09.06.2014

Пять недостатков на пути к самадхи, воспитание сдержанности и избавление от желаний.
Правильное и неправильное самадхи.
Комментарий к тексту Рамана Махарши «Будь тем, кто ты есть»

Пять недостатков на духовном пути

Текст, глава «Самадхи»:

«Искатель: Самадхи, восьмая ступень раджа-йоги, это то самадхи, о котором вы говорите?

Махарши: В йоге термин самадхи относится к нескольким видам транса, и существуют различные виды самадхи. Но я говорю о другом – о сахаджа-самадхи, в нем вы обладаете самадханой (устойчивостью) и остаетесь спокойным и сдержанным, даже будучи активным».

Итак, нам надо воспитывать самадхану на пути лайя-йоги. Шри Рамана Махарши описывает ее как спокойствие, сдержанность, устойчивость. Сдержанность – это то качество, которое должен воспитывать в себе монах, или карма-санньяси, или практикующий. Если мы не воспитаем в себе сдержанность, то мы не можем идти дальше, сдержанность должна стать постоянной основой нашей жизни, то есть как хотите, но воспитывайте в себе сдержанность.

Сначала вы будете ее воспитывать силой воли, вы не сможете по-другому, не умеете, только силой воли. Сначала это будет такая внешняя сдержанность, есть люди сдержанные, ходят сдержанно, а чуть внутрь загляни – там такие сидят страсти, как бешенные псы. Это как за городом много частных домов, и хозяева раз в неделю приезжают псов покормить, на неделю оставляют им еду. Они на цепи, им скучно, если вы идете мимо пустых дач, эти псы просто рвут ошейник, они готовы сломать забор и кинуться на вас. Здесь воля играет роль такого поводка, и вначале мы силой воли можем себя сдерживать.

 Но по мере практики все страсти, клеши должны усмиряться, и не нужна такая сильная воля, потому что привычка на воле все держать, быть все время, годами волевым, создает напряженность. Такая напряженность перекрывает энергию в теле, она не движется как надо, и ум костенеет, нет гибкости и распахнутости. Когда человек напряжен, то и те, кто с ним контактируют, тоже напрягаются, то есть он все время находится в такой боевой стойке.

Но со временем воля должна уступить, волевой контроль, такая сдержанность должна уступить место осознанности, привычке быть осознанным и внимательным. Возникает расслабление от осознанности, естественная осознанность должна родиться. Самадхана – очень важный термин, естественная устойчивость в природе Ума, естественная устойчивость в пребывании в Божественном. Это восьмая стадия в йоге Патанджали, но эта восьмая стадия сразу невозможна, мы должны заложить мощную основу.

Мощная основа заключается в том, что мы должны сформировать себя как садху. Садху – это определенный тип человека, определенный класс, определенный образ жизни, и нам надо все время думать о том, что мне не хватает как садху, что мне нужно развить как садху. На духовном пути есть пять недостатков. Первое – это лень, садху – это тот, кто преодолел лень, он каждый день преодолевает эту лень. Если мы не можем преодолеть лень, то мы не садху. Тело склонно быть в лени, ум склонен быть в лени, потому что быть в тамасе всегда легко. Например, как у некоторых животных: желание поесть, упасть, вообще ничего не делать, не шевелиться – это состояние ума в лени.

Садху должен пробуждать в себе бодрствование – это называется авадхана. Авадхана требует внутренней работы, внутреннего аскетизма, поэтому садху преодолевает лень и идет по пути внутреннего аскетизма. Аскетизм внешний – это практика не для всех и не всем рекомендуемая, но внутренний аскетизм – практика обязательная для всех. Считается, что внешний аскетизм, аскетизм тела больше подходит прабху, он нужен для тела, то есть прабху вообще всегда любят жить просто, обходиться самым минимумом вещей.

Прабху никогда не носит много сумок, а когда матаджи собирается, там такие сумки: рюкзаки, аптечка и еще косметичка. Матаджи по своей склонности не так склонны к аскетизму телесному, а прабху склонны, и им больше подходят практики физического аскетизма. Они должны закалять свое тело, держать его в строгости, бодрствовании, делать его сильным, бодрым, жить максимально просто. Если прабху не будут жить так, они теряют свою силу. Но для матаджи это не так важно, у них тело, праны, устроены немного по-другому, им всегда нужен определенный минимум комфортной энергии, если они не чувствуют этой комфортной энергии, то они себя не очень хорошо чувствуют. Поэтому они хотят все время что-то украсить, это особенность, потому что женское тело – это принцип Пракрити (материальной энергии), а мужское тело – это воплощение Пуруши, энергия недвойственности, энергии Шивы, пустоты.

Парвати и Шива по-разному видят мир, просто это разные типы энергий, но все равно необходима тапасья. Прабху должны делать тапасью с акцентом на внешнюю аскезу, и те, и другие должны делать тапасью с акцентом на внутреннюю аскезу. Внутренняя аскеза абсолютно необходима и тем, и другим, поэтому тапасья матаджи делается по-другому, через полную самоотдачу, через преданность, через устранение эго.

Второй недостаток на духовном пути – это забывание наставлений. Даже когда мы выслушали наставления, мы склонны их забывать, и тогда возвращается карма. Мы не должны забывать эти наставления, которые мы получаем, мы должны держать их в сердце и все время помнить, мы должны вновь и вновь к ним возвращаться.

Третий недостаток на духовном пути – неприменение должных усилий и противоядий. Тапасья предполагает приложение усилий, мы должны всегда прилагать усилия в духовной практике. Пока мы не вышли на степень сахаджа-самадхи, где усилие меняется на противоположный знак, на безусильность и естественную самоотдачу, мы должны прилагать правильные усилия.

Есть противоположенный недостаток – чрезмерное применение усилий и противоядий. Когда мы начинаем прилагать гиперусилия, гиперпротивоядия, то это делает нас напряженными. Усилие, противоядие означает, что мы видим проблему и мы ее устраняем, мы не оставляем эту проблему просто так. Например, есть привязанность – надо приложить усилия и привязанности не будет, то что до сих пор есть привязанность – это просто потому, что вы не прилагаете усилия и противоядий. Есть гордость, и первое, что вы должны увидеть, что ничего страшного, она у всех есть, но есть те, кто ее видит и побеждает, и есть те, кто не видит и не прилагает усилия. Вы увидели ее и приложили усилия, приложили противоядие и гордость исчезла, она перестала быть проблемой, вы про нее забываете. Вы развязали кармический узел и решили кармическую задачу.

Наконец, пятый недостаток – это или вялость ума, или возбужденность ума, то, что препятствует медитативному сознанию. Садху преодолевает пять недостатков на пути к самадхи: лень, забывание наставлений, вялость и возбужденность ума, неприложение должный усилий и противоядий или чрезмерное применение усилий и противоядий.

Неведение действует так, что на ум постоянно проецирует реальность в соответствии с прошлыми кармами. В Гималаях есть трава дарбха, если человек съест этой травы или выпьет отвар на основе этой травы, то ему кажется, что у людей несколько голов или восемь рук, как у божеств, потому что трава – мощный галлюциноген. В материальном мире мы видим реальность искаженной, мы видим не то, что есть в самом деле, а то, что рисует наш ум в соответствии с кармой, то есть мы почти все находимся под воздействием сильнейшего галлюциногена.

Мы видим все не так, как оно есть, и когда мы находимся в этом состоянии, ничего не понять, все видится иначе – это и есть майя, великая иллюзия. Чтобы преодолеть воздействие этого галлюциногена, мы должны применять должное усилие и должное противоядие. То состояние самадхи, о котором говорит Махарши, самадхана – медитативная устойчивость – это когда этот галлюциногенный наркотик больше на вас не действует, вы видите реальность так, как она есть на самом деле.

В начале духовного пути, пока вы не освободились от влияния проецирующей силы ума, не надо придавать ему значения, не надо ничему придавать значения. Это все эти пять голов и восемь рук, поэтому пробужденные хохочут над людьми и одновременно со стороны сострадают, потому что они подобны таким людям, которые видят: «О, у того пять голов, у того восемь рук», – это все большой галлюциноген, под который все живые существа подпадают.

Единственный способ не подпадать – это постоянно быть бдительным, трезвым, в состоянии авадханы, свободного бдительного осознавания, но что делать, если не хватает этой трезвости? Размышлять над четырьмя осознанностями – это сразу отрезвляет, как мы вспомнили о четырех осознанностях, половина проекций ума сразу же уходит.

Сахаджа-самадхи – это жизнь в Боге, в состоянии постоянной медитативности

Текст:

«Махарши: Вы осознаете, что движимы глубинным Я внутри. У вас нет ни терзаний, ни беспокойств, ни забот, ибо вы постигли, что нет ничего, принадлежащего вам. Вы знаете, что все выполняет нечто, с которым вы находитесь в сознательном союзе».

Естественное самадхи означает осуществить сознательный союз с этим глубинным Я внутри. Его называют Я, чтобы хоть как-то указать, что оно не отдельно от нас, что оно встроено в нас, оно часть нас, имеет отношение к нашему сознанию, потому что если это не объяснить, как в авраамических религиях, то создается идея Бога, совершенно отдельного от тебя, в полной двойственности, когда Бог полностью отдельный, его можно воспринять только уму.

Позиция адвайта-веданты другая, но не надо заблуждаться, когда говорят, что это твое внутреннее Я. Это называется внутренним Я только условно, это также и внутренний Бог, потому что, когда мы говорим о внутреннем Я, сразу возникает что-то такое личностное, очень персональное, очень маленькое. Но это внутренний Бог, к которому мы прикасаемся, который запределен по отношению к нашей личности, и это внутреннее течение, когда мы его воспринимаем, устанавливаем с ним контакт – это и есть сахаджа-самадхи.

Как подобраться к сахаджа-самадхи? Нужно воспитать в себе саттвичное состояние, способность быть медитативным всегда и везде, не ждать, пока мы станем медитативными после ритрита, а начинать прямо с настоящего момента стремиться быть медитативными. Например, я разговариваю, но если часть моего сознания медитирует, то я разговариваю медитативно. Медитативно означает, что мой ум все равно не отвлекается и направлен на Источник – это другое качество, другое измерение жизни. Чтобы научиться быть медитативными, мы должны прилагать постоянные усилия в этом, если мы отвлекаемся, то мы теряем медитативность. Мы должны четко понять, на что должна быть направлена эта медитативность – она должна быть направлена только на Бога.

Текст:

«Искатель: Если это сахаджа-самадхи является наиболее желательным состоянием, то в нирвикальпа-самадхи необходимости нет?

Махарши: Нирвикальпа-самадхи как состояние в раджа-йоге может быть полезно само по себе, но в джняна-йоге сахаджа-стхити (естественное состояние) или сахаджа-ништха (пребывание в естественном состоянии) и есть само состояние нирвикальпы».

Сахаджа-стхити, сахаджа-ништха – это коренное понятие в лайя-йоге, вокруг которого все вращается. Нам интересно не раз увидеть одним глазком Бога, как в раджа-йоге, как в савикальпа-самадхи, а нам интересно быть в Боге 24 часа в сутки, не прерываясь. Нирвикальпа-самадхи – это вы видите Бога только до тех пор, пока ваше дыхание остановлено в сидячей медитации, но как только ваши праны задвигались, ум задвигался, все – вы не видите Бога, вот что нам предлагает раджа-йога.

Заниматься раджа-йогой тоже важно, это очень важная дисциплина, испытывать савикальпа-самадхи, нирвикальпа-самадхи тоже очень важно. Но это всего лишь промежуточная ступень, это не дает истинного освобождения, потому что пока мы сидим неподвижно, мы видим Бога, но мы начали действовать, общаться, двигаться – мы его больше не видим. Самадхана – это естественная устойчивость в Боге непрерывно, благодаря воспитанию медитативного сознания.

Когда мы забываем Бога, значит мы в уме, и быть в уме означает быть в аду, но это необязательно, если мы умеем быть за пределами ума, здесь встает вопрос антар-тапасьи, внутренней аскезы, в которой мы должны упражняться.

Внутренняя аскеза должна победить желания

Текст:

«Махарши: Здесь ум свободен от сомнений, и ему нет нужды метаться между вариантами возможностей и вероятностей. Он не видит никаких викальп (различий) и убежден в истине, поскольку чувствует присутствие реальности. Даже будучи деятельным, он знает, что эта активность – в реальности, в Атмане, высочайшем бытии».

Есть большая разница: активность в Боге и активность от самого себя, жизнь в Боге и жизнь в самом себе. Жизнь в Боге означает сахаджа-самадхи, жизнь в самом себе означает пребывать в уме и пребывать в иллюзии. Когда мы становимся садху, нам надо построить свою жизнь так, чтобы как можно ближе быть к этому состоянию самадханы, как можно ближе быть к жизни в Боге, чтобы вся наша активность протекала в божественной реальности, чтобы она не протекала в сансарном видении. Сразу это не получится, то есть нужна определенная аскеза, тапасья, подчеркиваю, я всегда сторонник внутренней аскезы, от внутренней аскезы не может быть освобожден никто – ни монах, ни мирянин – это наша основная работа.

Внутренняя аскеза заключается, с одной стороны, в том, чтобы быть внимательным к природе Ума, а с другой стороны, чтобы побеждать желание, которое возникает в уме. Если мы не научимся побеждать желание, которое возникает в уме, внутренняя аскеза не получится, и ум постоянно нас атакует. Как только мы стремимся пребывать в Божественном, для ума это как красная тряпка, он постоянно пытается что-то генерировать нам, он не может просто так смириться, что какая-то часть нашего сознания пребывает в Боге. Он бросает в него разные войска, он испытывает это состояние, насколько оно глубокое и крепкое, и из-за этого возникают желания.

Какие желания возникают у практикующих, например, у садху, у монахов или у послушников. Нельзя сказать, что у них вообще не возникает желаний, они не небожители, не ангелы, просто обычные люди-садху. Но разница между человеком и садху в том, что они способны их видеть и способны их побеждать, в отличие от мирских людей. Например, желание стать большим и важным человеком, чтобы тебя все ценили, уважали, но не ведитесь – это желание, это обман, это ум просто рисует, он давит на ваши слабые места и пытается обольстить вас через это. Даже если вы всю жизнь будете мыть пол в туалете, но в конце жизни вы уйдете в ясный свет, то задача этой жизни будет полностью выполнена. Даже если вы будете самым великим человеком, но внутри ничего не реализуете, вы проживете жизнь впустую, не стремитесь быть важным человеком – это первая заповедь садху.

Если же вам гуру скажет так: «Надо для служения, становись важным человеком», – вы должны сказать: «Ну, буду делать, что поделаешь», – и принять это. Но не надо это желать самому. Иногда я так делаю, прошу ученика, но это не его желание, это нужно для позиционирования Дхармы, для служения, а сами никогда не стремитесь – это обман, которым ум пытается вас ввести в иллюзию.

Какие еще могут быть желания? Например, чрезмерные желания исполнять свои желания как таковые, проявлять свою волю, исполнять свою волю, самовыражаться, или чтобы другие исполняли твою волю, чтобы они к тебе прислушивались, в общем, чтобы все было по-твоему. Это тоже желание и это тоже неправильно, я всегда люблю говорить: «Монастырь – не Большой театр, здесь невозможно выразить все твои творческие потенции. Самое простое – это просто им не придавать значения, просто их отсечь, потому что, если следовать за ними, они будут усиливаться и подыскивать это желание, это проявление, и этому не будет конца, и вы собьетесь с пути тогда.

Есть другое желание – желание путешествовать, это желание возникает, когда у человека сильный элемент ветра и под напором карм его куда-нибудь тянет, то есть его философия такая: «Хорошо там, где нас нет». Когда он сидит в ашраме, он думает: «Там, в Непале, так здорово, а на Алтае – вот так здорово, монах приехал, рассказал, а вот здесь что-то не так», – он едет куда-то. Потом думает: «Да, что-то здесь вообще еще хуже», – то есть он никогда не на месте. Куда бы он ни приехал, даже если на Кайлас он приедет, он сядет и думает: «Что тут на Кайласе вообще хорошего, а вот там – здорово», – у него всегда есть определенные движения, он никогда не здесь, не сейчас, а где-то в проекциях, ему нужно что-то отдаленное. Но когда возникнет сконцентрированность, исчезнет всякое желание. Например, Рамана Махарши просидел всю жизнь в одном домике. Если и будут какие-то путешествия, то по служению, а не потому, что тебя толкают васаны и самскары.

Есть другое желание – желание общаться с мирскими людьми. Если вы вступили на путь садху, вы должны контролировать свое общение, вы должны знать, зачем вам нужно общение, с кем вам надо общаться, как общаться, по каким правилам, то есть садху прилагает ясность к своей жизни и смотрит на общение через призму духовной жизни. Если вы общаетесь с мирскими людьми, непрактикующими, то ваш уровень падает, с теми, кто ниже, – аналогично. Если общаетесь с теми, кто равен вам, постоянно даете энергию такому общению, но вы не падаете, не растете, вы остаетесь на том же уровне.

Если вы общаетесь с теми, кто выше – вы растете, то есть вы растете только в том случае, если вы общаетесь с теми, кто выше. Когда есть желание общаться с не-садху – это означает, что какая-то часть наша требует обмена энергией, какая-то неочищенная, кармическая часть. Но почему боги не общаются с людьми или почему сиддхи не общаются с людьми? У них нет такого желания, только если человек выполняет тапасью, двенадцать лет стоит на одной ноге, питаясь воздухом, читая мантры, как некоторые, например, то божество низойдет в шамбхави-мудре и скажет: «Благословляю тебя, чего ты хочешь?» Нужна причина, чтобы божество общалось с человеком, без причины оно не будет общаться. Сиддх будет общаться с человеком только как с учеником, только если он действует согласно определенным принципам, он не придет и скажет: «Давай поговорим», – поговорили, на душе отлегло, у него нет таких желаний, ему не надо выговариваться, потому что он пуст внутри.

Другое желание – желание иметь больше, чем предписано. Часто мы не замечаем, просто ум хочет, и начинается с небольшой вещи: «Мне бы стол побольше, мне бы компьютер получше, мне бы то получше». Потом: «Почему у него лучше, а у меня нет», – вот это начинается сравнивание. Потом идет дальше желание, но каждый раз нигде нет удовлетворенности. В итоге, чем больше такой ум получает, тем меньше у него удовлетворенности, и он получает все больше и больше, а удовлетворенности все меньше и меньше. Садху живет, удовлетворяясь тем, что у него есть, это сантоша (удовлетворенное состояние ума), если что-то он делает, то только для служения.

Есть желание также впитывать мирскую информацию. Когда вы впитываете любую информацию, относитесь к ней как к еде для ума, то есть для тела есть еда: овощи, фрукты, рис, а для тонкого тела еда – это информация. Если вы питаетесь мирской информацией неоправданно много и не по служению, а просто развлечение ума – это все равно, как вы едите много сладостей, много рыбы, много мяса, для тонкого тела – это то же самое, грубая еда. В конце концов, она отравляет ваше тонкое тело, и вы чувствуете, что нет никакой веры, никакого энтузиазма – правильно, вы питались совершенно плохой информацией.

Например, если человек есть много сладкого, рыбу, мясо, кока-колу, пьет пиво, то какое у него тело будет? У него будет тело, совершенно не подходящее для духовной жизни, он становится больным человеком, если он питается какими-то продуктами генномодифицированными, в которых разные добавки, он к пятидесяти годам просто развалина. Энергия не циркулирует, то есть его элемент огня уже ничего не может переваривать из-за нездорового питания. Аюрведа однозначно говорит: «Заботьтесь о физическом теле, правильно питайтесь».

Но еще важнее тонкое тело, если мы неправильно питаемся, впитываем мирскую информацию, наше тонкое тело становится отравленным, и, к сожалению, средства массовой информации, реклама – это такие некачественные виды питания. Мы должны быть очень разборчивы в том, что мы воспримем, и отсекать желание впитывать информацию мирскую, по крайней мере, ограничивать ее. Иногда без нее не обойтись, потому что она требуется для служения, но по крайней мере, ограничивать ее, иначе наша духовная сила слабеет, наша мудрость слабеет, мы становимся слабыми.

Есть другое желание – желание нравиться противоположному полу, даже неосознанное. Например, десять лет назад все послушницы, монахини, брились наголо так же, как и прабху, нормальная монашеская практика. Но затем было принято решение убрать эти ограничения в связи с определенной социальной политикой. От такого желания нравиться садху должен избавляться, это мирское мировоззрение, мировоззрение в состояние галлюциногенного опьянения. Садху должен думать, как ему понравиться Богу или хотя бы старшим монахам, выполнить задание, то есть воспитать в себе определенные качества, потому что, когда мы обращаем внимание на противоположный пол – это неправильно, в нашем сердце поселяются другие энергии, и эти энергии не дают нам возможности практиковать.

Есть другое желание – желание поучать других, самоутверждаться через это. Это следствие эго, следствие представлений «я умнее других». Есть такое выражение: «Каждой бочке – затычка, каждой трещинке – свидетель, каждому ученику – учитель», – это не качества садху, если в уме есть такое, надо это тоже пресекать. Это качества неосвобожденного эго, когда сильный элемент огня желает постоянно самовыражаться и самоутверждаться через это выражение – игры эго, надо увидеть в себе, заметить это и пресечь.

Какие еще есть желания в монашестве и у тех, кто идет к монашеству? Желание критиковать, когда напор внутренних карм сильный, то его надо куда-то выбросить, а ум не знает куда, и он начинает искать подходящие проекции, внутренний негатив требует выхода. В уме, в тонком теле сформировались определенные каналы такого переброса, и он ищет подходящий объект: «А, вот подходящий объект – сосед, и смотрит не так, и вообще он обо мне что-то думает, вот он виноват», – он начинает искать виноватых. Желание критиковать, нечистое видение – это сразу надо пресекать, потому что это может привести к нехорошим последствиям, садху-апарадхи, вплоть до нарушения самайи. Не один уже человек на этом поскальзывался, просто надо раз и навсегда себе объяснить: я никогда не критикую садху и на этом закончим, поэтому святые говорят: «Хочешь покритиковать – критикуй сам себя».

Есть еще желание, которое возникает в монашестве – это желание болеть, кто-то может удивиться: «Я вовсе не хочу болеть». Подсознательный ум часто хочет, когда практикующий медитирует, он входит в тонкое тело, начинает быть внимательным к телу, к его энергиям, и вот это тонкое тело с его кармами создают такой болезненный настрой ума. Уму, какой-то части ума это даже нравится, рефлексировать, рассматривать, и он поглощается этим, он подпадает под это. Такие астральные болезни, когда человек чувствует, что он болен, сдает анализы, никаких нет болезней, проходит УЗИ, обследования, никаких нет болезней, и врачи что тогда говорят в этом случае? Они говорят: «Вам к другому врачу надо, вы здоровый человек, у вас вот здесь не в порядке», – это тенденция ума на самом деле.

Эта тенденция ума связана с тонким телом, когда тонкое тело подвергается кармам, возникают такие ощущения, вроде бы человек чувствует себя не очень хорошо, но он полностью здоров, и здесь садху должен отсечь у ума желание болеть, и он должен породить желание быть здоровыми, он должен создать мощную санкальпу быть здоровым и освободить свое тонкое тело, свой ум от любых нездоровых поползновений, от любой такой нездоровой рефлексии.

Есть такое понятие как болезнь третьего курса. Человек учится в мединституте, изучает стони тысяч разных болезней, к третьему курсу он чувствует, что он много знает, он настолько переполнен энциклопедиями, симптомами, что он подсознательно начинает видеть везде симптомы. Он не может нормально общаться, даже с девушкой встречается и смотрит: «Так, такая оболочка, кожа такая, какой у нее диагноз». Это называется «профессиональная деформация», как говорят «был бы человек, а диагноз найдется».

Болезнь третьего курса означает, что человек, изучивший все энциклопедии и знающий очень много, перегруженный этими знаниями, симптомами о болезнях и прочим, сам начинает себя чувствовать неизлечимо больным. Он обнаруживает все симптомы у себя, и ему кажется, что он сам болеет тяжело. Более опытные врачи говорят: «Ты должен не отождествляться и пойти дальше». Он настолько в это погружен и думает: «Может мне к психологу сходить». Но на самом деле это ум, который подпадает под какое-то определенное видение, и он не может освободиться от этого. Садху должен отделить себя от такого ум, силой самоосвобождения, а если он не может силой самоосвобождения это сделать, он должен породить мощную санкальпу всегда быть сильным, всегда быть здоровым, всегда иметь сильное здоровое тело. Такая сильная санкальпа будет его защищать, и он также должен следить за своей праной, за своей энергией, как ворон Бхусунда заботиться о пране. Например, каждое утро делать пранаяму тридцать минут хотя бы – это позволит вам поддерживать уровень праны достаточно в повседневной жизни.

Все эти желания вы должны замечать в себе, вы должны преодолевать их, если вы будете невнимательны к возникающим желаниям, вы не сможете войти туда, о чем говорит Рамана Махарши, потому что они будут постоянно препятствовать вам.

Правильное и неправильное растворение

Текст:

«Искатель: В чем разница между глубоким сном, лайей (трансоподобным состоянием), в котором ум временно отставлен и самадхи?

Махарши: В глубоком сне ум поглощен, но не уничтожен, и это поглощенное появляется вновь, что может случиться даже в медитации, но разрушенный ум снова появиться не может. Цель йогина должна заключаться в том, чтобы его уничтожить и не допустить погружения в лайю. В покое медитации иногда возникает состояние лайя, но этого недостаточно, для уничтожения ума она должна дополняться другими практиками. Некоторые уходят в йогическое самадхи с пустяковой мыслью и пробуждаются от лайи через длительный срок по-прежнему волоча ту же мысль».

Здесь термин «лайя» означает погружение в непроявленное, и наша задача осуществить правильную лайю, правильное растворение. Неправильное растворение – это когда мы уходим в непроявленное глубоко, но план ума, план эмоций оказывается нетрансформированным, то есть какая-то сознательная часть нашего ума погружается в непроявленное. Она там сидит, она может сидеть очень долго, но когда она возвращается, то ум не растворен, эго не растворено, эмоции не растворены – это неправильная лайя.

Есть много разных легенд о том, как в Тибете, где-то в Гималаях, в других местах, не риши, а какие-то древние йоги сидят сотни лет в состояниях лайи, может быть они в правильных состояниях, может быть – в неправильных. Тысячу лет назад Марпа-лоцзава со своими учениками пахал в поле, и один из учеников наткнулся на голову человека. Этого человека откапали, помыли, привели в чувство, он пришел в себя и спросил какая эпоха на земле. Затем попросил молока, выпил стакан молока и исчез. Он где-то находился, может быть, сотни тысяч, миллионы лет под землей, его вернули в тело случайно. Существует много таких историй. Не все из этих людей находятся в состоянии правильной лайи.

Неправильная лайя, растворение в непроявленном, не дарует освобождения, она дарует только транс, псевдосамадхи, потому что кармы остаются не сублимированы, в этом его неправильность, правильная лайя сублимирует кармы, растворяет их. Например, когда тело растворяется в радужном свете – это правильная лайя, антахкарана-чинтана (растворение антахкараны, эго), панчабхута-лайя-чинтана (растворение пяти элементов тела) – это высший тип лайю. Все кармы сублимированы, как у Гуру Брахмананды, как у Шри Рамалинги.

Неправильная лайя, когда только часть ума растворилась и самая тонкая часть вошла в сноподобный транс, и в этом сноподобном трансе уснуло, это еще называют – темное самадхи (джада-самадхи). Погрузилось в причинное тело, и в этом причинном теле не осознает себя, там нет страданий, но там нет и бытия, нет осознавания, прошло много времени, она вышла из него, но ничего, никакие задачи не были решены, карма не была растворена.

Текст:

«Махарши: Между тем в мире сменилось не одно поколение, а такой йогин все еще не уничтожил свой ум. Истинное разрушение ума состоит в том, чтобы не признавать его существующим отдельно от Атмана. Познайте, что даже сейчас ума нет. Как же это сделать, если не в ежедневных активностях, которые продолжаются автоматически? Познайте, что ум, содействующий им, не реален, он только призрак, исходящий из Атмана. Так и уничтожается ум».

Ум – это такой галлюциногенный призрак, если мы не имеем над ним власти. Часто можно видеть такую картину: в спальных районах в мегаполисе маленькая девочка выводит овчарку на прогулку, большую собаку на поводке. Овчарка сидела целый день дома в двухкомнатной квартире, ей хочется побегать, ей скучно, она набрала большое желание, и она тащит эту маленькую девочку-школьницу, и эта школьница уже не может ее контролировать, и собака бежит, и уже не девочка прогуливает собаку, а собака прогуливает девочку. Она бежит и неизвестно куда она забредет, иногда она может отвести на помойку, иногда в какое-то темное место, иногда к другой собаке, ее ничем не остановить, и девочка бежит вслед за собакой, она ничего не может сделать, она кричит: «Фу, остановись», – но бесполезно.

Таким же образом наш ум может иногда завести нас в помойку. Наш ум может завести нас в совершенно ненужные нам вещи, но мы ничего не можем сделать, он нас тащит. Мы вроде бы сопротивляемся, говорим: «Фу, брось, нельзя», – а он все равно тащит, ему все равно, то есть это свойство такого низкого ума, и вот здесь мы должны получить власть над собакой. Девочка – это наш принцип осознанности, она слабая очень по сравнению с собакой, собака глупая, но сильная. Осознанность как эта девочка – мудрая, умнее собаки, но слабая, и мы должны воспитать этот ум, эту собаку так, чтобы она была дрессированная, чтобы она по первой команде даже без поводка послушно прибегала и садилась у ног хозяина.

Мы должны воспитывать этот ум, мы не должны ему потакать, и поначалу это будет нелегко, но мы должны знать, что, если мы хотим стать настоящими садху и достичь самадхи, как у святых, мы должны пожертвовать многим. Когда мы становимся монахами, мы стремимся отказаться от потакания уму – это самое главное, не потакать уму в его желаниях, не потакать эго в его желаниях, не потакать гордости, не потакать привязанности, не потакать чувству собственной важности. Не потакать ничему обусловленному, твердо держаться святых, здесь нужно большое смирение и большое терпение.

Мирской человек что делает, когда ему скучно? Он идет развлекаться, а что делает садху, когда ему скучно? Если это малообразованный садху, он тоже идет развлекаться, в уме, по крайней мере, он начинает выдумывать что-нибудь в фантазиях, или уходит в интернет, или придумывает себе что-нибудь, чтобы куда-нибудь поехать, потому что скучно. Но если это опытный садху, он радуется этому, он живет со скукой, он находится в присутствии со скукой. Он говорит себе: «Смотри, ум, как ты ничтожен, ты не можешь терпеть просто, тебе нужны развлечения». Но его буддхи радуется этому, он говорит: «Буду работать со скукой – это самое отличное время». Когда вам скучно знайте, что пришло время вашей реализации, пришли драгоценные секунды, когда вы можете просветлеть чуть-чуть, но вам не надо убегать от скуки, вам надо с полной верой, преданностью, осознаванием войти в это состояние, быть в присутствии осознанности и активно усердно созерцать.

Тогда вы увидите, что внутри вас возжигается огонь тапаса, потому что есть противоборствие, есть одна сторона ума, которая стремится избежать скуки, получить развлечение, и другая сторона ума, которая побеждает, и тогда раскрывается более глубинное осознавание, новое видение, сила появляется.

Тот садху, который способен терпеть, преодолеть скуку и не пойти за развлечением, он обретает силу, сила – это и мудрость, это и все в общем. Мудрость и сила даются не каждому, только тем, кто способен преодолеть себя, кто способен выполнить тапасью, тот имеет право получить духовную силу, получить духовную мудрость. Вначале это кажется очень сложно, но постепенно, год от года, садху набирает эту способность.

В юности я как-то проповедовал Дхарму, ходил по квартирам даже, меня приглашали, на дому, так сказать. Меня пригласил один офицер, капитан третьего ранга с женой, я приходил и рассказывал о Дхарме, и всем так нравилось, очень нравилось. Но когда дело дошло до того, что надо отказаться от сигарет и кофе, здесь все, наступил ступор, и его супруга сказала: «А я вот сейчас бы пошла практиковать, но от кофе не могу отказаться», – то есть совершенно какие-то мелкие вещи могут быть препятствием на пути духовной жизни.

Также у садху, пусть у садху нет таких грубых желаний, но какие-то тонкие вещи также являются препятствием. Если есть терпение и готовность превосходить, то вы будете вознаграждены открывшейся внутри вас мудростью или духовной силой. Если вы каждый день набираете это, то пройдет год, вы получите триста шестьдесят пять даршанов мудрости, триста шестьдесят пять даршанов силы, а представьте, десять лет? Три тысячи шестьсот даршанов мудрости и даршанов силы, вы станете совершенно другим, очень мудрым, очень сильным, но вы должны занять правильную позицию в этом.

Текст:

«Искатель: Затрагивают ли созерцателя в течение нирвикальпа-самадхи физические нарушения? У меня с другом разные взгляды на этот счет.

Махарши: Вы оба правы, но один из вас имеет в виду кевала, а другой – сахаджа-самадхи. В обоих случаях ум погружен в блаженство Атмана, но в первом физические движения могут причинить созерцателю беспокойство, поскольку его ум вымер не полностью. Он еще жив и может, как после глубокого сна, в любой момент вновь стать активным, ведь наполненное доверху водой ведро можно вытащить обратно из колодца за веревку, к которой оно еще привязано. Но в сахаджа-самадхи ум полностью погружен в Атман, словно ведро, затонувшее вместе с привязанной к нему веревкой, и здесь не осталось ничего волнующего и возвращающего назад в мир. Активности человека в таком случае схожи с тем, как спящий ребенок сосет материнскую грудь, едва осознавая это».

Сахаджа-самадхи означает, что на семьдесят процентов ум погружен в Бога, тридцать процентов достаточно для этой жизни, и тогда вас не покидает брахма-ананда (божественное блаженство). Вы всегда в Ануграхе, вы в измерении лилы, но не в измерении кармы. Сахаджа-самадхи – это медитативность в жизни всегда и во всем, это когда каждое ваше действие связано с Богом. Вы едите в Боге, говорите в Боге, читаете в Боге, даже глупости делаете все равно в Боге, то есть тело может делать глупости какие-нибудь, неумные вещи иногда, слова не те сказать, но вы все равно делаете это в Боге, поэтому вам прощается, потому что, когда ты в Боге, все грехи списываются, это уже перестает быть важным. Это становится лилой (игрой), жесткое разделение на грехи и заслуги (пунья и папа) работает, только когда ты не в Боге.

Божества следят, если ты не в Боге – будь добр, отвечай по закону кармы, но если ты в Боге, все это перестает быть важным. Особый тип медитативного сознания – вот что нам нужно взращивать, вот о чем нужно постоянно заботиться. Надо быть готовым пожертвовать ради этого многим, своими эмоциями, своим эгоизмом – это все неважно, медитативное сознание, быть в Боге – важнее.

Текст:

«Искатель: Как же функционировать в мире, будучи в таком состоянии?

Махарши: Тот, кто приучил себя к естественной медитации и наслаждается ее блаженством, не выйдет из состояния самадхи, какую бы внешнюю работу он ни выполнял, какие бы мысли к нему ни приходили».

Не выйдет из состояния самадхи, какую бы он внешнюю работу ни выполнял – это для тех, кто думает, что это возможно только в ритрите. Ритрит предназначен для углубления, но основная работа на пути сахаджа-стхити как раз нужна здесь, в бодрственном состоянии, в действии. Какую бы работу он ни выполнял – неважно, что вы делаете, важно, пребываете ли в медитативном сознании или не пребываете.

В относительном измерении следует действовать в соответствии с местом, временем и обстоятельствами, в соответствии с положением здесь, не желая ничего лишнего и удовлетворяясь тем, что есть. Удовлетворенность тем, что есть, – это признак наличия медитативного сознания. Если вы хотите посмотреть на уровень другого садху, нужно узнать удовлетворен ли он тем, что у него есть.

Садху, погруженный в Бога, не просто удовлетворен, он сверхудовлетворен, он пребывает в брахма-ананде (великом блаженстве), ему ничего не надо, если он делает что-то – то только для других. Оставь его просто без служения для других, он будет от счастья просто плакать, кататься в пыли, танцевать в пустом доме один, даже один раз в день питаясь, ему ничего никогда не надо, потому что он все получает от Бога.

Мне рассказывали такую историю: один монах молился Богу целый день, потом пришел к другому монаху и сказал: «Я молился Богу, уже устал, надоело разговаривать с Богом, пришел поговорить с тобой, пойдем поговорим». Другой монах говорит: «Да ты что, так наговорился с Богом, что тебе уже хочется с людьми разговаривать?» – потому что с Богом наговориться невозможно.

В медитативном состоянии самадхи такой разговор с Богом не прерывается, и тогда Бог заменяет вам все остальное: он заменяет вам мать, отца, мужа и жену, детей, социум, друзей, богатство, власть, красоту, молодость, амбиции, эго, материальный мир с его искушениями и соблазнами, то есть он вам дает все, но при этом не забирает ничего, только благословляет. Материальный мир толком ничего не дает, но соблазняет очень сильно и в конце концов все забирает, но здесь все наоборот, он дает все, но ничего не лишает, только благодетельствует.

Текст:

«Махарши: Такова сахаджа-нирвикальпа. Она есть мано-наша, полное разрушение ума, тогда как кевала-нирвикальпа есть лайя, временная отставка ума. Находящиеся в лайя-самадхи должны время от времени возвращать ум обратно под контроль. Если же ум уничтожен, как в сахаджа-самадхи, то он уже не вырастает снова. Любые действия находящихся в этом состоянии – просто случайность, и они никогда не скатятся вниз со своего высокого состояния.

Пребывающие в кевала-нирвикальпе – не реализованы и еще являются искателями. Пребывающие в состоянии сахаджа-нирвикальпа подобны пламени в безветренном месте или океану без волн, то есть в них нет движения, они не находят чего-либо отличного от себя. Для тех же, кто этого состояния не достиг, все возникает как несходное с ними».