобы поставить мат. То есть нужна какая-то жертва, своеобразная шахматная тапасья. В жизни садху происходит то же самое. Он может делать неправильные шаги, тогда сансара сгущается, его сознание начинает тесниться. Он может делать правильные шаги, тогда его дух расцветает. Брахма-вичара, размышление о Боге, о Брахмане, – это очень хороший, правильный шаг.

Текст:

«Рама спросил:

— Молю тебя, скажи мне, какова природа самоосознания, которым владеют эти мудрецы?

Васиштха ответил:

— Рама, ты и так знаешь это. Но, чтобы это стало еще яснее, ты спрашиваешь об этом снова. Все, что есть здесь, что кажется миром, является только чистым Брахманом или абсолютным Сознанием и ничем более. Сознание есть Брахман, мир есть Брахман, все элементы в нем – тоже Брахман, я есть Брахман, мой враг – Брахман, мои друзья и родственники – Брахман, Брахман – прошлое, настоящее и будущее, все это имеет начало в Брахмане. Как океан кажется раздробленным из-за волн, также Брахман кажется множественным из-за бесконечного количества разных субстанций».

Брахман только кажется множественным, он кажется нам майей, он кажется нам прошлым, настоящим и будущим. Он кажется явлениями этого мира, потому что у ума есть тенденция разграничения, тенденция видеть многообразие и увлекаться им. Это называется майя-мала. Это подобно тому, как из куска золота сделали браслеты, кольца, серьги, цепочки, ожерелья, подвески, запонки и много других различных украшений. Это изначально был кусок золота, и вы понимали, что это золото, но теперь, когда вам это все показали, вы забыли ценность самого металла. У вас разбегаются глаза. Вы смотрите на сами изделия, на изящество резьбы и прочее. Вы так увлекаетесь, что забываете, что ценность не в этом, а в самом золоте. Это все можно сделать ломом, переплавить и сдать в ломбард, все равно вам дадут цену золота. Вы начинаете судить о цепочках, серьгах, различать, хуже они или лучше. Но ювелир может вам сказать: «Ты можешь сдать это как лом. Это все равно золото, неважно, какие из него сделаны цепочки или серьги. Это не так уж и важно. Это работа ювелира. А работа ювелира по сравнению с самим золотом не много стоит. Самая главная ценность – это ценность золота, а не работа ювелира».

Материальный мир – это работа ювелира, Брахмы-Творца и многих других богов. Боги элементов, праджапати и другие боги – это все ювелиры материальной вселенной, которые из золота, Брахмана, создали эту вселенную. Но ценность этого творения, его формы не так велика по сравнению с самой сущностью, с субстанцией. А субстанция – это Брахман. И про того, кто распознает эту субстанцию, не увлекаясь разнообразием, говорят, что он обрел брахма-джняну – знание Брахмана.

Инструменты познания Бога

Текст:

«Брахман достигает Брахмана, Брахман ощущает и наслаждается Брахманом, Брахман проявляется в Брахмане силой самого Брахмана. Брахман есть форма моего врага, которого я, Брахман, ненавижу. В этом случае кто кому и что делает?

Состояния разума, такие как привлечение и отторжение, нравится и не нравится – результат воображения. Они прекращаются в отсутствии мыслей. Как они тогда могут преувеличиваться?»

Приятие, отвержение, оценочные суждения – все это имеет место в двойственности, в относительном мире. Мы можем ими пользоваться, когда это необходимо, для решения материальных проблем. Но пользоваться этим механизмом ума для решения проблемы освобождения, для решения духовных проблем, будет ошибкой. Поэтому мы не должны их переоценивать. Там, где мы ищем Бога, этот инструмент не годится. Здесь нужны другие инструменты: инструмент обнаженного осознавания, инструмент пребывания вне ума, инструмент веры и преданности, инструмент вичары, вивеки и вайрагьи. Когда мы готовим суп, нам нужно различение, чтобы не пересолить его. Чтобы что-то делать, нам нужно оценочное суждение. Мы можем пользоваться этим инструментом, это неплохо в относительном мире, это полезно. Но когда нам нужен Бог, мы их просто оставляем и используем другие инструменты, например, вичару, вивеку, вайрагью, инструмент самоосвобождения и самоотдачи. Мудрый садху – это тот, кто понимает эти инструменты и пользуется ими по назначению, когда это нужно.

Ишта-девата как источник вдохновения и суть мироздания

Текст:

«Когда только Брахман движется во всем, что есть только Брахман, и только Брахман проявляется как Брахман во всем, где радость и где печаль? Брахман удовлетворяется Брахманом, Брахман находится в Брахмане. Нет ни «меня», ни «другого»!»

Когда вы размышляете о Боге, об Абсолюте, вы должны найти какую-то бхаву, которая бы пробуждала вас. Я брахма-вичару практикую с детства. Так уж получилось. Это интуитивно у меня раскрывалось. Были разные варианты, и мой ум искал из того, что было доступно. В детстве я посмотрел японский мультфильм «Корабль-призрак». Это был первый зарубежный мультфильм, который решили показать на экранах больших кинотеатров. Этот фантастический мультфильм из капиталистической страны был очень популярен среди советских детей. И там был эпизод с огромным спрутом Боа, щупальца которого были распростерты по всему океану. В общем-то, он был отрицательным героем, но я не обращал на это внимания. Самое главное было то, что он был могущественным и вездесущим. Меня это очень впечатлило. Я подумал, что Бог примерно такой.

Вы должны найти какую-то бхаву, которая бы вас вдохновляла, когда вы думаете о Боге. Эта бхава всегда может быть связана со святыми существами, с божественными существами. В ведической традиции она олицетворяется ишта-деватой, мы связываем эту бхаву с ишта-деватой. Не надо искать, как я в шесть лет искал образ из мультфильма. Наша традиция, культура уже все дает. Ишта-девата, избранное божество, например, Бхагаван Даттатрея, Шива, олицетворяет сосредоточие всех этих бхав. И все ваши возвышенные чувства, возвышенные качества при таком размышлении вы можете переносить на ишта-девату, если ваш ум любит форму, что-то более конкретное, если ему нужна визуализация. Уму часто нужен фантастический блокбастер, чтобы он вдохновился. Часто многие не принимают пустоту, бескачественность, ниргуну: «Что это такое? Как я могу думать об этом?» То есть уму нужно что-то вдохновляющее. Это и есть принцип ишта-деваты.

И когда вы медитируете, вы должны понять, что ишта-девата – это не какое-то отдельно взятое божество Вишну, Шива, Даттатрея. Ишта-девата – это своеобразный центр в мироздании, это фигура, соединяющая в себе всех божеств, вообще весь пантеон индуизма и не только индуизма, а вообще всех религий. То есть, вы должны видеть в своем ишта-девате всю вселенную и всех божеств. Допустим, мы представляем Даттатрею, а из него исходят Брахма, Вишну, Шива. А там, где выходят Брахма, Вишну и Шива, там выходят Сарасвати, Лакшми и Парвати. Там же рядом Ганеша и Карттикея. Если эти божества исходят, то рядом их свиты. У Шивы – свита духов, у Вишну – его двадцать четыре аватара, у Брахмы – четыре кумара, его манасапутра – созданные умом сыновья, семь риши, ману, праджапати, которых он посылает во вселенную. Все это таким образом разветвляется. И ваше центральное божество разворачивается в огромное древо. Это и есть пантеон ведических божеств, который мы называем древом Прибежища.

Размышление о Боге, медитация на Брахман – это медитация на древо Прибежища, когда вы понимаете, что древо Прибежища для вас – это не только патриархи, существа, посылающие благословения, а это сам ишта-девата в развернутом виде, сам Бог, представший перед вами в величественных, сияющих, полных света фигурах. Это тоже может быть вашей формой брахма-вичары. Главное – это чтобы возникала возвышенная бхава.

Но некоторым, наоборот, имя и форма не дают бхавы, они получают вдохновение от абстрактной медитации на ниргуна Брахмана. Это тоже возможно. Тогда вам нужно найти ту величественную бхаву, которая бы вас вдохновляла. Медитируя на описание Брахмана из священных текстов, вы можете почувствовать, что это невообразимый центр галактики, где время и пространство сворачивают свой ход. Это нечто непостижимое, запредельно божественное, это нечто чистое, что вне времени, вне имени и формы, что является источником всех богов. И вам надо не придумывать это, а просто брать тексты и размышлять над тем, как Брахман описывается в текстах. Таким образом легче настраиваться. Такова брахма-вичара на не имеющего формы Бога, на ниргуна Брахмана, на того, кто не обладает качествами, не проявлен. Это другая сторона Бога, другая сторона божественного. Такая медитация особенно эффективна, если ваш ум абстрактен и не склонен к конкретике и визуализации. Сочетая эти два типа брахма-вичары, вы двигаете свое различение, свою брахма-вичару, она вас ведет к связи с божественным.

Медитация должна служить познанию Бога. Если медитация сама по себе не служит познанию Бога, то это подобно тому, что вы полируете кирпич в надежде сделать из него зеркало. Вы находитесь внутри своего ума: «Ну, сел, медитирую, остановил ум. Внутри себя сижу». Так можно десять тысяч лет медитировать и не достичь никакого просветления. Задача заключается в том, чтобы в медитации мы могли выйти за пределы себя, коснуться Абсолюта, установить связь с тем, что за пределами пяти оболочек. Брахма-вичара дает направление в медитации. То есть, я не сижу просто внутри себя с остановленным умом, просто в состоянии нейтрального наблюдения, это называют мано-лайя, а я все время трансцендирую, я выхожу за пределы и связываюсь со всевышним Источником. Эта связь всегда есть. Мне для связи со всевышним Источником даже не нужна специальная медитация, потому что эта связь есть даже без медитации, она есть всегда. Когда медитация бывает и сидя, и наяву, тогда это становится созерцательным присутствием, то есть, ваша сидячая медитация махашанти перерастает в созерцательное присутствие. Вот тогда вы движетесь в правильном направлении к сахаджа-самадхи, к божественной благодати.

Текст:

«Васиштха продолжил:

— Все объекты этого мира – Брахман. «Я» есть Брахман. В этом случае и желания, и нежелания, стремления и отвращения – только понятия. Тело есть Брахман, смерть – тоже Брахман, и когда они встречаются – есть ли причина для переживаний? Также тело есть Брахман и удовольствие есть Брахман, и когда они встречаются, и тело испытывает удовольствие, есть ли причина для ликования?»

Хорошая фраза: «Когда они встречаются и тело испытывает удовольствие, есть ли причина для ликования?» Что это означает? Какие бы удовольствия мы не испытывали, мы не должны связывать себя с удовольствиями, мы должны направлять ум на Брахмана. Это и есть махаягья, жертвоприношение. То есть, когда вы едите, тело получает удовольствие, но ваш ум не должен стремиться получать удовольствие от еды через тело. Ум должен стремиться получить удовольствие от Бога. Телу можно получать удовольствие от еды, потому что это его дхарма, а ум во время еды получает удовольствие от Бога, выполняя свою дхарму. Поэтому еда уже становится подношением. И кто не способен делать это прямо, тот мысленно делает визуализацию. Или вы берете ложечкой воду, представляете древо Прибежища, настраиваетесь на Брахмана, обводите трижды по часовой стрелке и выливаете воду. Это значит, что вы предложили эту еду, еда стала прасадом, она осветилась, она стала божественной, она перестала быть кармой того, кто готовил, того, кто хлеб растил, она стала прасадом, теперь она вас благословляет. Чувство вкуса перестало быть кармой, такая еда стала благословением.

Текст:

«Когда волны на поверхности океана волнуются, они не перестают быть водой! Так же, когда Брахман кажется неспокойным, как в этом кажущемся мире, его суть неизменна, и нет ни «меня», ни «тебя». Когда волна умирает в воде, ничто не умирает! Когда смерть-Брахман приходит к телу-Брахману, ничто не теряется.

Вода может быть спокойной или взволнованной. Также и Брахман может быть спокойным или неспокойным. Такова его природа. Это глупость и непонимание делят единое на «это сознательное существо», а «это бессознательная материя». Мудрые не придерживаются таких ошибочных точек зрения. Потому для глупца мир полон страданий, для мудрого тот же мир полон блаженства».