01.06.2003

Самарасья (единый «вкус»). Взаимоотношения учитель-ученик. Самайя — духовные обязательства. Комментарии к тексту Свами Вишнудевананда Гири «Феномен гуру-йоги»

Текст:

«Он не нуждается во сне и в больших количествах пищи, у него мало выделений.

Однако главным признаком все-таки является его способность находиться в непрерывном созерцании днем и ночью. Поддержание созерцательного присутствия ночью во сне со сновидениями и особенно во сне без сновидений является, с нашей точки зрения, главным критерием святости йогина. Такой йогин созерцает различные уровни Ясного Света во сне без сновидений. В нашем учении способность поддерживать такое созерцание и раскрытие четырех уровней Ясного Света (Джьоти) является критерием достижения освобождения монаха или наставника. Разумеется, такой йогин обладает различными мистическими способностями (ясновидение, выделение тонкого тела, способность проецировать свое тело перед другими, контроль сновидений), однако эти способности являются преходящими и не являются критерием духовной реализации.

Шри Ади Шанкарачарья в тексте «Вивека-чудамани» описывает, что критерием святости может быть полное беспристрастие, когда йогин постоянно находится в состоянии единого «вкуса» (самарасья). Единый «вкус» означает, что все воспринимается равностно, как проявление абсолютного Сознания, то есть такой святой равным образом видит радость и горе, хулу и хвалу, чистое и нечистое, доброе и злое, святое и грешное, духовное и обыденное, наслаждение и страдание, жизнь и смерть. У него нет ни надежды, ни страха, ни цепляний, для него нет ни высокого, ни низкого, нет «я» и нет «других». Все воспринимается как отражение единого осознавания, в котором сливаются все противоположности.

Пребывание в таком осознавании в йоге называют сахаджа-самадхи. Именно оно является подлинным критерием святости, кульминацией мистических опытов, высшей точкой, указывающей на то, что просветление реализовано. По крайней мере, такая точка зрения распространена среди практикующих йогу, индуистскую и буддийскую тантру. Пока же такое состояние единого «вкуса» не реализовано, адепт йоги или тантры считается обычным духовным искателем».

Самарасья – это особое состояние, которое, с точки зрения лайя-йоги, очень важно. Единый «вкус» в лайя-йоге имеет свое специфическое свойство: мы говорим, что тот, кто реализовал состояние созерцания на уровне единого «вкуса», смешал внутреннее и внешнее пространство. Это означает, что субъект полностью воссоединился с объектом. Обычно говорят, что существует четыре вида пространства: внешнее пространство (бхут-акаша), внутреннее пространство сознания (чит-акаша) и тонкое духовное пространство в сердце, которое переживается в самадхи (хрид-акаша). В состоянии единого «вкуса» внешнее и внутреннее пространства смешиваются. Каким образом это происходит, понять очень трудно, пока мы сами это не испытаем. Святые описывают это как способность пребывать в обнаженном осознавании до тех пор, пока само понятие медитации и медитирующего не будет отсечено. Когда отсекается понятие медитации и медитирующего, наступает ступень самотрансценденции (прапатти), когда отсекается ложное, индивидуальное «я» человека, который практикует. Когда йогин оставляет все цепляния, надежды, страхи и идею «я есть это тело», он внезапно соприкасается с безграничным, грандиозным Источником энергии Вселенной. То, что он раньше считал внешними объектами или отрицал как иллюзию, теперь внезапно видится ему как проявление этого Источника. Вступить в контакт с этой грандиозной энергией Вселенной – это значит раскрыть себя этому изначальному великому Источнику. На этой ступени святые описывают, что у них возникает ощущение, словно звезды, планеты и метагалактики входят в их тело. Они буквально это чувствуют.

Текст:

«Сердце святого не дрожит в страхе. Все его страсти умиротворены. Оно наслаждается нерушимым спокойствием. Нет ни смерти, ни боли, ни дня, ни ночи, ни плодов кармы. Это воистину состояние тех, кто отверг желания».

Тирумулар «Тирумантирам».

Разумеется, йогин, достигший состояния единого «вкуса», свободен от любых привязанностей, в том числе от привязанности к себе. У него нет гордости, себялюбия, гнева или ненависти. Он свободен от пут мирских желаний, и все его действия проникнуты духом сострадания ко всем живым существам.

На пути ануттара-тантры, как в индуизме, так и в буддизме, Учитель рассматривается как абсолютное Сознание (Брахман в веданте, Шива в йоге или Будда в буддийской тантре), неотделимое от ученика. Считается, что такой Учитель должен принадлежать к цепи ученической преемственности (иметь своего духовного Учителя), быть сведущим в тонкостях эзотерических учений, быть знатоком Священных Писаний и обладать знанием Абсолюта через самадхи.

Но на практике часто бывает так, что основным критерием является глубина личного опыта постижения Учителя.

«Гуру может быть молод, он может наслаждаться мирскими удовольствиями, он может быть неграмотным, слугой или домовладельцем, но все это не должно приниматься во внимание. Разве кто-то отказывается поднять драгоценный камень, уроненный в грязь?»

Авадхута Даттатрея, «Авадхута-гита» (гл. 2, 1)

Концепция Гуру в большей степени обозначает процесс, а не личность Учителя. Этот процесс заключается в смене эгоцентрических установок ученика за счет поддержания контакта с Учителем – процесс обучения. Отсечение эгоистических надежд, страхов и цепляний в битве за освобождение, обнажение нашей недвойственной природы – это всегда драматический процесс, как показывают автобиографии святых махасиддхов Наропы, Миларепы, Матсиендранатха, Горакшанатха, Канхапы, Сарахи, Джаланхаранатха, Чаурангинатха, Рамалинги Свамигала и других. И на этом пути ученику необходимо сделать правильный выбор духовного Наставника, которому он мог бы доверить руководство своей духовной жизнью.

Разумеется, не нужно каждому давать водить себя за нос. Ученик, если он принимает какого-либо Учителя, сначала должен иметь возможность критически проанализировать его качества или учение. Но после того как он обрел доверие к Учителю и стал учеником, ученик, согласно учению тантры, не должен выискивать недостатков в Учителе, а должен рассматривать его как единство всех святых и Учителей, как проявление божественного принципа, в чистом видении.

В практике тантры часто уровень духовной реализации, святость Учителя для ученика не так важна, как его вера.

«Гуру может быть кем угодно. Это может быть сумасшедший или обычный человек. Как только вы его приняли, он для вас бог из богов».

Ним Кароли Баба

Иными словами, здесь действует принцип «не по хорошу мил, а по милу хорош», то есть ученика традиционно поощряют смотреть на Гуру как на просветленного, даже если это не так. Как мы видим, успех духовного пробуждения в большей степени зависит от веры самого ученика. В этом состоит принцип Гуру-йоги.

Гуру-йога – это принцип сонастроенности сознания ученика и сознания Гуру. Благодаря сонастроенности ученика на сознание Гуру, ученик получает благословение – прямое введение в исконную Реальность обнаженного осознавания (пратьябхиджня-даршан), которое дает импульс его духовной реализации. В дальнейшем ученик тренируется поддерживать такой импульс благодаря сонастроенности с сознанием Учителя. Такой принцип сонастроенности предполагает искренность, открытость и доверие и называется «самая».

Когда мы изучаем учение, мы понимаем, что просто так изучать учение не годится. Можно его изучать десятки лет, однако, чтобы получать результат, его следует изучать в определенном контексте. Этот контекст весьма четко оговорен в тантрах, он называется «взаимоотношения Учитель-ученик» или «самая». Тогда мы понимаем, что нам надо принять определенную роль – роль ученика. Если мы понимаем это и решили практиковать Учение, то нам нужно задуматься, что предполагает такая роль. К примеру, если человек хотел изучить боевые искусства в их первозданной чистоте, он ехал в Китай, находил седобородого старичка-мастера и просил его обучить искусству кунг-фу или ушу. Этот мастер говорил: «Оставайся и живи здесь. Я попробую тебя научить». И этот человек два года рубил дрова, таскал воду, просто привыкал находиться рядом с Учителем. А когда внутри него бунтовало эго, он говорил: «Ты же меня не учишь ничему!» Этот мастер говорил: «Ты можешь уезжать, у меня такой метод обучения». На самом деле, обучение уже началось, он обучал своего ученика многим вещам: терпению, способности опустошить и отпустить себя, обрести и развить гибкость сознания, отбросить гордость, которая мешает ему овладеть боевыми искусствами. Этот принцип в боевых искусствах может быть один к одному перенесен и в духовную практику.

Текст:

«Самая — это особые духовные обязательства, обещания искренности, которые дает ученик, вступая на путь духовного обучения. Фактически, ученичество в истинном смысле на пути тантры возможно, только если ученик берет на себя такие духовные обязательства. В основном эти обязательства касаются чистого видения учения, Учителя и собратьев по учению, то есть того, что в двойственных религиях называют «вера». И опытный Духовный Учитель всегда проверяет ученика, прежде чем принять его на обучение, не менее года, а иногда до двенадцати лет (как в случае с Тилопой и Наропой). Считается, что, однажды приняв самаи ученика, ученик должен удерживать их чистоту, каким бы трудностям и испытаниям он ни подвергался. Считается, что нарушение самая создает серьезные препятствия в садхане ученику и Учителю, а в худшем случае может привести к рождению в нижних мирах, например в «ваджрном аду». В случае, если по каким-либо причинам ученик расстается с Учителем или впоследствии ученику кажется, что этот Учитель оказался «неправильным» Учителем, или такой вывод возникает по мнению других людей, то, несмотря на это, ученик все равно должен сохранять чистоту восприятия того, у кого он учился, ради того, чтобы не создавать себе препятствий в этой и следующих жизнях.

Другими словами, обладает Учитель высокой реализацией или не очень высокой, для духовной пользы ученика святые рекомендуют рассматривать того Учителя, которому он следует, как абсолютного.

«Если у тебя есть искренняя вера в Гуру, не нужно никакого другого Будды».

Падмасамбхава

Миларепа однажды говорил ученикам, что кем бы он сам ни был — великим святым или даже голодным духом (претом), если ученики будут рассматривать его неотличным от Будды, они получат такую же пользу, как если бы сами были непосредственными учениками Будды.

«Поучения Гуру не должны оцениваться с точки зрения литературного качества. Фактически, разумные и духовно одаренные люди воспринимают сущность учения, его квинтэссенцию. Разве лодка, даже если она не окрашена и некрасиво сделана, не способна при этом переправить своих пассажиров через океан?»

Авадхута Даттатрея, «Авадхута-гита» (гл.2, 2)

Может кому-то кажется, что мы излишне подробно рассматриваем эту тему, что ученикам она известна и так. Но если мы посмотрим на жизнь Наропы, который двенадцать лет искал Гуру и проходил испытания у Тилопы, то здесь ситуация совершенно иная. Очевидно, если святые древности уделяли этому вопросу так много внимания, то это значит, что в этом что-то есть, поскольку святые махасиддхи были личностями такой реализации, которые вряд ли бы делали что-либо легкомысленное, ненужное или бесполезное. Их уровень ясности, самодисциплины и осознанности был за пределами всего мыслимого.

Если вы становитесь учеником, получая Учение от какого-либо Учителя, это означает, что Учитель становится для вас важнее, чем отец, мать и вообще что бы то ни было, потому что на Учителя традиционно следует смотреть как на Абсолют. Кто-то может подумать: «Но я ведь хочу реализовать самого себя, а это что-то внешнее, это все-таки двойственность, а мы говорим о недвойственности». Но в лайя-йоге мы говорим, что Учитель является проявлением сознания самого ученика. И поскольку мы должны узнать в самом себе, в этом теле Брахмана или Будду, разумеется, когда мы смотрим таким образом на Учителя, нам легче его узнать и в самом себе. Если же мы не можем признать его в Учителе, то в самом себе его признать еще сложнее, поскольку наш уровень может отличаться от уровня Учителя.

Если западные искатели соприкасаются с этим принципом, у них возникает ложное представление, основанное на их ложной гордости и эгоизме, поскольку западный ум не приучен к таким взаимоотношениям. Ему может показаться, что это средство раздуть ложное эго Учителя или средство какого-то подчинения. Однако все гораздо тоньше. Поскольку учение передается в очень тонком контексте, можно сказать, что практиковать учение, получая его от какого-то Гуру, – это тоньше, чем установить взаимоотношения с отцом, матерью или супругом. Это очень тонкие вещи, которые входят в нас на очень тонком уровне. Если мы решаемся войти в такие взаимоотношения, это должно быть сделано правильно, чисто, и тогда Учение будет работать. Когда мы вступаем в такие взаимоотношения, Учитель может нам поставить определенные условия и дать способы для нашего духовного роста, которые помогают нам реализовать учение.

Качества ученика. Как передавать учение ученику. Как практиковать учение

Текст:

«В Учении Тантры очень много зависит от ученика, от его самостоятельного, осознанного выбора и от его способности нести ответственность за свой выбор. Видеть кого-либо или что-либо святым или греховным, чистым или нечистым, такая оценка зависит в первую очередь от самого наблюдающего, то есть от субъекта. Святой, глядя на грешного человека, видит Будду, хотя и не раскрывшего свой потенциал полностью. Связанный кармой человек, даже глядя на Будду, может проецировать на него свои грехи. Исходя из этого, когда речь идет об оценке какого-либо явления, мы сталкиваемся с парадоксом: Учение Йога-тантры разворачивает нас от внешних оценок к оценке своего собственного сознания».

Теперь можно поговорить о качествах ученика, они также описаны в шастрах. Ученик должен страстно стремиться к освобождению. То есть если у вас есть одна мысль и одна цель, подобная стреле, которая летит, не отклоняясь (освобождение и просветление), то вас можно назвать учениками йоги. Идеальный ученик должен иметь преданность Учителю, учению и сангхе практикующих, стремление к освобождению, знать священные писания, быть готовым заниматься служением, выполнять любые наставления, хранить чистоту самая и данных обязательств, обладать верой, и тогда процесс обучения может полноценно развиваться. Если же внутри ученика таких качеств нет, то Учитель может ему отказать в обучении, либо, если Учитель сомневается в наличии таких качеств, он испытывает ученика различными способами.

В тантрах даются вполне конкретные рекомендации по поводу того, каким образом передается учение. Дело в том, что Учитель является вызовом для эго ученика с его обусловленностями, мирскими привязанностями, образом жизни и так далее. Принятие Учителя означает, что теперь мы обрели большое доверие к Учителю и говорим ему: «Я хочу практиковать так, как ты наставляешь меня. Я не ставлю тебе никаких условий». Если Учитель хочет дать рост своему ученику, он обязательно бросит такой вызов его привязанностям, его ложному эго. Иногда это может быть даже болезненно, поскольку у нас очень сильна обусловленность. Тем не менее весь этот процесс работает на пользу ученику, и прежде всего в этих отношениях заинтересован не Учитель, а ученик.

Итак, существуют наставления, как передавать Учение ученику, который принимает такой вызов.

Текст:

«Как передавать Учение.

Это высшее, запредельное, непостижимое, тайное учение следует передавать преданным ученикам по линии непрерывной преемственности и следует скрывать от тех, кто обделен способностями, не обладает верой в них и не готов прилагать великие усилия, чтобы их практиковать».

Здесь говорится, что вы должны прилагать огромные усилия, чтобы практиковать учение, малых усилий недостаточно. Чтобы ученик знал, что ему предстоит, Учитель его предупреждает: «Цель, которую надо реализовать, практикуя учение, очень велика, поэтому ты должен прилагать не обычные усилия, а великие усилия. Эти усилия потребуют от тебя большой самотрансформации, поэтому будь готов, что будет брошен вызов твоему образу жизни, твоему эгоизму, гордости, менталитету, всем твоим стереотипам». Учение предполагает полную самотрансформацию, если мы в него вступаем. Чтобы показать, насколько велики такие усилия, Учитель может давать различные испытания ученику. К примеру, одна ученица на Вьяса-пудже поднесла мне палку, и сказала: «Гуру, вот этой палкой уничтожьте мой эгоизм». Я ее не просил об этом, это была ее инициатива. Я сказал: «Хорошо, я подумаю над этим». Примерно через месяц я дал ей очень простое задание. Поскольку у нас палкой никого не бьют, это было задание, связанное с определенным служением. Но, к сожалению, она с ним не справилась.

Когда вы о чем-то просите Учителя, осознавайте ответственность, которая возникает в результате этого, ведь Учитель может откликнуться на вашу просьбу, а вы можете оказаться не готовыми к этому отклику и к его заданию, вы посчитаете, что оно потребует от вас слишком многого. В отличие от ученика, Учитель очень хорошо осознает, насколько велика цель, и понимает, какой путь самотрансформации должна пройти душа, прежде чем она сможет приблизиться к ней.

Текст:

«Пренебрегающим самаями, не имеющим веры и преданности в практикующих Учителей и учения, предвзято относящимся к духовному пути об этих учениях не нужно даже упоминать. Эти святые, великие учения должны доверяться самым лучшим и достойным, тем, кто прошел испытания, даваемые Учителем. Учения не следует передавать тем, кто их разглашает и выбалтывает. Такие учения не следует объяснять людям, не интересующимся Дхармой, иначе возникнут препятствия, божественные существа будут недовольны, не будет благословения, поэтому эффективность Учения потеряется, так как оно будет испорчено. Учения следует охранять от тех, кто нарушает самая и правила чистоты и секретности, поскольку недолжным образом относясь к учениям, они обязательно внесут в них собственные взгляды, различные примеси и передадут их тем, кто не способен практиковать. В результате те, кто их практикует, не обретут знаков реализации».

Говорится, что богам ненавистно, когда что-то открывается и говорится прямо. Поэтому мы говорим, что к учениям нужно относиться с должным уважением, если мы, конечно, хотим, чтобы они сработали. Если мы не собираемся получить эффект от учения, то, разумеется, речь об этом не идет. Учение – это нечто очень тонкое. Когда настоящий художник рисует картину, если он ее не завершил, он прячет ее подальше от чужих глаз, чтобы чужие мысли не помешали ему создать шедевр. Когда алхимик приготовляет пилюли бессмертия, он соблюдает определенный процесс, и нельзя, чтобы в него вмешивался посторонний, у которого неправильное мышление, поскольку это может помешать, и пилюля бессмертия не будет создана. Любой, кто хоть немного интересовался западной или восточной алхимией, может подтвердить, что такое правило существует у алхимиков. Эти же процессы существуют и в учении, поэтому мы говорим, что осуществлять учение следует очень тщательно и бережно. Этот процесс называется самая, поэтому говорят: «Храни самая как зеницу ока».

Текст:

«Также эти высшие учения не следует передавать людям с ограниченными взглядами, начинающим практикам Дхармы, которые следуют только практикам крийя-, чарья- или йога-тантры и в силу узости своего мышления не способны или не стремятся понять возвышенные учения за пределами двойственности, концепций и ограничений. Если даже такие люди услышат их, но не поймут, то у них могут породиться сомнения, недоверие к учениям или хула, и таким образом они накопят дурную карму. Если же учения содержатся недолжным образом и не хранятся, то это приводит к непониманию учения, превратным толкованиям, в результате чего те, кто их пытается практиковать, вместо знаков реализации обретают различные препятствия в практике. Если же учения сокрываются и должным образом преподаются, то учения процветают долгое время, всегда обладают живой силой, несут дух благословения и реализации сиддхов и богов, а те, кто их применяет, достигнут высших плодов практики.

Когда мы говорим о сохранении и утаении учения, это не имеет ничего общего с сектантством или чувством эгоистичного себялюбия или превосходством, желанием скрыть нечто очень драгоценное от других. Иметь такие взгляды означает в корне не понимать сущность духовной практики лайя-йоги. Необходимость сокрытия учения не диктуется никакими эгоистическими или другими побуждениями. Учения скрываются не потому, что они несут в себе нечто запретное или предосудительное. Они охраняются потому, что таким образом мы защищаем чистоту практики, удерживая их духовную силу. Это подобно тщательному соблюдению чистоты эксперимента в мирских науках.

Прежде чем давать наставления ученикам, Учитель должен тщательно проверить их, достойные ли они сосуды. К примеру, Учитель может странно повести себя, притворившись обычным человеком, поставить учеников в неловкую ситуацию, предложить выполнять трудное служение или подвергнуть оскорблениям, критике или насмешке. При этом он внимательно следит, сохраняют ли такие ученики чистое видение, чистоту самая, веру и приверженность, как они себя поведут в такой ситуации. Либо он может намеренно сообщить ученику какие-то необычные сведения, говоря, что они являются сугубо тайными и предназначены только для него, а затем послать другого ученика, который как бы «случайно» любопытствовал и пытался их выведать. Такой Учитель, желая проверить самоотдачу учеников, может сказать: «Я нуждаюсь в том-то» или «Займись таким-то делом». Если ученики не обладают должными качествами, они потеряют веру, смутятся, у них пропадет решимость, и они оставят путь. Это будет знаком того, что такие ученики не годятся как сосуды для передачи духовных учений. Поскольку в процессе духовной практики им не удастся удержать чистое видение, веру, они не смогут соблюдать самаи и потерпят неудачу на духовном пути из-за недостатка решимости, приверженности и способности к осознаванию. А поскольку они не получат пользы от учения, то лучше с самого начала не заводить с ними разговор о духовной практике».

Когда организовывали семинары, на которых Георгий Иванович Гурджиев должен был читать лекции, то иногда он практически перед самым началом семинара говорил: «А теперь перенесите все мероприятие в другой город» или «Измените время проведения семинара». Его ученики возражали: «Но тогда многие люди не захотят прийти, это ведь очень далеко». Он отвечал им: «Зато придут те, кому это действительно нужно, а не придут те, кому это не очень нужно».

Таким же образом, когда мы практикуем Учение, мы ставим аналогичную цель – пусть к учению придут только те, кому это действительно нужно, кто готов отдать за практику Учения все. Поскольку учение – это и наша нынешняя жизнь, и следующая, то такая самоотдача не покажется большой. Если спортсмены могут отдавать все свои силы ради рекордов, а мирские люди полностью отдают себя ради денег, то отдать себя ради своей цели, практикуя учение, это не много. Если мы устанавливаем такие взаимоотношения с практикой, тогда можно сказать, что учение становится для нас работающим.

Пять разделов лайя-йоги. Четыре стадии видений в джьоти-йоге

Текст:

«Если же решимость учеников, их вера и стремление к Освобождению непоколебимы, если они готовы пожертвовать всем, что имеют, это указывает на их духовные заслуги, на то, что у них есть способность к практике и кармическая связь с этими учениями. Когда учения должным образом передаются подходящим ученикам, такие учения действуют и сохраняются долго, спасая бесчисленное множество живых существ».

Когда мы уяснили эти принципы учения, мы просто встаем перед выбором: либо мы начинаем их практиковать, либо ждем, пока не созреем, чтобы когда-нибудь их практиковать. Если же мы их начинаем практиковать, мы понимаем, что они требуют уважения и большой тщательности, чтобы можно было получить плоды учения, чтобы практика была не фальшивой, а подлинной, истинной.

Когда мы выявили, каким образом следует практиковать учение, можно теперь поговорить о самом учении. Поскольку лайя-йога – это традиция святых, махасиддхов, то уровень реализации, который она предполагает, также очень высок. Лайя-йогу как целостное учение можно подразделить на пять янтр, янтры можно считать разделами учения.

Первый – Праджня-янтра, это раздел, связанный с мудростью. Он включает в себя способы медитации, созерцания, а также философию, видение. Если вы практикуете Праджня-янтру, то это означает, что вы ищите природу Ума как таковую. Медитации типа нираламбха, махашанти, атма-вичара – это способы открытия пустотной природы осознавания. Все они относятся к разделу Праджня-янтры. В этом разделе мало просто открыть пустотную природу Ума, после этого мы тренируемся привнести созерцательное присутствие в повседневную жизнь и смешать его с проявлениями тела, речи и ума. Когда мы так практикуем, говорят, что мы следуем пути естественного состояния.

Следующий раздел – это Шакти-янтра. Шакти – это проявленная энергия изначальной пустоты нашего Ума. Хотя энергия (шакти) пуста в своей основе, она обладает способностью к проявлению. Она проявлена в теле как энергия кундалини. Когда мы очищаем каналы, работаем с ветрами и пранами, очищаем элементы и сущностные субстанции в теле, то все это относится к разделу Шакти-янтры.

Следующие разделы – Нада- и Джьоти-янтры. Это разделы учения, связанные с нада-йогой и джьоти-йогой. Фундаментальная основа нашего сознания проявляется как свет и звук. Обычные живые существа в промежуточном состоянии после смерти воспринимают великие манифестации звука, света и божеств. Если человек натренирован в созерцании, то, интегрируясь со звуком и светом, он может после смерти достичь освобождения вплоть до сияющего радужного тела, либо он достигнет его частично, либо вообще не достигнет. Эти знаки переживаются йогином при жизни как определенные ступени звука и света. Нада-йога в основном работает с внутренними звуками, а джьоти-йога с внутренними видениями. Нада-йога основана на «Хамса-упанишаде», джьоти-йога основана на «Адвайя-тарака-упанишаде» и «Мандала-брахмана-упанишаде». Это древние тантрические упанишады, в которых описываются процессы освобождения, когда мы медитируем особым образом на проявление света, на пространство, солнце. Или как результат практики особых видов взгляда, появляются видения. Они возникают не вследствие начитывания мантры или поклонения божествам, а как изначально присущие нашей природе. Это чистое тонкое состояние энергии. Такие видения имеют четыре стадии: арамбха (начало), гхата (сосуд), паричайя (нарастания) и нишпатти (исчерпание). На первой ступени (арамбха) видения появляются только в самом начале. На второй ступени (ступени «сосуда») видения развиваются, внутреннее и внешнее пространство постепенно смешиваются. Под «сосудом» имеется в виду известный пример Шанкары или Даттатреи из упанишад, когда говорится, что в процессе освобождения пространство внутри горшка смешивается с внешним пространством. На третьей ступени нарастания (паричайя) эти видения достигают кульминации – появляются световые пространства, описанных в «Адвайя-тарака-упанишаде». На четвертой стадии происходит полное исчерпание всех видений вплоть до достижения конечной точки пустоты.

В Нада-йоге происходит нечто подобное, но только со звуком. Интегрируясь с внутренними звуками, мы работаем с единством созерцательного присутствия и самих звуков до тех пор, пока сознание не начинает смешиваться с энергией звука. Когда это происходит, ум начинает двигать ветер в каналах, развязывая грантхи, и ветер поступает в центральный канал (сушумна-нади). Тогда в теле йогина происходят те процессы, которые обычно труднодостижимы практиками кундалини-йоги.

Пятая янтра – это Нидра-янтра. Она связана с йогой сновидений и йогой сна, когда мы тренируемся засыпать особым образом и практиковать осознавание во снах, чтобы реализовать созерцательное присутствие в сновидениях.

Когда мы практикуем эти пять разделов учения, то можно сказать, что мы являемся полноценными практиками учения лайя-йоги.

Посвящения, которые будут передаваться на этом семинаре, будут относиться к разделу праджня-янтры и нада-янтры.

Духовная практика начинается с того, что Учитель прямо указывает ученику на естественно присущую ему осознанность. Такая передача проводится в соответствии с тремя принципами: шравана, манана и нидидхьясана. Шравана означает, что Учитель объясняет ученику природу сознания прямо, пытаясь пробудить его собственное осознавание. Считается, что чем чаще и больше мы получаем прямое введение в естественное осознавание, тем это благоприятнее, поскольку самскары и цепляния нашего ума настолько укоренились, что даже множества прямых введений недостаточно.

Рита — божественный закон

Текст:

«Посмотреть в зеркало.

Прямое введение в исконную осознанность (шравана).

В лайя-йоге обучение начинается с того, что Учитель прямо вводит ученика в состояние осознанности за пределами концепций (сахаджья), указывая ему на неведение и словно пробуждая его от сна бессознательности.

«Если человек, прослушав ведантические тексты или собственные слова Гуру или благодаря заслугам, накопленным в прошлых жизнях, созерцает собственное сердце, провозглашающее себя корнем «Я-мысли», отличным от тела и ума, то это и есть шравана».

Бхагаван Шри Рамана Махариши.

Такое непосредственное введение именуется «ознакомление с видением» в сахаджаяне сиддхов или «пратьябхиджня-даршан» в школах кашмирской йоги. Пратьябхиджня дословно означает поворот (прати) к своему изначальному лицу (абхи), в результате которого возникает знание (джняна).

Учитель помогает ученику прервать поток рационального мышления, а затем дает объяснение, обращенное к его духу: «О, дорогой ученик! Загляни прямо сейчас в себя! Пойми природу исконного «Я»! Именно твое «Я» в его основе объемлет и сансару, и нирвану.

«Ум в его естественности – единственное семя всего сущего: и сансара, и нирвана растут из него».

Махасиддха Сараха

Но если ты ищешь «Я», ты ничего не находишь, поскольку «Я» – это иллюзия, нет никакого отдельного «Я». Хотя его природа недвойственна, пустотна и неотделима от всевышней Реальности, тебе кажется, что есть некое реальное «Я», существующее само по себе. Хотя твоя истинная Самость присутствует всегда как глубокое подводное течение в сознании «Я», ты ее не замечаешь. Это природа Ума, она прямо сейчас обнажена, распахнута и пронизывает собой весь мир».

Сущность всех религиозных учений, всех видов упражнений йоги, все мантры, ритуалы и тантрические практики содержатся в естественном состоянии (сахаджья) нерожденного Ума, где нет ни практик, ни учений, ни ритуалов, ни связанности, ни освобождения, ни Учителя, ни ученика, ни шести философий, ни вед, ни упанишад, ни буддизма, ни джайнизма, ни сект, ни прошлого, ни будущего, ни жизни, ни смерти, ни варн (каст), ни ашрамов (жизненных ступеней).

«Твоя истинная Самость не улучшается от добрых дел и не ухудшается от греховных деяний. На нее можно указать только негативно, как на «не то, не то». Твоя Исконная Сущность непостижима, неразрушима, ничем не связана, не изменяется и никогда не страдает».

«Брихадараньяка-упанишада».

Объясняя, Учитель дает понять, что любые идеи, присущие кармическому видению, перестают действовать, когда мы прямо касаемся Сердца Беспредельности.

«Здесь, в этом состоянии отец – не отец, мать – не мать, миры – не миры, боги – не боги, веды – не веды, вор – не вор, убийца – не убийца, неприкасаемый – не неприкасаемый, монах – не монах, аскет – не аскет».

«Брихадараньяка-упанишада».

Вновь и вновь обращается Учитель к ученику, пытаясь пробудить сквозь пелену неведения его саморожденную ясность, обнаженное осознавание. Это подобно тому, как будят спящего.

«Почему ты не знаешь себя, того, кто сам есть воплощение Сознания, Блаженства и Бытия, того, кто созерцает ум и его колебания?»

Шри Ади Шанкарачарья, «Разъяснение изречения».

Сейчас мы коснемся терминов «рита» и «Ануграха».

Рита в тантре – это примерно то же самое, что и Дао в даосизме. Это божественный закон, космический первопринцип, определяющий гармонию всех проявлений во Вселенной. Можно сказать, что в соответствии с этим космическим законном двигаются планеты и галактики, происходит пульсация жизни, творение, рождение, сохранение, разрушение. Когда мы не просветлены, мы находимся в дисгармонии с этим вселенским законом. Поэтому можно сказать, что человечество идет по иллюзорному пути неведения, находится в заблуждении и дисгармонии с вселенским космическим законом. Этот космический закон может поддерживаться в гармонии, только когда мы находимся в состоянии единства с Универсумом, с абсолютным Бытием. Это означает нахождение вне двойственности. Когда же у нас зарождается идея индивидуализированного «я», наш ум сжимается, скукоживается, мы втискиваем себя в кокон индивидуального восприятия, находимся в клетке. Тогда наш ум схватывается понятийным мышлением, сформированным опытом, ставит цели, привязывается к объектам.

Быть в гармонии со вселенским космическим законом – ритой

Если мы находимся в дисгармонии со Вселенной и вселенским космическим законом (Рита), и что бы мы ни делали, это все равно будет действиями, приводящим к иллюзиям, страданиям и дисгармонии. Поэтому до тех пор, пока мы не реализовали принцип просветления, мы всегда находимся в состоянии отчуждения от Бытия, в состоянии отдаления от этих вселенских первопринципов.

Живые существа, считающие «я есть это тело», ставят цели и строят планы. Однако такие планы и цели являются иллюзией, поскольку основаны на чувстве индивидуализированного «я». А само это «я» является не чем иным, как скукоженным восприятием сжатого сознания, то есть тоже иллюзией. Вместо этого, когда мы получаем прямое введение, Учитель говорит: «Распахни свой ум. Ты не являешься этим телом. Даже если ты этого не осознаешь, прямо сейчас в глубине тебя существует безграничная Вселенная. Ты можешь это осознать, если оторвешь свой ум от схваченности идеей «я есть это тело» и своими маленькими заботами».

Давайте представим, что сейчас кроме этого зала существует целая страна – Россия, а кроме России существует множество стран и весь земной шар. Земля же – это часть Солнечной системы, а сама Солнечная система – это просто микроскопическая пылинка в галактике Млечный Путь. Сама же галактика в нашей Вселенной – это тоже нечто крошечное, маленькое, потому что Вселенная безгранична. Нет никаких параметров, координат, в которых можно было бы описать масштабы нашей материальной Вселенной. После этого можно представить, что Вселенная существовала в безначальном прошлом, и будет существовать до бесконечности в будущем. И если мы взглянем с такой метагалактической позиции (с позиции бесконечного прошлого и будущего) на наше тело, на жизнь на Земле, то наша жизнь, наполненная материальными проблемками и маленькими идеями, представится нам абсолютно бессмысленной. Если наша галактика – это пылинка, то наша жизнь с ее маленькими материальными проблемами – это нечто абсолютно микроскопическое. Таким образом, даже медитируя на внешнюю Вселенную, мы можем представить, насколько ничтожна идея «я есть это тело», связанность ахамкарой, эгоизмом.

Когда мы связываем себя идеей «я есть это тело», обусловлены собственным эгоизмом и мирскими проблемами, это означает, что мы сами себя запираем в клетку. Мы подобны тем глупым существам, которые упорно отказываются видеть Реальность, как она есть. Они отказываются видеть бесконечность Вселенной, времени или пространства, привязываясь к собственным маленьким проблемам и постоянно поглощаясь ими. Когда мы делаем так, мы сами себя сажаем в кокон индивидуального личностного восприятия. Тогда говорят, что мы закрыты для Бесконечности и находимся в дисгармонии с вселенским космическим законом Рита. Когда же мы открываем это распахнутое осознавание и пытаемся работать с нашим эгоизмом, мы снова вступаем в такую гармонию. Можно сказать, что мы возвращаемся к нашим корням и Источнику.

Первое, что говорит Учитель при прямом введении: «Пока ты не нашел этот корень, ты можешь делать все, что угодно, но это все бессмысленно». Часто многие говорят: «Ведите себя правильно, будьте хорошими, будьте моральными, делайте то, делайте это». Это хорошо с относительной точки зрения. Действительно, следует уважать закон кармы. Но в абсолютном смысле, если мы не открываем наш подлинный Источник Бытия, это все абсолютно бессмысленно по сравнению с этим великим Источником всевышнего Бытия. Иногда даже можно нечто проигнорировать, но наладить связь с этим Источником Бытия. Этот великий Источник Бытия находится за пределами мирских условностей, святого и грешного, доброго и злого, чистого и нечистого. Он находится за пределами субъекта и объекта, концепций, слов, теорий и любых наших представлений. Практически ничто из нашего прошлого опыта не имеет места в этом абсолютном состоянии. Поэтому когда мы приближаемся к этому Источнику, мы должны быть готовы, что нашему эго на определенной ступени придется умереть, нам придется отказаться от всех своих представлений и привязанностей ради того, чтобы воссоединиться с этим Источником.

Святые христианства часто описывают духовный путь как смерть ветхого человека и возрождение обновленного человека во Христе. Ветхий человек – это эго (ахамкара), связанность нашими иллюзиями, за которые мы отчаянно цепляемся. Эти иллюзии должны действительно умереть, если мы хотим воссоединиться с всевышним Источником. Когда же мы воссоединяемся с всевышним Источником Бытия, мы обнаруживаем, что с самого начала ничем не обладали, все это на самом деле было фикцией.

Ануграха — нисходящая сила божественного самораскрытия. Принцип недеяния — искусство отпускания себя

Текст:

«О, ученик, отбрось мысли о прошлом, не воображай, не строй планы о будущем. Расслабься и будь бдителен в настоящий момент. Загляни в себя и обнаружишь внутреннего наблюдателя, но, на самом деле, нет даже никакого отдельного наблюдателя, есть только прозрачная нагая ясность. Эта обнаженная осознанность не внутри и не снаружи, она всегда была в тебе, она спонтанна и чиста без очищения, ее не нужно создавать, она подлинна и неискусственна, ее нельзя выразить, она непостижима, однако, она и не есть ничто, так как присутствует всегда».

Когда мы слышим термин «природа Ума», мы часто думаем: «Конечно, это моя природа ума». И тогда просветление и садхана становятся чем-то личностным, эгоистичным и маленьким. Мы думаем: «Если я достигну просветления, я стану лучшей личностью, более свободной». Однако думать так – это значит заблуждаться. Этот термин не касается нашей личной природы ума. Нет вообще такой вещи как личная природа ума. Природа Ума – это абсолютное Бытие, подобное бесконечному пространству Вселенной. Поэтому реализовать природу Ума – это значит осуществить тождество с абсолютным всевышним Источником, с абсолютным Бытием.

Есть термин «Ануграха», который означает нисхождение, подобное милости. Ануграха – это одна из пяти видов крийя-шакти. Когда Абсолют описывается в терминах сил, то говорят, что есть джняна-шакти, иччха-шакти и крийя-шакти. Джняна-шакти – это сила знания, иччха-шакти – это сила воли, а крийя-шакти – это сила действия, например сила творения Вселенной. Крийя-шакти в свою очередь подразделяется на пять видов энергии: это сила творения, сила разрушения, сила поддержания, сила сокрытия и сила сошествия божественного (Ануграха). Ануграха – это сила творческого божественного самораскрытия. Это означает, что абсолютный Ум обладает потенцией самораскрываться. То есть он может не только творить, разрушать или поддерживать Вселенную, он также обладает желанием самопросветляться, раскрываться или обнаруживать свою природу в относительном, например в наших телах. Процесс естественного состояния предполагает, что мы учимся таким образом созерцать до тех пор, пока наше созерцание не развивается настолько, что мы можем устранить саму идею созерцающего. Медитация и медитирующий должны достичь такой ступени, когда мы раскрываемся этому великому нисхождению и сама идея медитирующего уходит.

Святой Рамалинга Свами описывал это как Арут Перун Джьоти – Свет Высшей Милости. Святой Шри Ауробиндо описывал его как нисхождение Супраментала. Он верил, что нисходящий Супраментал произведет эволюцию или трансформацию человечества. Однако в тантре есть более традиционный термин, связанный с этой силой, – «Ануграха». Ануграха – это нисходящая сила нашего пробужденного Ума. Можно сказать, что это очень близко к принципу дзен, когда в некоторых школах, например в школе Банкея, говорят: «Сиди и ничего не делай, даже не медитируй. Весна придет сама, и трава вырастет сама». Это очень трудно понять. Мы можем думать: «Если мы ничего не будем делать, то мы останемся обычными смертными живыми существами и ничего не достигнем». Однако принцип «ничего ни делать» в данном контексте предполагает особый вид делания, которое настолько тонкое, что его можно назвать неделание или недеяние. Принцип недеяния означает такой уровень созерцания, когда мы можем отпустить свой эгоизм, отсечь цепляния, привязанность к «я», надежды, страхи. Можно сказать, что это искусство отпускания себя. Говорят, что когда мы отпускаем себя, мы должны стать подобными полому бамбуку. Стать подобным полому бамбуку – это значит не цепляться ни за что внутри, стать пустым, перестать считать себя тем, что ты есть. Отбросив свои предпочтения, оценки, суждения, приязнь, отвращение, позволить пустоте и вечности войти в тебя. Эта пустота и вечность существует изначально, она не достигается методами, ее невозможно сфабриковать или сотворить искусственно. Абсурдно думать, что мы можем реализовать Абсолют собственными усилиями. Открыванием век по утрам, когда мы просыпаемся, мы не творим солнце, мы только убираем наше неведение, а солнце существует всегда. Таким же образом абсолютный Источник Бытия, трансцендентальное Сознание или Праджняна в терминах лайя-йоги, существует до нашего рождения. Она существует безначально и не может быть сотворена усилиями. Более того, на какой-то ступени само усилие и приложение усилия являются серьезной помехой, поскольку приложение усилий основано на эгоистической идее «я», а если есть тот, кто прилагает усилия, то также есть тонкая двойственность и разделенность, то есть объединение не может произойти. Поэтому когда мы говорим о принципе недеяния, это означает, что нам нужно научиться отпускать себя. Раз пустотность нашего осознавания уже изначально существует, нам нужно просто убрать все лишнее.

К примеру, пустота этого зала уже существует, она не сотворена. Но если в зале будет много мебели, то эта пустота может быть скрыта. В этом случае нам нужно вынести мебель, то есть совершить негативное действие, и тогда пустота проявится, тогда мы увидим, что не мы сотворили эту пустоту, а она была изначально.

Таким же образом, когда мы отсекаем наши эгоистические цепляния и становимся подобными полому бамбуку, мы даем шанс этой пустоте войти в нас. Можно сказать, что эта пустота, или вселенская сила Ануграхи, существует всегда, она существует прямо сейчас. Однако мы ее упорно не пускаем в себя из-за того, что у нас сильны приязнь и отвращение, предпочтения и оценки.

Когда же мы созерцаем в практике лайя-йоги, практикуя расслабление, взгляд в пространство, мы отбрасываем наши собственные надежды и страхи. Мы отпускаем себя, говоря: «Я принимаю реальность такой как она есть, то есть в любом виде, как бы она не проявилась». Когда мы так делаем, внутри нас появляется пустотное пространство, и тогда мы открываемся этой нисходящей силе божественного самораскрытия – Ануграхе. Когда она в нас проникает, мы чувствуем, как происходит самотрансценденция. Самотрансценденция означает, что мы выходим из клетки подобно птице, которая раньше находилась в клетке, а теперь начинает свободно парить. То есть мы вырываемся за пределы нашего индивидуалистического восприятия. Если вначале наш ум скукожен, сжат и свернут, то когда мы отбрасываем концептуальное мышление, предпочтения, вынесение суждений и перестаем цепляться за все то, что считаем собой, такой кокон начинает разламываться, и мы обнаруживаем себя парящими в безграничном свободном пространстве.

Другой пример – это сухой лист, несомый ветром. Когда ветер направляет сухой лист по дороге, то нельзя сказать, что у листа есть определенное направление, цель в жизни. Он движется, не выбирая свой путь, а отдав себя ветру, у него нет каких-то предпочтений. Можно сказать, что лист отдался на волю этого ветра или отпустил себя. Таким же образом, когда мы следуем пути пробуждения и приближаемся к такому состоянию, когда наше созерцание не прерывается в течение целого дня и совершается без усилий с нашей стороны, мы подходим к этой ступени, когда нам нужно сделать последний рывок – отпустить себя, отпустить то, что нас держало. Когда мы отпускаем то, что нас держало, внезапно мы чувствуем прорыв, который подобен огромному столбу света, который опускается на йогина. Он может энергетически чувствоваться как прана, которая входит сверху или через любой другой центр в центральный канал (сушумна). Мы внезапно можем чувствовать огромную силу, которая исходит из ниоткуда. Эта сила не была сотворена методами кундалини-йоги, крийями или техниками, она существовала всегда, однако мы не догадывались об этом.

Третий пример – это состояние пучка соломы, который лежит на дороге. Часто святые, желая указать ученику на качества, желательные для такого принципа нисхождения говорят: «Стань подобным пучку соломы, брошенному на дороге». Когда пучок соломы лежит, он может лежать в грязи, но он из-за этого не страдает, через него могут переступать другие, но он по этому поводу не гневается. Другими словами, у него отсутствуют гордость, себялюбие, схваченность идеями «я есть то» или «я есть это». Он позволяет ситуации происходить, и эта ситуация его не схватывает, не цепляет. Когда мы очищаем наши внутренние захваченности, связанные с эгоизмом, и обретаем способность стать подобным пучку соломы, брошенному на дороге, наша пустота внутри обнажается. Тогда, как говорят сутры, «мы можем летать с ветром, плыть с облаками и течь вместе с рекой». Это означает, что наше внутреннее пространство становится пустым и может объединиться с внешним пространством. Мы впервые выходим из состояния отражений и входим в состояние зеркала. На этой ступени субъект начинает объединяться с объектом. Внезапно мы чувствуем, что вырвались за пределы кокона индивидуального восприятия.

Каким же образом это происходит? И что значит отпустить и опустошить себя? Чтобы опустошить себя и дать задуть ветру осознавания, следует обрести искусство в любых обстоятельствах созерцать, не вынося понятий и суждений. Это означает, что вначале мы созерцаем с приложением полноты внимания, когда есть тонкое усилие для созерцания. Но когда мы научились непрерывно созерцать с приложением усилий, то наступает момент, когда мы более не нуждаемся в усилии. Когда мы так созерцаем, мы воспринимаем вещи прямо, не накладывая на них наши ментальные проекции или концептуальные ярлыки. Это означает, чтобы ни произошло, мы ориентируемся не на ситуацию и не на объект, а на осознавание. Мы не выносим суждений «это плохо, а это хорошо», «это правильно, а это неправильно», «это мне нравится, а это не нравится». Когда мы выносим такие суждения, это означает, что мы ставим преграду между нами и реальностью, то есть между нашим внутренним субъективным пространством и внешним объективным пространством вмешивается концептуальный ум. Концептуальный ум делит эти два пространства, и тогда снова мы оказываемся в клетке нашего индивидуального «я». Когда же мы просто созерцаем, и, сталкиваясь с чем-либо, не позволяем ментальным оценкам нас ухватить, а просто пребываем в созерцании, то говорят, что мы практикуем обнаженное осознавание. Когда такое обнаженное осознавание распространяется на все ситуации и мы готовы их принять, не потеряв созерцания, то это сильно влияет на наше индивидуальное «я». Тогда наступает отсечение индивидуального «я» и выход за пределы кокона индивидуального восприятия.

В традиции лайя-йоги особое значение придается созерцанию в различных ситуациях, например в первый момент после пробуждения. Когда вы просыпаетесь, ваш понятийный ум еще парализован сном, поэтому вы не можете понять, где вы. Если в этот момент вы порождаете глубокое осознавание, вы можете войти в это созерцательное присутствие. То же самое происходит в момент сильного шока, страха, испуга или изумления. Когда мы слышим выстрел или громкий хлопок, переживаем стресс, ситуацию, угрожающую нашей жизни или просто неадекватную ситуацию, наш поверхностный понятийный ум парализуется, поэтому мы входим в состояние внутреннего наблюдателя. Если мы не впадаем в страх, панику или замешательство, а начинаем работать с этой ситуацией и прилагаем полноту обнаженного внимания, то это может стать настоящим трансформирующим моментом, который дает глубокий опыт переживаний недвойственности.

Описываются также и другие моменты, которые могут быть использованы для созерцания, например моменты какого-либо неадекватного стечения ситуаций или событий, когда внешняя ситуация развивается не по нашему сценарию, когда мы не готовы к тому, чтобы такая ситуация происходила, но она происходит. Вместо того чтобы испытывать замешательство, мы прилагаем обнаженное осознавание и оставляем ситуацию как есть, продолжая при этом усердно практиковать созерцание.

Принцип оставления как есть – это другой принцип, который распространен в кашмирской тантре и описан Абхинавагуптой в его трудах. Он говорит так: «Когда возникают различия (викальпы), не принимай и не отвергай, позволь им остаться как они есть». Оставление как есть означает, что мы предоставляем событиям происходить, при этом не накладываем на них собственные оценки. Вместо того чтобы накладывать собственные оценки на события или объекты, мы предпочитаем созерцать и оставаться в продолженном созерцании. Когда мы таким образом созерцаем и остаемся в продолженном созерцании, мы обнаруживаем, что непрерывно находимся в состоянии единства с всевышним Источником. Теперь мы постепенно выходим из состояния отражений и входим в состояние зеркала, начинает происходить воссоединение внутреннего субъекта с внешним объектом, внутреннее и внешнее пространство начинают смешиваться.

Описываются также другие ситуации, которые могут дать такой толчок созерцанию. Например, в моменты стыда, когда вы в глазах других сильно упали, дискредитированы, когда вы хотели сделать хорошо, а получилось неловко, ваше эго получает сильный удар. В этом случае вы тоже можете работать с ситуацией – вместо того чтобы впадать в угнетенность, вы можете пребывать в осознавании и видеть, как двигается ваша обусловленность и одновременно с этим существует ваше тонкое незапятнываемое эмоциями сознание, и, вместо того чтобы следовать за эмоциями, вы следуете по пути осознавания.

Когда мы таким образом тренируемся отпускать себя и убирать свои эгоистические представления, мы внезапно обнаруживаем, что наш ум распахивается, что вместо того чтобы быть сжатыми собственными представлениями, мы можем находиться в состоянии ума, подобного пространству. Постепенно привыкая к такой самотрансценденции или самоотдаче, мы словно привлекаем вселенский импульс Ануграхи, который начинает входить в наше тело и ум. Часто говорят, что такой импульс силы самораскрытия может входить в тело йогина почти буквально, то есть как дух входит в тело медиума или шамана. Только в данном случае мы не впускаем в себя какого-то духа, как это происходит в шаманских практиках (хотя такая практика в тантре существует, она называется авишкара). Мы открываемся изначальному Свету недвойственной Реальности; если мы что и впускаем в свое тело, то только этот Свет недвойственности. От того, насколько мы перестаем цепляться за собственные представления и эго, насколько мы можем раскрыть себя этому Свету недвойственности, зависит, сможет ли он войти в нас полностью или частично.

Растворить ложное «я» в великом «Я». Природа ума

Текст:

«Пойми, ты совершенен без практики, ты уже в своей основе просветлен без усилий, ты уже чист без очищения. Твоя совершенная изначальная осознанность ни на что не опирается, у нее нет ни центра, ни границ. Даже страсти, желания и клеши в своей основе пусты и есть энергия изначальной осознанности «Я».

Когда мы слышим «ты уже совершенен», то это может вводить в заблуждение. Одна из учениц мне сказала: «Я уже – будда! Так какой смысл практиковать?» Однако ничто не вводит в заблуждение так, как высшие Учения. Когда мы слышим слова «ты уже совершенен», это касается не маленького, обусловленного тебя как такового, это не касается понятийного ума и эгоизма; это касается самого тонкого, сущностного слоя. Поэтому прежде чем сказать «я уже – будда», наше ложное «я» должно умереть в великом «Я», которое действительно является буддой. Только тогда это может быть по-настоящему реализовано.

Текст:

«Затем Учитель приводит аналогии, связанные с таким элементом: земля (притхиви)».

Когда мы постигаем сущностную природу нашего Ума, может возникнуть вопрос «что есть сущностная природа Ума?». В соответствии с аналогиями пяти элементов можно сказать, что сущностная природа Ума всепроникающа, запредельна и величественна, подобно горе Меру, она тонка и вездесуща. Подобно тому, как все, что соприкасается с огнем, подвергается трансформации, таким же образом все, что соединяется с фундаментальной природой нашего «Я», полностью трансформируется. Наша сущностная природа подобна безграничному пространству неба.

Если вы сидите с прямой спиной, смотрите вдаль прямо перед собой, фокусируя глаза на расстоянии вытянутой руки, отбросив прошлое и будущее, не думая, но и не блокируя мысли, если вы полностью расслабляетесь, то внезапно появится некое чувство центра. Это не тот внутренний наблюдатель, о котором часто говорят. Ведь внутреннего наблюдателя породить очень легко, это вопрос всего двух минут, когда вы наблюдаете за телом или выполняете другие подобные практики. Внутренний наблюдатель – это осознавание, скрытое сразу же за концепциями.

Мы же говорим о фундаментальной природе Ума, которая превосходит внутреннего наблюдателя. Эта фундаментальная природа находится на границе внутреннего и внешнего пространства. Это означает, что когда вы полностью расслабляетесь, не порождая никаких оценок и не строя никаких планов, когда вы опустошаете себя и просто смотрите в пространство, не навешивая никаких ярлыков на реальность, тогда возникает тонкое равновесие, тонкий баланс между внутренним и внешним.

Вы чувствуете, как входящее и выходящее дыхание начинает укорачиваться, вдох и выдох становятся очень короткими, словно ваша прана замирает в центре тела. Говорят, что если вы хорошо расслабитесь, то вы испытаете глубокое состояние присутствия, если средне расслабитесь – среднее состояние присутствия; если мало расслабитесь – малое состояние присутствия. Когда вы полностью расслабляетесь, а ваш ум пребывает в обнаженном осознавании, то есть вы ничего не планируете и не проецируете, у вас нет ни суждений, ни вынесений оценок, то вы почувствуете, словно касаетесь границы двух сред, двух пространств. Это очень тонкий баланс, подобный балансу на лезвии бритвы. Это баланс между внутренним и внешним.

Если вы войдете внутрь, вы просто будете блуждать в лабиринтах своих мыслей; если вы увлечетесь внешними объектами, вы снова вступите на путь мирского человека. Когда же вы ни внутри и ни снаружи, вы обнаруживаете, что тонкий промежуток между этими двумя реальностями является дверью к освобождению, дверью к недвойственности. Тогда вы видите, что ваши ветры начинают поступать в центральный канал, а дыхание само укорачивается и становится реже. Такая созерцательная практика называется шамбхави-мудра. Шамбхави-мудра присутствует в практике созерцания в разных видах. Можно сказать, что практиковать шамбхави-мудру и пребывать в естественном состоянии – это одно и то же. Когда мы укореняемся в практике шамбхави-мудры, то внутреннее и внешнее пространства начинают смешиваться.